Юлия Набокова - Требуется волшебница. (Трилогия)

– Я смотрю, моя красота произвела на тебя должное впечатление. – Красотка истолковала мое молчание лестным для себя образом. – Надеюсь, ты поняла, с кем имеешь дело и на чье место в сердцах народа посягаешь. У них есть только одна богиня красоты – и это я, Афродита.

– Иди ты! – удивилась я. Меня не покидало ощущение, что красавица сошла со страниц глянцевого журнала, но уж никак не с Олимпа. Я, конечно, не каждый день встречаюсь с богинями, если уж совсем честно – никогда раньше не встречала, но от богини ожидала чего-то большего, чем ноги от ушей и белокурая грива.

– Ты как с богиней разговариваешь? – возмутилась та.

– А ты уверена, что богиня?

– Ты… ты подвергаешь мое божественное происхождение сомнению? – задохнулась от возмущения она. Видимо, я была первой, кто высказал подобное предположение.

Я внутренне приготовилась отражать молнии, которыми осыплет меня взбешенная небожительница, но ни грома, ни молний, ни прочих природных катаклизмов не последовало. Я осмелела.

– А документы у тебя есть? – копируя интонацию Печкина, пошла в наступление я.

– Какие документы? – растерялась богиня.

– Паспорт с олимпийской пропиской, свидетельство о рождении от божественных родителей, диплом об окончании курсов богинь со специализацией «Любовь и красота в земном мире».

– Может, тебе еще пропуск на Олимп показать? – ехидно поинтересовалась Афродита.

– А что, есть? – заинтересовалась я.

– А как же, еще партбилет Олимпийского братства, клубная карта сообщества Олимпийских богинь и водительские права на управление небесной колесницей! – расхохоталась богиня на чистом русском. – Ты где набралась этих бюрократических замашек, подруга?

– А ты? – развеселилась я.

– Можно сказать, в другой жизни, – вздохнула Афродита.

– И я там же.

Через минуту мы уже выяснили, что обе стали богинями по недоразумению, через две обнаружили, что в той жизни жили в одном городе, в одном районе и чуть ли не на соседних улицах, и попали сюда совершенно случайно. Я решила не рассказывать новой знакомой всей правды о себе и умолчала о своих магических способностях и приключениях в Вессалии и Океании, так что получалось, что я пошла купаться на пляже в Крыму, нырнула и вынырнула уже в этом мире. Но подругу по несчастью такая версия вполне устроила, и вскоре Афродита по имени Полина уже рассказывала мне свою историю головокружительного погружения в древний мир.

Полина Зорина с детства мечтала петь. Ее волшебный голос сначала привел ее в детский вокально-инструментальный ансамбль «Снежинки», потом – на музыкальный конкурс «Юный голос России», а затем – на реалити-шоу «С песней по жизни». Полина дошла до финала, но главный приз – запись сольного альбома – достался не ей, а дочке алюминиевого магната Веронике, которая при спонсорской поддержке папеньки могла записать хоть десять таких альбомов. Победа нужна была той лишь для рекламы и престижа. Вероника стала победительницей, а Полина осталась с носом. Расстроенной девушке вскоре предложили занять место строптивой солистки женского трио «Сердцеедки». Но когда восемнадцатилетняя Полина уже в мечтах покоряла сцену «Олимпийского», выяснилось, что путь к большой сцене лежит через пентхаус продюсера.

Помыкавшись четыре года по задворкам шоу-бизнеса, отчаявшаяся Полина завела себе богатого любовника Волкова, у которого были свои представления о женской красоте. Через четыре месяца у шатенки Поли появился новый пышный бюст, роскошные светлые волосы до пояса, фарфоровая улыбка, ровный загар, отдельная квартира с гардеробной на двадцать сценических костюмов, первый альбом, на презентацию которого собрался весь музыкальный бомонд, и два клипа с известными актерами в роли героя-любовника. Не зря же мне показалось, что я ее где-то видела! На двадцать третий день рождения Волков подарил Полине третий клип. Съемки проходили на Кипре: на морском берегу и на борту белоснежной яхты. Красавица яхта и сыграла роковую роль в превращении обычной певуньи в неприступную богиню.

В разгар съемок Полина увлеклась, позируя камере на носу корабля, и улетела за борт. Вода моментально потянула ее вниз, и на какой-то момент ей показалось, что это конец. Затем ей примерещилось, что кто-то подхватил ее под руки и тащит вверх. Вынырнув на поверхность, Полина обнаружила, что плещется в нескольких метрах от берега. Яхты не видать, таинственного спасителя – тоже. Но и это было не самым странным – на берегу не было видно ни здания отеля, ни пляжа с зонтиками и шезлонгами, да и остров был на себя непохож. «Как будто я не морской воды наглоталась, а ведро коньяка выхлебала», – пробормотала Полина, рванув к берегу.

При виде ее по берегу заметались люди. Выглядели они странно – в набедренных повязках и с непокрытыми головами. Но это Полину не удивило – как раз такую массовку заказал режиссер клипа для съемок на суше. Правда, в свободное от съемок время «туземцы» натирались солнцезащитным кремом, нахлобучивали на головы бейсболки с логотипом «Адидас», раскрывали журналы «Плейбой» и выглядели весьма карикатурно, а тут смотрелись до того правдоподобно, как будто где-нибудь за пальмой спрятался режиссер и дал команду; «Мотор!»

На всякий случай Полина выпрямила спину, выпятила грудь, втянула в себя и без того впалый живот и постаралась выплыть из моря как балерина Волочкова, а не как каракатица на льду. Хотя подлое море так и норовило сбить с ног сильными волнами, которые, разбиваясь о берег, пеной расстилались у ее ног, Поля отработала свой выход на твердую пятерку.

При виде ее массовка в восхищении замерла и что-то взволнованно зашептала. И тут Полине стало по-настоящему страшно. Потому что она поняла, что коварное море выбросило ее не на обитаемый остров с пятизвездочным отелем на берегу, а на какой-то забытый богом островок, на котором живут самые что ни на есть дикари, для которых набедренная повязка не театральный костюм, а повседневная форма одежды.

Дикари пожирали ее глазами и переговаривались на каком-то незнакомом языке. «Совещаются, с какими приправами меня лучше есть!» – помертвела Полина. А туземцы, в подтверждение ее догадки, выстроились возле нее полукругом. Отступать было некуда – только в море, поэтому Полина медленно попятилась назад. Но дикари, не будь дураки, мигом распознали ее маневр и отсекли путь к воде, взяв девушку в круг. «Конец!» – решила Полина и попыталась убедить туземцев в собственной гастрономической несостоятельности. «Силикон! Яд! Невкусно!» – объясняла она, указывая на грудь и скрещивая руки в запрещающем знаке. На что дикари лишь ошалело таращились на ее внушительных размеров бюст и покачивались в каком-то ритуальном танце. «Мослы! Кости! Мало мяса!» – увещевала она, поводя руками по животу и бедрам. Туземцы в ответ причмокивали языками и что-то непонятно горланили. «Умирать, так с песней!» – решила Полина – и запела. Непонятно, с чего ей вдруг вспомнился гимн «Фабрики.звезд», но из уст Полины полились его слова: «Круто ты попал на ТВ, ты звезда, ты звезда, давай народ порази! Круто ты попал на ТВ, ты звезда, ты звезда, давай народ удиви!»