Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

— А вот и Марк!

Он взглянул туда, и увидел расставленные под цветущими розовыми деревьями столы. Возле одного из них стояли люди, смотревшие в его сторону и, пробегая взглядом по их лицам, он с радостью узнал командора де Мариньи, леди Дарью, капитана Карнача и его верных гвардейцев, а потом он замер, заметив того, кто произнёс его имя. К нему, раскинув руки, шел улыбающийся Арман, и пусть он был одет в странную одежду и его прекрасные золотые волосы были коротко острижены, его лицо осталось прежним.

Марк бросился ему навстречу и через мгновение оказался в крепких и нежных объятиях своего друга и короля, а наблюдавший за ними Ран взял из рук Тиён бокал с шампанским и усмехнулся.

— Я ж говорил, детка, что предела нет ни мечтам, ни совершенству, ни приключениям!

— Скучно, — проговорил Джин Хо, глядя в бледно-голубое небо, где сквозь тонкую пелену облаков проглядывал белый диск солнца, маленький и незначительный, как мелкая серебряная монетка. Он устроился на балюстраде террасы в замке Лорм и уже полчаса ныл, жалуясь на свою жизнь: — Здесь ничего не происходит. Совсем… Я сплю, ем и брожу по лесам, но мне попадаются только еноты и барсуки. Даже лисы здесь мелкие и робкие, они шарахаются от меня или заискивают. И никакого интеллекта! Чем мне заняться? Я увязался за тобой в надежде развлечься. В прошлый раз здесь было куда веселее!

— Ну да, — скептически заметил Марк. Он сидел здесь же на террасе, за столом, заваленным бумагами, и иногда, оторвавшись от них, бросал взгляд в сад, где по дорожкам носился его пасынок со своим упитанным белоснежным волкодавом, а возле небольшого фонтанчика, под кустом роз сидела Мадлен с книгой и, не отрываясь от чтения, покачивала рукой резную колыбель, в которой в ворохе кружев спал маленький Арман. — Хочу тебе напомнить, — произнёс Марк, — что в прошлый раз были разбойники, косматое чудовище, которое пожирало оленей и нищих, и сумасшедшая ведьма, изничтожавшая красивых девиц в округе. Меня чуть не убили несколько раз, да и тебе досталось.

— Вот я и говорю, было весело! — воскликнул кумихо. — А теперь? Ты занимаешься делами, Мадлен — детьми, а я брошен на произвол судьбы. Жизнь стала безопасной и потому скучной! Вот почему Раймунд отпустил тебя в Лорм? Да потому что в Сен-Марко для тебя нет работы! Ни заговоров, ни загадочных убийств…

— Я считаю, что это хорошо, — перебил его Марк.

— Хорошо, но скучно… Вон идёт твой капитан Лафар, наверно доложит, что в твоих владениях всё в порядке и ты можешь спать спокойно.

— Я итак сплю спокойно, — проворчал Марк и посмотрел туда, где белела лестница из мрамора, ведущая на нижнюю площадку перед домом.

Вскоре там появился высокий рыцарь в красивых, начищенных до блеска доспехах. Он был молод, с каштановыми, чуть вьющимися волосами, обветренным смуглым лицом и карими глазами. Облик его был суров, как у многих рыцарей, участвовавших в военных походах, но всё же очень привлекателен, и Марк уже в который раз с удовольствием окинул взглядом его статную фигуру, и при этом заметил, что капитан немного смущён и даже расстроен. Поклонившись графу, он бросил взгляд на взиравшего на него с любопытством Джин Хо и произнёс:

— Простите меня, ваше сиятельство, что я побеспокоил вас, но я пришёл просить за друга, по глупости своей попавшего в неловкую ситуацию.

— И что ж это за друг? — осведомился Марк. — Что с ним случилось?

Он обернулся, услышав за спиной знакомый стук, и увидел управляющего замком господина де Невиля, который торопливо направлялся к ним, при ходьбе опираясь на свою трость.

— Вы решили действовать в обход, капитан? — недовольно проговорил он на ходу.

— Вы отказали мне в моей просьбе, господин де Невиль! — явно оправдываясь, воскликнул Лафар. — И у меня нет иного способа помочь другу, кроме как обратиться к его сиятельству…

— Мало того, что вы, являясь комендантом крепости, вместо того, чтоб обеспечить надлежащий порядок, покрываете своих разгульных друзей, так ещё и имеете наглость…

— Подождите! — остановил их перепалку Марк. — Давайте разберёмся. Что случилось, господин де Невиль?

— Вчера я поднялся на внешнюю крепостную стену, — ответил тот, — и обнаружил, что пост на западной башне пуст, там валялась алебарда, но караульного не было. Я пошёл его искать и нашёл прикорнувшим за щитом обзорной площадки. Он был пьян! Естественно, я сразу вызвал сержанта и велел ему прислать другого караульного, а этого отправить в холодный подвал. Я приказал оставить его там на десять дней и держать на хлебе и воде. Вы сами военный человек, ваше сиятельство, и понимаете, что подобное поведение в крепости недопустимо даже в мирное время! Капитан совсем распустил своих людей, пользуясь вашим расположением к нему.

— Это не так! — запротестовал Лафар. — Ваше расположение ко мне, мой сеньор, я считаю поводом ещё более ревностно исполнять свои обязанности! Вам известно, что я постоянно муштрую солдат гарнизона и заставляю рыцарей упражняться с мечом, копьём и алебардой. Я никому никогда не спускал нарушение устава крепости, и мои люди исправно несут свою службу. Однако это — особый случай. Дамьен де Олонд, действительно, напился перед тем, как заступить в караул, и покинул пост, но это вовсе не обычное для него поведение. Я знаю его с детства, он прошёл со мной под знамёнами короля Ричарда до Восточных скал и оттуда до стен луара. У меня никогда не было нареканий к нему. Но недавно его постигло несчастье, потом другое. Беды сыплются на него и его семью как из мешка. Он впал в тяжёлую тоску и начал глушить её вином, потому я и отправил его в караул, как обычного стражника, в качестве наказания за попойки. Он безропотно подчинился и до этого случая не позволял себе пить перед выполнением своих обязанностей…

— Какими бы тяжёлыми не были обстоятельства, это не оправдание подобному проступку! — раздражённо вставил де Невиль, но Марк жестом остановил его.

— Чего ж вы хотите, капитан? — спросил он. — Наказание, назначенное вашему подчиненному господином де Невилем, вполне соответствует тяжести его проступка. Оно не чрезмерно и вполне оправдано. Десять дней — не такой уж большой срок, чтоб это как-то отразилось на его здоровье, и, отбыв его под арестом, он выйдет на свободу