Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына
Подойдя к низкой дверце домика, он осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, постучал. Вскоре он услышал шаркающие шаги, дверь распахнулась, и он увидел на пороге старичка с длинными белоснежными волосами, похожими на пух одуванчика, одетого в потёртую суконную мантию с чистым полотняным воротником. Он уже готов был заговорить с ним, объяснив, кто явился в его дом под видом мастерового, но старичок радостно кивнул и, повернувшись, зашаркал обратно в глубину дома.
— Я рад, что ты зашёл, Марк, — бормотал профессор Гаррель. — Ты уже вернулся с войны или в этот раз не ездил туда? Ко мне не так давно заходил Тристан, он сказал, что едет на войну. Он принёс мне миндальное печенье и конфеты из молока и мёда, очень вкусные. Я угощу тебя. Ты ведь по-прежнему любишь сладости?
Марк аккуратно прикрыл за собой дверь и пошёл за ним следом. Он вошёл в большую комнату, заваленную книгами, и на ходу по давней привычке погладил побитое молью чучело совы со стеклянными глазами. В детстве это чучело вызывало у него восторг своей схожестью с живой птицей.
— Где же они? — старик осмотрелся по сторонам. — Знаешь, мой мальчик, наверно прошло чуть больше времени, и я всё съел.
— Не беда, учитель, — произнёс Марк. — Я принёс вам груши в вине.
Он поставил горшочек на стол, и старик снова расплылся в улыбке.
— Ты не забыл, что я люблю их! Ты всегда был добрым мальчиком, хотя все вокруг твердили, что ты злой и испорченный. А я говорил Арману, что как только ты перестанешь винить всех подряд в своих бедах, твой характер волшебным образом исправится. Так ты не пошёл на войну?
— На какую войну, учитель? — спросил Марк, рассматривая лежащий на столе план какого-то замка.
— Не знаю. На ту, о которой говорил Тристан, когда заходил ко мне последний раз.
— Та война закончилась год назад, — ответил Марк. — Я был там и вернулся, в отличие от Тристана. Он погиб.
— Правда? — профессор Гаррель выглядел озабоченным. — А я был уверен, что он заходил ко мне совсем недавно. А, может, это был не он, а его сын? У него ведь есть сын?
— Два сына и дочь. Старший сейчас в Сен-Марко, его зовут Жан и он тоже оруженосец короля, но вряд ли он мог зайти к вам.
— Нет, того звали Тристан, — возразил старик. — И он собирался на войну. Я совсем запутался. Садись, Марк. Ты ведь пришёл по делу?
— Да, — кивнул тот и подошёл к полке, на которой стояла посуда. Он взял с неё небольшую глиняную миску и вынул из ящичка ложку, после чего положил в миску из горшка несколько груш и подал старику. Тот снова улыбнулся ему благодарной тёплой улыбкой и принялся за угощение. — Я пришёл, учитель, чтоб расспросить вас о замке Лорм, — произнёс Марк, присев на скамеечку возле ног старика. — Я знаю, что никто во всём королевстве не знает так много о замках севера и юга, как вы. Что вы можете мне сказать о нём?
— Зачем тебе сдался этот старый замок, Марк? Он стоит в глуши и давно уже никого не интересует.
— Дело в том, что теперь этот замок принадлежит мне.
— Ты что-то путаешь, мой мальчик, — возразил Гаррель. — Этот замок не может принадлежать никому, кроме Лормов, а последний из них, Аделард давно умер. Даже коннетабль де Лианкур всего лишь приглядывает за ним, но не является его хозяином. Как же им может владеть барон де Сегюр?
— Так решил король, — пожал плечами Марк.
— Это неправильно, — заявил профессор. — Это нарушение эдикта короля Генриха. Ни Франциск, ни Эдмонд никогда бы не сделали такого. Да и Арман тоже, но Ричард… Я сразу сказал, что он станет плохим королём и будет нарушать законы. Он обиделся и отправил меня в отставку, хотя назначил приличную пенсию. Это он отдал тебе Лорм?
— Нет, его сын Жоан.
— Этот ребёнок. Он же совсем малютка! Как он мог отдать кому-то собственность графского рода? Или это была не собственность? Да, ненаследуемое владение, кажется так. Очень редко применяемый статус для замка.
— Что вы скажете о нём? Когда и зачем он был построен?
— Он был построен на пятом году правления короля Анри Золотое копьё по его именному указу, — без запинки ответил старик. — Его построили за несколько лет, благо камня в тех местах достаточно. Сравнительно небольшой замок: надвратная башня, две сторожевые и донжон на отвесной скале над горной рекой. Всё это обнесено второй крепостной стеной с башнями, бастионами и коридором смерти. Это была настоящая твердыня в глубине гор.
— Зачем её построили? Для защиты серебряных рудников? От кого должны были защищать эти высокие стены?
— Я не знаю, зачем её построили, Марк. Серебряных рудников там тогда не было. Это позже, когда Генрих пожаловал замок наследникам де Лианкуров, те решили поискать серебро и там. Лианкуры всегда жили на широкую ногу за счёт своих серебряных рудников, рядом расположена серебряная провинция Рошамбо, также принадлежащая Сен-Марко. Тогда де Лормы и решили поискать среброносные жилы в своих новых владениях и нашли их. Серебро рекой потекло в их сундуки. Они снесли старый замок и построили там новый — прекрасное строение с тремя террасами в южном стиле. Что же до соседей… нет, там не было никого, кто мог бы покуситься на королевский замок. Земли вокруг принадлежали верным вассалам короля, готовым отдать за него жизнь.
— Выходит, неизвестно, для чего король Анри поспешно построил в глуши укреплённую цитадель, которой никто не мог угрожать. А впоследствии его правнук Генрих подарил этот замок своему боевому другу из рода де Лианкуров, даровав ему титул графа де Лорма. Выходит, к тому времени у королей уже отпала нужда в этом замке? Что же это была за причина, из-за которой он был построен? Может, это была тайная тюрьма для какого-то важного узника?
— Мы можем только