Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына
Ребель подавился от неожиданности и закашлялся, глядя выпученными глазами на Марка. Тот спокойно продолжал есть, а Джин Хо расхохотался.
— Что вас так удивило, господин стряпчий? — поинтересовался он. — Или вы считаете рассуждения его сиятельства ошибочными? Вы разбираетесь в горном деле? Вот мне интересно, а за сколько вы собираетесь всучить этот рудник вашему поручителю графу де Лавалю? Он не был бы взбешён, если б услышал, что вы заплатили тысячу марок, а с него получили пятьдесят тысяч?
— Не говорите ерунды, господин Хуан! — отдуваясь, взвизгнул Ребель.
— Разве это ерунда? Давайте поспорим! Я нанесу визит этому графу и поболтаю с ним о том о сём и между делом сообщу о цене, которую вы предложили барону де Олонду. И если я ошибся насчёт вас, то обещаю принести публичные извинения и выплатить вам десять тысяч серебряных марок. А если нет — я препровожу вас в тюрьму за мошенничество! Соглашайтесь! Вам выпала возможность так просто заработать десять тысяч!
— Если они у вас есть! — фыркнул стряпчий.
— О, для него это безделица! — усмехнулся Марк. — Которой он вполне может пожертвовать ради шалости.
— Я не стану с вами спорить, господин наглец! — запальчиво крикнул стряпчий и обиженно отвернулся.
— Он не хочет в тюрьму, — прокомментировал Джин Хо. — Жаль!
— Это невыносимо! — крикнул толстячок, обернувшись к Марку. — Ваш подопечный издевается над честными людьми, а вы спокойно наблюдаете за этим?
— А что я сделаю? Я не могу заткнуть ему рот, — пожал плечами тот.
— Этот юноша, и правда, ведёт себя дерзко! — проворчал де Турнье, с ненавистью взглянув на лиса.
— Действительно! Какая дерзость — не позволить проткнуть себя вашим мечом. Вы угрожали мне, видя, что у меня нет оружия. Мне, хрупкому, беззащитному юноше, вооружённому одним только веером!
Дамьен невольно рассмеялся, бросив взгляд на де Турнье, а тот побагровел.
— Похоже, в этом доме не знают о приличиях! Вы предпочитаете унижать своих гостей, кавалер де Олонд?
— Не нравится дом, так убирайтесь! — воскликнул Джин Хо. — Вы уже поняли, что ваш мошеннический план провалился, сделка сорвалась и вам больше нечего тут делать!
— Я так и поступлю! — крикнул де Турнье, с грохотом отодвинув своё кресло, и, встав, выбежал из столовой.
— Воздух чище! — проворчал вслед ему лис. — А вы, господин стряпчий, никуда не торопитесь?
— Нет, господин Хуан, — буркнул тот. — Я ещё не получил окончательный отказ от господина де Олонда и потому остаюсь.
— Я вас понимаю. Хоть в комнатах и прохладно, но кормят хорошо. И вино отменное! — и он поднял бокал, повернувшись к Дамьену.
Вскоре, однако, Ребель закончил трапезу и, коротко, хотя и почтительно поклонившись графу де Лорму, удалился.
— Что ж, я очистил поляну от чужаков, и теперь мы можем поговорить о делах, — произнёс лис, обратившись к рыцарям. — Как вы знаете, мы здесь не только из-за покупки рудника, но и для того, чтоб отыскать вашу сестру, де Олонд. Вам известно, что Марк — способный сыщик, которого ценит даже король. Вы хотите, чтоб он помог вам в этом деле?
— Да, — кивнул юноша, став серьёзным. — Я уже смирился с её смертью, но хотел бы достойно похоронить её и наказать того, кто её погубил.
— Тогда вы должны быть с нами честны. Что вы думаете о смерти де Руже?
Дамьен вздрогнул и бросил на него испуганный взгляд.
— Откуда вы знаете?
— Природная наблюдательность, — пожал плечами лис. — Но вы же поняли, что он умер вовсе не от тоски.
— Да, — понурился Дамьен. — В детстве отец рассказал мне о нашем проклятии и дал старинную книгу — летопись нашего рода, где подробно описывалась болезнь Ренода де Олонда и его сына, а после упоминалось, что тот же недуг настиг и их потомков. Это описание так потрясло моё воображение, что я запомнил его навсегда. Мне даже снились кошмары… Потому, увидев утром несчастного Жильбера, я сразу узнал описанные в рукописи признаки этой болезни. Но я не понимаю! Он не барон и даже не де Олонд! Я хотел поговорить об этом с отцом, но он совершенно убит горем!
— А что насчёт призрака? — спросил Марк. — Я сам слышал ночью чьи-то шаги и сомневаюсь, что так вышагивают ваши слуги. Они не были похожи и на вашу поступь.
— Не знаю, я тоже их слышал, и они меня обеспокоили. Раньше здесь не случалось ничего подобного. Я вышел из своей комнаты и даже поднялся на верхний этаж, но никого не нашёл. Может, проклятие пробудило душу одного из наших несчастных предков? Я уже ничему не удивлюсь!
— А что насчёт украшенного серебром надгробия? — полюбопытствовал Джин Хо.
— Говорят, что серебряными полосами стянуто именно надгробие Ренода де Олонда, — сообщил рыцарь. — На перекрестьях установлены накладки с охранительными знаками и заклинаниями. Это было сделано одновременно с постройкой сторожевых башен, поскольку считалось, что это сэр Ренод привёз проклятие в отчий дом и его смятенный дух может подняться из могилы и снова призвать это несчастье.
— Может, стоит проверить, на месте ли серебро? — уточнил лис, повернувшись к Марку.
— Не сейчас, — покачал головой тот. — Я вообще не верю в проклятие. Девушка пропала не по вине тёмных сил. Болезнь де Руже загадочна, и всё же это болезнь, у которой есть какие-то причины. Что касается того странного топота, то, возможно, кто-то намеренно пугает нас. Пока оставим это! Итак, господа, завтра утром, едва рассветёт, мы отправимся на рудник. А пока займёмся каждый своими делами. Я намерен закончить изучение документов, которые любезно предоставил мне кавалер де Олонд. Их осталось немало, потому я даже с помощью своего оруженосца закончу не раньше полуночи. Кавалер, прошу вас распорядиться, чтоб ужин нам принесли в библиотеку.
— Отлично, а я пока лягу вздремнуть, — потянулся лис.
Марк подозрительно посмотрел на него, но ничего не сказал.
Рано утром Марка разбудил стук в дверь. В покои ворвались оруженосцы, Шарль нёс таз с кувшином, а Эдам — поднос с завтраком. Они весело переговаривались, и только выбравшись из сумрака душного балдахина, Марк понял причину их оживления. Наступило светлое утро и за окном голубело бледное небо.