Цветич. Книга 4 - Alex Stereoma

Но Сон уже не мог ответить и закрыл лицо ладонями, пока вся съёмочная команда смеялась, даже не пытаясь сдерживаться, а Со Ён хохотала, забыв о приличиях. Ох, этот момент определённо понравится корейской аудитории!

Хотелось бы им побольше пообщаться с Николой, но тут как некстати начали лезть наглые китайцы. Видите ли, они торопятся, и корейцам надо бы уже иметь совесть и отпустить капитана Спортинга.

И если интервью с Со Ён было похоже на позитивный диалог, то стоило Николе шагнуть влево на пару метров, как сразу почувствовалась удушающая атмосфера, хотя обе съёмочные команды находились совсем рядом.

Чжан Юн стоял бледный, как мел. Создавалось ощущение, будто его застращали настолько, что он вообще забыл, как говорить.

– Тебя из партии, что ли, выгнали? – поинтересовался Ник у товарища.

– Что? – захлопал глазами Юн. – А, нет! – мигом замотал он головой, прекрасно понимая, что Ник шутит, но всё равно невольно покосился на мужчину в строгом чёрном костюме, который пристально наблюдал за мальчиком.

– Ну ты если что говори, – якобы не громко сказал Никола по-португальски, – если тебя выгонят, то, знаешь ли, недолго оформить другое гражданство. Наверняка многие сборные захотят усилиться таким классным полузащитником как ты.

Чжан Юн захлопал глазами, а вот китаец в чёрном костюме не оценил шутки. Уши мужчины заходили ходуном, будто в режиме реального времени обрабатывали полученную информацию.

Никола улыбнулся. Всё-таки знают у них в китайской делегации португальский язык. А зачем, спрашивается, тогда выёживаются? Или в шпионов тут решили поиграть?

Интервьюером у китайцев выступал мужчина лет сорока на вид: невысокого роста; круглое, серьёзное лицо; волосы уложены так, что даже не колыхались на лёгком ветре, и создавалось впечатление, что на голове у него тёмный парик. Звали его Ван Вэй, и общался он исключительно на родном языке, будто опасаясь хоть слово произнести по-английски, а переводчиком выступала всё та же Мэй Ли.

Началось всё достаточно безобидно. Ван Вэй через Мэй Ли поздравил Спортинг с победой и задал несколько дежурных вопросов вроде: «Кто был самым сильным соперником?» или «Какой матч турнира больше всего запомнился?» и так далее, но в конечном итоге все свелось к Чжан Юну.

– Как ты считаешь, Никола, с твоей точки зрения, какой потенциал у Чжан Юна? – задал интересующий его вопрос Ван Вэй, и китайская съёмочная группа заметно притихла, будто приготовившись взвешивать каждое слово, которое произнесёт Цветич.

– Безграничный, – не задумываясь, ответил Никола, и лица китайцев просветлели, – но главное этот самый потенциал реализовать, – положил руку на плечо товарищу серб. – Кто бы не принимал решение, он правильно сделал, что поспособствовал переходу Чжан Юна в академию Спортинга. Я считаю, что нынешняя атмосфера внутри команды благотворно влияет на его развитие, и если он продолжит тренироваться под присмотром здешних наставников так же усердно, то сможет добиться больших высот, – повернулся он к другу и, улыбнувшись, кивнул.

Оба парня смотрелись со стороны немного несуразно. Никола был выше своего азиатского товарища на целую голову, однако никто не волновался о таком, а лестные высказывания в адрес их юноши заставили китайцев почти буквально засветиться от гордости.

– А как ты считаешь, Никола, – снова заговорил Ван Вэй, – кто выступает лучше: Чжан Юн или Сон Хын Мин? Насколько нам известно, они играют на одном фланге. Кто из них делает больший вклад в победу команды?

Ник снова повернулся к мужчине и едва не покачал головой от досады. Ну началось. Даже здесь и сейчас кому-то приспичило утвердить своё превосходство.

– Уважаемый, Ван Вэй, – вдруг сказал Ник по-китайски, чем удивил всю их съёмочную группу. – Футбол – это игра, где прятаться… – заговорил было серб, но Чжан Юн его перебил.

– Не 躲 (duō), а 多 (duō), – поправил его друг, а тренер Валенте Сантуш так и не расслышал, где тут разница. Звучало одинаково.

– Понял, – кивнул Никола. – Футбол – это игра, где многое зависит от всей команды, а не один игрока. Я считаю, что Чжан Юн и Сон Хын Мин, – произнёс Цветич и сделал несколько шагов за кадр и притащил с собой корейца, и поставил рядом с собой, – сила вместе! – и взял ладони обоих товарищей и прижал их между своими. – Левый фланг Спортинга сильно в последних матчах, потому что одна команда!

Корейская съёмочная группа захлопала на эти слова. Оказывается, и среди них многие знали язык соседей. А вот сами китайцы вытаращились почему-то именно на того мужчину в чёрном костюме, который все это время так и простоял в сторонке, только пристально наблюдая. Тем не менее тот помедлил и так же стал аплодировать, чем спровоцировал и остальных китайцев повторить за ним.

Так Никола и оба его товарища ответили совместно на ещё несколько вопросов. Естественно никто не стал выгонять Сон Хын Мина, а Ван Вэй даже наоборот похвалил парня за отличный сезон в Спортинге.

Валенте мельком покосился на того мужчину в чёрном костюме. Можно только строить догадки, кто это на самом деле. Китайцы в последнее время сильно активизировались, начиная всё сильнее и сильнее вмешиваться в футбольные порядки остального мира. Но каков Цветич? Не хочется лишний раз его хвалить, ведь парень и так обласкан вниманием, однако, как вырулил, а? Никола нашёл способ не только сгладить витающее в воздухе напряжение между двумя азиатскими делегациями с порой непростыми взаимоотношениями, но ещё и косвенно умудрился повысить престиж академии. Выглядело это со стороны не совсем идеально и наверняка можно ко многому придраться, но только именно это несовершенство и создало эффект той настоящей искренности, которая растопила лёд между съёмочными командами. Надо бы как-то поощрить парня.

Сантуш ещё раз пристально посмотрел на Цветича. Но чем порадовать того, у кого и так всё есть?

23 апреля 2008 года. 16:10. Академия «Спортинг». Тренировочное поле.

– Бетиньо, ну куда ты так?! – эмоционально всплеснул руками Диого Оливейра, когда центрфорвард снова промахнулся по воротам.