Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

— Его одурманили, но не так, как остальных. В доме все спят и мы не смогли их разбудить. А он хоть и не спит, но явно не в себе. Этот… племянник её светлости сообщил, что он шёл по улице, как сомнамбула.

— Значит, всех усыпили, а его одурманили, чтоб выманить на улицу?

— Заметь, его дяди дома нет.

— Это не говорит о том, что за этим стоит он, — пожал плечами Марк и проследил взглядом за баронессой, которая подошла к небольшому столику у окна и наклонилась к стоявшей там посуде.

— Не трогайте там ничего, баронесса! — нервно воскликнул маг.

— Я не трогаю, я нюхаю, — возразил старый лис. — Мальчику на ужин подали запеченную с клубникой и взбитыми сливками кашу. И именно туда подмешали порошок каких-то трав. Сложный сбор и доза небольшая, но я чувствую дурман и, кажется, опиум. Его не хотели отравить, только одурманить.

Филбертус, который подозрительно смотрел на неё, поднялся и, подойдя к столику, взял с него фарфоровую миску с кашей. Поднеся её к самому носу, он какое-то время пытался что-то унюхать, но потом поставил её на место.

— Я ничего не чувствую!

— У вас слабое обоняние, — фыркнул Туйгун. — Я даже отсюда чувствую дурман, опиум и горькую полынь.

— Точно! — кивнула баронесса. — Именно полынь!

Маг посмотрел на них обиженно, видимо, решив, что они над ним издеваются.

— Сходите на кухню и проверьте котлы, — предложил Марк. — Обитателей дома тоже чем-то опоили, если они спят беспробудным сном.

— Ладно, — кивнула баронесса и направилась к двери, но Филбертус её удержал.

— Какое вообще вы имеете отношение к этому семейству? — спросил он, изнывая от подозрительности. — Вы знакомы с бароном де Бельгардом?

— Я его в глаза не видела, — проворчала баронесса, ловко высвободившись. — Если будете меня трогать, я пожалуюсь королю!

Филбертус поспешно отступил, пряча руки за спину.

— Она странная, — пробормотал он, когда баронесса и её племянник вышли.

— Это не ново, — проговорил Марк, глядя на мальчика. — Вы осмотрели все комнаты?

— Да, все спят. Нужно будет забрать с собой содержимое этой миски и проверить в лаборатории. И образцы еды с кухни.

— Когда ты осматривал дом, не нашёл ничего, что говорило бы о магии?

— Если здесь и есть используемое в этих целях помещение, я его не обнаружил. Возможно, туда ведёт какой-то потайной ход. У меня не было времени поворачивать подсвечники и простукивать панели. Я просмотрел бумаги в кабинете, но там только личные письма и финансовые документы. Правда, в библиотеке целый шкаф забит книгами на эту тему.

— Ты много успел, — одобрил Марк. — Увы, этого не достаточно, чтоб сделать вывод о причастности барона де Бельгарда к похищению.

— Но его опять нет дома!

— И что? Может, он на тайном свидании или играет в карты в каком-то притоне.

Филбертус хмуро взглянул на него и вздохнул.

— Ты всё время пытаешься его защитить, а у меня приказ запереть его в наших казематах. Старушка Инес недовольна, что ты сунулся в это дело. Она подозревает, что ты попытаешься отвести от него опасность в память о его брате и короле Эдмонде.

— Я не собираюсь защищать его, если он виновен, но Жоан ясно дал мне понять, что в этом деле должны соблюдаться все законы Сен-Марко, а не только закон о колдовстве и указ о тайной полиции. Потому, забрать его в Белую башню ты сможешь только при наличии неопровержимых доказательств его участия в тёмном колдовстве, но и там тебе придётся помнить, что он — барон Сен-Марко, а, следовательно, применение пыток к нему допустимо только с согласия короля. Пока у нас нет ничего, и мы даже не вправе обыскивать его дом. Но ничто не мешает нам осмотреться, пока хозяин не вернулся. Мы всё равно не можем сейчас уйти и оставить здесь одурманенного ребёнка среди спящих слуг и домочадцев. Оставь кого-нибудь с мальчиком, а мы ещё раз осмотрим дом.

Филбертус вызвал одного из своих сыщиков и велел ему остаться с ребёнком. Вдвоём они вышли из спальни и в этот момент где-то внизу раздались крики и грубая брань. Марк поспешил туда и увидел барона де Бельгарда, который стоял у дверей, держа руку на эфесе меча, в то время как стражники нацелили на него свои пики.

— Прекратите! — крикнул Марк, сбегая по ступеням лестницы.

— Опять вы! — воскликнул барон, свирепо глядя на него. — Как вы посмели вторгнуться в мой дом без разрешения?

— Вторгнуться? Без разрешения? — разозлился Марк. — Нам было не у кого его спросить! Вашего племянника снова чуть не похитили. Все обитатели замка спят мёртвым сном, ворота нараспашку! Кто угодно мог войти сюда, перерезать всем глотки и забрать всё, что ему заблагорассудиться, включая вашу дочь и фамильные драгоценности! Вам повезло, что вошли мы!

— О чём вы говорите? — встревожился барон. — Где Жюльен?

— В своей комнате. Его чем-то опоили.

Де Бельгард бросился к лестнице, но Филбертус преградил ему дорогу.

— Где вы были, барон? — спросил он.

— Это не ваше дело! — рявкнул тот, но придворный маг покачал головой.

— Вашего племянника снова пытались похитить, когда вы предусмотрительно покинули дом. Все ваши слуги спят, и я пока не знаю, что тому виной: сонные травы или колдовские чары. Против вас уже начато расследование по обвинению в колдовстве, а теперь и тайная полиция присоединилась к нему.

— С каких это пор тайная полиция занимается колдовством? — мрачно взглянув на Марка, проворчал де Бельгард.

— Король поручил мне расследовать дело о похищении и покушении на убийство восьмого графа де Фортена, — пояснил Марк. — Он обеспокоен тем, что случилось с сыном одного из близких друзей его дяди короля Эдмонда.

— Что ж, тогда я не вправе возмущаться тем, что вы вломились в мой дом, — вздохнул барон. — Я уходил по делу, но не могу сказать куда. Это была тайная встреча.

— Свидание с замужней женщиной? — уточнил маг.

— Нет! — возмутился де Бельгард.

— Тогда что? Вы состоите в каком-то тайном обществе или играете в подпольном притоне на большие суммы?

— С вас довольно и того, что я не причастен к похищению моего племянника. Я могу его увидеть? — он перевёл взгляд на Марка.

— Хорошо, — к недовольству Филбертуса кивнул тот. — На всякий случай вызовите лекаря. Пусть он осмотрит мальчика, но, надеюсь, он скоро очнётся. Наши люди пока останутся здесь. Днём, когда ваши домочадцы проснутся, мы вернёмся и допросим их.

— Как вам будет угодно, — буркнул барон и направился к лестнице, но потом остановился. — Кто спас Жюльена на этот