Заноза для ищейки - Анастасия Юрьевна Королева

– Конечно, – весьма натурально возмутился патолог, – я прекрасный целитель – за всю карьеру ни одного недовольного пациента!

Я не выдержала и беззвучно рассмеялась. А вот Лестер остался таким же каменным и недовольным, я это чувствовала, даже не видя его лица.

Оливер осторожно отнял свою руку:

– Вот, видишь, она уже и смеётся, – затем поднялся и сам, отошёл на шаг назад и, осмотрев меня пытливым взглядом, спросил: – Насколько доза «сладкой смерти» превышала ту, которую ты принимала для привыкания?

Да, это для Хайда оказалось новостью, что я испытывала на себе все яды, которые мне попадались. Для хорошего целителя, действительно, хорошего, даже если местом его работы являлась мертвецкая, в таких опытах не было ничего необычного. Нет, я бы не сказала, что каждый второй этим увлекался, но всё же. В нашей среде это не вызывало такой бурной реакции, как у Лестера.

А как ещё понять, как работает яд? И какая его доза смертельна? Какие первые признаки, не внешние, которые можно заметить слишком поздно, а именно те, что происходя внутри организма? Я хотела всё это знать и понимать, поэтому и испытывала на себе. Очень аккуратно, заранее приготовив противоядие и досконально изучив доступные материалы. Словом, я не рисковала ради риска, у меня была своя цель – помогать там, где другие даже не успеют понять, в чём дело.

Я нахмурилась, пытаясь сопоставить свои ощущения во время испытаний и сегодня. Подумав, ответила:

– В полтора раза, не больше.

Оливер удовлетворённо кивнул:

– Значит, как я и сказал – при соблюдении рекомендаций, завтра всё будет отлично.

– Хорошо, – отозвалась тихо. Силы утекали слишком быстро, я уставала даже он простой беседы.

Что удивительно, в наш разговор совсем не вмешивался Лестер Хайд, но я слышала над ухом его недовольное сопение, словно он готовил развёрнутую речь, где первым и самым главным аргументом будет:

– Ты сумасшедшая, – прошептал он, а я вновь улыбнулась, потому что угадала. Пожалуй, со стороны так и было, спорить не хотелось.

– В лечебницу или домой? – спросил Оливер, делая вид, что не расслышал того, что сказал начальник. И вновь уголки его губ дёрнулись вверх, но лицо осталось невозмутимым.

Мы ответили одновременно:

– В лечебницу! – безапелляционно заявил Лестер.

– Домой! – поспешно бросила я, представив, что к утру в квартире натворит Лео. С него станется разворотить всё, до чего доберутся его лапы.

– Нет, – уже на моё заявление отреагировал начальник.

Тогда я чуть повернула голову и, поймав его слегка шальной взгляд, произнесла:

– Не стоит переживать, со мной, действительно, всё будет хорошо. Дома мне проще.

Он, как и всегда, хотел возразить. Его ноздри грозно раздувались, губы он сжал в тонкую линию, а глаза… В них было так много всего, что я не смогла разобрать эти эмоции на составляющие. Я снова ждала потока невменяемого упрямства, но вместо этого Лестер посмотрел куда-то поверх моей головы и приказал:

– Джеймс, останешься за меня, как закончите, жду подробный отчёт.

А потом, пока я не успела ничего понять, подхватил меня на руки и понёс к магмобилю.

Эм-м-м… Что это такое?

– Я могу сама, – прошептала и попыталась дёрнуться, но куда там – меня держали крепко, а потом ещё и наградили таким взглядом, что сопротивляться я мгновенно передумала.

Мне только и осталось, что замереть и не подавать признаков жизни вплоть до того момента, пока меня не опустили на сиденье и не накрыли невесть откуда взявшимся пледом. Затем Лестер обошёл магмобиль, делая вид, что не замечает застывших в немом изумлении сотрудников, смотрящих на происходящее безгранично удивлёнными взглядами. Он сел и замер на несколько секунд. Я видела, как были напряжены его руки, как он пальцами сжимал руль. И от этого мне тоже стало не по себе.

Он злился, я это точно знала, но не понимала, на что именно. На меня? Но ведь я ничего плохого не сделала? Немного отравила свой организм, но на то он и мой, чтобы делать с ним всё, что я посчитаю нужным.

Наконец, магмобиль осторожно тронулся с места. Вскоре рынок и произошедшее на нём остались позади. Я бездумно смотрела на проплывающие мимо деревья и дома, и вздрогнула, когда услышала тихий голос Хайда:

– И давно ты испытываешь на себе яды?

Вопрос, по большому счёту, не должен был настораживать меня. На эту тему я могла говорить много и вполне охотно, но меня всё же что-то насторожило, если не сказать больше – напугало. Поэтому вместо ответа, я задала встречный вопрос:

– А вам это зачем?

Бросила на него подозрительный взгляд и плотнее закуталась в плед.

По губам Лестера скользнула холодная улыбка и он, не глядя на меня, произнёс:

– Любопытно.

Он сказал, в общем-то, простое слово, а у меня от него, почему-то, холодок по спине пробежал. Я втянула голову в плечи и пробормотала:

– Не скажу!

Внутренний голос очень отчётливо говорил мне о том, что любой мой ответ, не удовлетворит начальника, а лишь сильнее его разозлит.

– Почему это? – вкрадчиво поинтересовался Хайд. И я только убедилась – лучше молчать. Он, словно хищник, уже почуял добычу и планомерно загонял её в ловушку. Но я жертвой никогда не была, и теперь становиться ей не собиралась.

– Потому что, – проворчала, отворачиваясь к окну, и совсем тихо закончила, – вы ругаться будете.

Наверное, для любого случайного слушателя, это предположение оказалось бы слишком глупым и надуманным, но… Я буквально чувствовала, какие он испытывал эмоции. И среди них не было ни одной с положительным окрасом. Всё больше негативные.

Лестер шумно выдохнул, затем помолчал и в тон мне проворчал:

– Буду, потому что… – он не договорил, теперь уже с шумом втянул воздух, пытаясь укротить злость, бушевавшую внутри. – Это же ненормально! – закончил начальник совсем тихо.

Я на это заявление усмехнулась и медленно повернулась к нему. Окинула его придирчивым взглядом и спросила:

– Хотите сказать, что вы абсолютно во всём нормальны?

Он мельком