Джонатан Уайли - Владычица снов. Книга вторая

— Алый Папоротник, дружище, это Гален, — нарочито громко произнес Пайк.

Никто, казалось бы, не обратил на его слова никакого внимания, люди продолжали разговаривать приглушенными голосами, и Пайк про себя усмехнулся.

— Рад познакомиться.

Трактирщик подал юноше ручищу, юноша взял ее не без трепета. Однако рукопожатие Алого Папоротника оказалось хоть и крепким, но ничуть не сокрушительным.

— Мы бы и поесть не возражали, — с явным удовольствием потягивая пиво, сообщил Пайк.

— Давай за стойку, — пригласил трактирщик. — Можете и пивко с собой прихватить, если вас от него не тошнит.

— Да уж не дам добру пропасть, — хмыкнул старый воин. — Пошли, — скомандовал он Галену.

Они обогнули стойку и очутились в коридоре с несколькими дверьми. Открыв одну из них, Пайк вошел в уютную комнатку со столом и несколькими мягкими креслами.

— Здесь Алый Папоротник принимает самых дорогих гостей, — пояснил он, усевшись и жестом предложив юноше последовать собственному примеру.

— А почему народ вообще к нему ходит? — поинтересовался Гален. — Радушным хозяином его не назовешь, верно? Выглядит так, будто ему на пьющих и смотреть-то противно.

— Да это у него игра такая, — ухмыльнулся Пайк. — А народ приходит потому, что здесь подают лучшее пиво во всем Катовере. Попробуй и убедишься!

Гален осторожно пригубил пиво, распробовал, сделал добрый глоток.

— А-а, теперь понятно, — усмехнулся он.

— Когда слывешь чудаком, это имеет свои преимущества, — рассуждал Пайк. — Начнешь делать что-нибудь совсем странное, а люди не обратят на это никакого внимания.

— В том числе и держать притон для лазутчиков, — уточнил Гален.

— Схватываешь с полуслова. — Пайк извлек из кармана кожаный кошелек и перебросил его Галену. — Только смотри, сразу всего не трать.

Гален развязал шнурок кошелька и заглянул внутрь.

— Хватит? — с улыбкой спросил Пайк.

— Да я таких денег сроду в руках не держал!

— Только не позволяй Пейтону и его парням выведать, сколько у тебя.

— Не идиот же я!

— По твоим словам, нет. — Старый воин достал из кармана сложенный лист бумаги и передал его Галену. — Это должно попасть в руки к Дэвину, — приказал он. — Ты постараешься передать письмо из рук в руки, и так оно было бы надежнее всего, но если по каким-либо причинам это окажется невозможным, проследи за тем, чтобы твой гонец тебя не подвел. Не вздумай отдавать письмо слуге — он наверняка отнесет его не туда, куда нужно.

Гален кивнул. Он развернул листок, пробежал глазами несколько строк.

— Что это? — недоумевающе спросил он. — Расписка?

— Угадал, — хмыкнул Пайк. — С документами такого рода писцу казначея приходится иметь дело постоянно.

— Но на самом деле это зашифрованное послание?

Пайк кивнул:

— Надежно храни. И сожги, если не сможешь передать Дэвину.

Гален убрал «расписку»:

— А что мне сказать, если кто-нибудь посторонний найдет у меня эту бумажку?

— Скажи, что ты сам не знаешь, что это за штука. Придумай какую-нибудь историю… нашел где-нибудь, тебе показалось, будто это может оказаться важной бумагой. Прикинься дурачком. Внешность у тебя для этого самая подходящая.

— Как трудно скрывать от людей природный ум! — в шутку посетовал Гален.

— А ты все-таки попробуй.

Ветеран и юноша поглядели друг на друга и разом ухмыльнулись.

С большим подносом в руках вошел Алый Папоротник.

— Отличная закусь! — радостно провозгласил он. — Ешьте на здоровье!

Он хлопнул изрядно нагруженный поднос на стол, и по всей комнате разлились дразнящие аппетит ароматы.

— Гален — наш человек, — сообщил трактирщику Пайк. — В дальнейшем ему может понадобиться твоя помощь.

— Запросто, — отозвался Алый Папоротник. Широко улыбнувшись, он блеснул двумя рядами здоровых белых зубов. — Дело привычное.

Он вышел и закрыл за собой дверь.

— И все? — оторопело спросил Гален.

— И все. Алый Папоротник с одного взгляда запоминает любое лицо. И любое имя.

— Хорошо, что он на нашей стороне, — искренне порадовался юноша.

Тут они решили, что пора уделить внимание и еде. Они воздали должное и отменной стряпне, и колоссальным порциям — и тот, и другой.

— Ну хорошо. Представь себе, будто перед тобой Дэвин, — в последний раз удовлетворенно рыгнув и похлопав себя по животу, продолжил Пайк.

— Что?.. А-а, понял.

— Я занят, — изменив голос, просипел Пайк. Он сделал вид, будто что-то пишет. — Что вам нужно?

— Да мне… мой хозяин хочет узнать, не сильно ли мешает пламя пожаров казначейскому делу?

— Что за вздор ты несешь? Где деньги, там и дыма-то не бывает.

— Он только что с дороги и сильно отстал от жизни, сымпровизировал Гален.

Пайк откинулся в кресле, расслабился.

— Недурно, — похвалил он.

Гален довольно ухмыльнулся.

— А этой штукой ты владеешь? — Старый воин указал на кинжал за поясом Галена.

— Если понадобится.

— Будем надеяться, что не понадобится. — Пайк замолчал, всмотрелся в лицо юноше. — Что ж, может быть, Таррант на твой счет и не ошибся.

— Ничто не рождает такого взаимопонимания, как похвала со стороны старшего товарища, — хмыкнул Гален.

Пайк рассмеялся, но ненадолго.

— Бывают случаи, когда самое правильное — испугаться, — заметил он. — Запомни это. А позабудешь хоть на миг, и второго шанса тебе могут уже и не дать.

— Я запомню, — пообещал Гален.

— А почему ты вообще за это берешься? — понизив голос, спросил ветеран.

— Потому что я знаю, что Монфор — человек хороший. И если он борется за то, чтобы изменить жизнь, которая свела в могилу мою мать, то я на его стороне.

— Понятно, — задумчиво пробормотал Пайк.

— И кроме того, сколько можно оставаться конюхом?

— И это правильно. — Ветеран допил кружку до дна. — Трактирщик меня убьет, — насмешливо заметил он, после чего поднялся с места. — Ну, как ты? Готов встретиться со своими новыми товарищами?

Они вернулись в передний зал трактира и спросили у Алого Папоротника, где сейчас могут оказаться археологи. Оказалось, что в последний раз их вроде бы видели в трактире «Пастух», но сейчас они, должно быть, оттуда уже ушли. Правота слов Алого Папоротника подтвердилась. В «Пастухе» было слишком тихо, так что Пайк с Галеном отправились оттуда в «Рыболов». Не успели они приблизиться к этому трактиру, как из его дверей вылетел — и тут же грохнулся наземь — крупный бородатый мужик. Пару мгновений пролежал, потом застонал, неуверенно поднялся на ноги и шатнулся обратно.

— Нормальные у меня деньги, крыса помоечная, — орал он. — Так какого ты…

Остаток вопроса был заглушен грохотом двери, которую открыли ударом ноги. Из трактира донесся шум драки, звон разбитой посуды.