Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

осторожен, коль не захотел демонстрировать Шеро свой собственный почерк, чего не скажешь о женщине. Она или поверила в то, что этот разбойник уничтожит письмо, что было бы странно, или просто отчаянно смела. А значит, ею движет какая-то страсть, которая притупляет осторожность. Что это за страсть? Отвага и патриотизм или ненависть и жажда мести? Мести кому? Римару или Феррату, или самому Беренгару? Или, может, королю?.. Хотя, возможно, она просто находится в полном подчинении этого мужчины, а он не слишком ею дорожит. Что ж, Монсо, вы очень помогли мне. Без вас я вряд ли заметил бы эти нюансы и сделал такие выводы. Идите спать, уже поздно.

— Может, я могу ещё чем-то помочь вам, ваша светлость?

— Разве что уберите это письмо в сейф, и отправляйтесь к себе. Я поужинаю и тоже пойду спать. У меня завтра, похоже, будет нелёгкий день.

Монсо выполнил его распоряжение и, тщательно заперев сейф, удалился, а Марк, поужинав, отправился в гостевую спальню и, стащив с себя камзол и сапоги, улёгся поверх покрывала на кровать и вскоре уснул.

Утром его разбудил яркий свет, пробившийся между гардинами на окне. Какое-то время он лежал, глядя в дубовый, расчерченный массивными балками потолок, затем дверь приоткрылась, и в щёлке показалось лицо Эдама.

— Вот вы где! — воскликнул он, распахивая дверь и входя. — Вас не было в вашей спальне, и я уж думал, что вы куда-то уехали без нас.

Он прошёл к окну и решительно раздвинул гардины. Марк поморщился и невольно прикрыл глаза рукой от яркого света.

— Что тебе до того, в какой постели я сплю? — проворчал он, приподнявшись, и спустил ноги на пол.

— Вы не выспались или вас так беспокоит то дело? Почему я спрашиваю? Ваше настроение имеет прямое отношение к тому, как я проведу этот день. Если вы рычите на меня, я грущу, а если в благодушном настроении, то я вполне доволен жизнью.

— Тогда начинай грустить.

— Так я и думал. Стол к завтраку накрыт, новостей из Серой башни нет. Я почищу ваши сапоги, другие сейчас принесёт Шарль, вместе с камзолом. Если вас не устроит его выбор вашего наряда на сей скорбный день, то пусть тоже немного погрустит.

И подхватив с пола сапоги и брошенный рядом камзол, оруженосец вышел из спальни.

— Наглый щенок, — пробормотал ему вслед барон.

Умывшись и позавтракав, он зашёл в кабинет, чтоб просмотреть подготовленные секретарём письма. В проёме двери на какой-то момент появилась Мадлен, но затем, ответив понимающей улыбкой на его мрачный взгляд, исчезла. В письмах не было ничего интересного: отчёт управляющего из имения с пространным обоснованием необходимости оплатить ремонт мельницы и очистку пруда в парке, несколько приглашений от знакомых на пиры и обеды и длинное сочинение Фонтейна, который, похоже, окончательно отупел от деревенской скуки в своём поместье и обилия хозяйственных забот, и находил утешение в том, что подробно расписывал свои злоключения на новом поприще. Велев Монсо подготовить ответы на письма, Марк решил, что ему пора на службу. Отправив оруженосцев в конюшню, он сам спустился в холл, и увидел что-то белое шевелящееся у входа. Маленький пушистый зверёк жалобно повизгивал, скрёб когтями дверь и норовил просунуть свой узкий нос между плотно сомкнутыми створками.

— Ну, что случилось? — спросил Марк и, подойдя, взял его на руки.

Щенок завертелся, звонко тявкая.

— Кто-то там за дверями? — спросил его Марк и, отворив дверь, вышел на крыльцо.

Там никого не оказалось, хотя площадь была заполнена народом. Торговцы уже открыли свои лавки, и возле них толпились покупатели. Осмотревшись, Марк не увидел ничего подозрительного, но в следующий момент вздрогнул от боли и разжал руки. Щенок вывернулся, прыгнул на крыльцо и помчался вниз по ступеням. Только в следующий момент, взглянув на окровавленный палец, Марк понял, что зверёныш укусил его и теперь бежал туда, где суетились пришедшие с утра на рынок кухарки и приказчики. Он бросился за ним, опасаясь, что столь нежно любимого Валентином щенка просто растопчут в этой толчее. Он расталкивал попадавшихся ему на пути зевак, и те даже не смели возмущаться, увидев высокого богато одетого мужчину с мечом на перевязи.

Пробираясь сквозь шумную толпу мимо прилавков, заполненных товаром, он едва успевал рассмотреть впереди мелькающий среди чьих-то юбок и сапог белый хвостик. Зверёк ловко лавировал в толпе, явно куда-то направляясь. Наконец он выскочил в широкий проход между рядами и возбуждённо повизгивая замер возле красивого резного портшеза, стоявшего на булыжной мостовой. Марк как раз успел выбраться из толпы, чтоб увидеть, как дверца портшеза отворилась, и зверёк запрыгнул внутрь. Ещё он разглядел пышную голубую юбку из переливчатого атласа, а потом на мгновение встретился взглядом с холодными бирюзовыми глазами баронессы де Флери. Дверца закрылась, дюжие носильщики взялись за поручни и подняли портшез, который подобно кораблю поплыл по людскому морю в сторону Королевской улицы.

Марк вздохнул, опустил голову и увидел, как по пальцам течёт кровь. Понятно было, что этот редкий щенок принадлежал баронессе, и сбежал, каким-то образом учуяв неподалёку свою хозяйку. Он достал из кармана платок и обмотал руку.

— Что-то случилось? — услышал он возбуждённый голос Эдама, который вылетел из толпы, едва не наткнувшись на него. — Вы ранены? Опять?

— Заткнись, — устало попросил Марк. — Я поеду в замок с Шарлем, а ты останешься дома и поговоришь с Валентином. Его щенок сбежал и уже не вернётся. Придумай что-нибудь, чтоб утешить его. Потом пойдёшь к Монсо. Он выяснил, что в доме завёлся шпион, который интересуется моей перепиской. Обсудите, как вывести его на чистую воду. Понял меня?

— Да, но руку нужно бы перевязать.

— Меня укусил маленький щенок, а не волк, — огрызнулся Марк и пошёл обратно к своему дому, ворча на ходу: — Мелкий неблагодарный щенок с очень острыми зубами…

Едва он вернулся в свой кабинет в Серой башне, как кто-то деликатно постучал в дверь.

— Войдите! — крикнул Марк, обозревая стопки бумаг на столе. Эдам добросовестно рассортировал письма и донесения, но расположил их по своему усмотрению, и теперь его хозяин просто не знал, где что лежит.

Дверь отворилась, и в маленькую комнатку вошёл огромный детина в одежде ремесленника. Поклонившись, он почесал пятернёй свою лохматую голову и в ответ на изумлённый взгляд барона, пояснил:

— Я отсутствовал несколько дней на службе, потому что искал работу, ваша светлость.

— Нашёл? — спросил Марк, поманив его к себе.

— Это было нелегко, — тот подошёл к столу и аккуратно опустился на стул рядом. — Оказывается