"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

и, превозмогая себя, я продолжала бежать. Однако, я очень быстро поняла, что сколько бы сил я не прикладывала, как бы быстро не бежала, все равно оставалась на месте. Я задыхалась от бесполезного бега и от обреченности, которая вдруг поселилась где-то глубоко в груди. Не выдержав, я упала на колени, и песок тут же начал засасывать мои руки и колени. Я попыталась ими пошевелить и выдернуть из песчаного плена, однако у меня ничего не вышло: я лишь еще глубже погрузилась в трясину. Теперь я не сомневалась, что это именно трясина. Но как она могла появиться на берегу моря? Паника начала въедаться в мой мозг, как голодный червь и я закричала.

– Алиса! Проснись! – Я почувствовала, как кто-то сильно трясет меня за плечо, и тут же очнулась и начала дико оглядываться по сторонам. Наконец, я увидела, что надо мной склонилась Лена.

– Я долго спала? – Произнесла я на выдохе.

– Нет, задремала не больше чем на пятнадцать минут. Ты кричала во сне.

– Да уж, и надо же было такому присниться… – Я провела рукой по лицу стараясь смахнуть остатки этого кошмара и восстановить дыхание. – Просто страшный сон… Они еще не появлялись?

– Нет. Пока нет…

И мы с ней обменялись тревожными взглядами. В комнате находилась еще и Люмия, но совсем недавно сон сморил и ее. Как так получилось, что мы все сейчас находимся здесь и с замиранием сердца ожидаем своих любимых? Надо было настоять и ожидать их у тоннеля. Однако, нам запретили, и отправили дожидаться их сюда.

– И почему они так долго?! – Не удержалась и воскликнула я.

Ленка на это только вздохнула.

– Хорошо Люмии, она хоть ненадолго уснула. Надо было мне идти с ними! Я бы точно смогла им помочь! – Наконец не выдержала и она. – Ну зачем Васс туда пошел? Он же не военный и никогда не бывал в таких ситуациях?! А вдруг его ранят, схватят или… убьют! – И она вдруг расплакалась.

– Эй, эй! Ленка, ты чего? Все будет хорошо! По-другому нельзя думать, понимаешь?

Я видела в ее глазах отражение своего же страха и надежды. Ленка вытерла платочком глаза и высморкалась.

– Слушай, что-то нас здесь мало.

– В смысле? – Не поняла я.

– Ну как в смысле. На задание ушло четверо и дома их должно ждать четверо. Ты почему до сих пор не нашла невесту для Гришки? – Я поняла, что она хочет перевести разговор в другое русло, и решила ей подыграть.

– Ну, видишь ли… Тут немного забавная история…

В красных от слез глазах Ленки зажглись любопытные огоньки. И видя, что я не развиваю свою мысль, она начала задавать вопросы.

– А она где живет-то: здесь или в Старом мире?

– Здесь.

– И ты ему до сих пор не сказала?!

– Видишь ли, я решила поберечь его нервы. – Продолжала я темнить.

– Ну?

– Просто я думаю, что ему рановато встречаться с одиннадцатилетними девочками.

Когда до нее дошел смысл сказанного, Ленка расхохоталась. Правда, смех вышел немного истеричный.

– Да уж, нашей долгожданной невесте еще нужно подрасти. Хотя, если подумать, то можно и порадоваться: на свете родилась-таки девушка, способная окрутить нашего ловеласа-красавчика!

– Только никому ничего не говори. – Серьезно сказала я. – Договорились?

– Ну, можно я хотя бы Вассу расскажу? – Сделала она жалобное лицо.

– Конечно, нет! А вдруг он нечаянно проболтается или решит пошутить?

В это мгновение двери в комнату резко открылись, и на пороге показался Максим, пол лица которого было в крови. Одна утешало: глаза были не повреждены, и кровь давным-давно остановилось, а то я бы, наверное, тут же упала в обморок от увиденного. Следом шел Гаврила.

– Максим! Живой! Что с тобой? – Бросилась я к нему, а Гаврила пошел к своей Люмии.

– Все хорошо, Алиса. А это так, царапина. Главное, что мы все вернулись. Подлодку, правда, потопили, но это ничего.

Я прижалась к нему покрепче и заглянула ему в глаза. Он тоже не отрывал от меня взгляда, как будто стараясь запомнить каждую черточку моего лица.

– А где Васс? – Услышала я из-за спины взволнованный Ленкин голос.

– Он у целителя. Ничего серьезного, небольшое ранение в руку.

Не успел Максим договорить, как Ленка понеслась в медицинский блок. Гаврила и Люмия тоже удалились, тесно прижимаясь друг к дружке. Тут я решила дотронуться до его щеки и поняла, что моя левая рука вся в крови.

– Максим, ты ранен!

Он брезгливо глянул на свой бок.

– А, ты об этом. Ничего там страшного нет, просто пуля оцарапала. Сейчас обработаем, и все заживет. Мне повезло, меня лишь краешком задело.

– Тебе сейчас же нужно к целителю! – Я никак не могла скрыть истеричные нотки в голосе.

– Не хочу я к целителю, сам справлюсь. – Буркнул он.

– Так, где здесь аптечка?! – Мои руки тряслись. “Ну что за посредственное отношение к своему здоровью!”

– Алиса, присядь, не волнуйся ты так. Вот аптечка. – И он спокойно достал ее с полки и начал снимать куртку и майку, обнажая свой мускулистый торс. Глядя на рану меня замутило, но я тут же постаралась взять себя в руки. Я открыла аптечку, но поняла, что совершенно не понимаю, что делать с ее содержимым: набор лекарств там был совершенно другой, нежели у нас, а их названия мне ни о чем не говорили.

– Так, говори, что нужно делать.

– Возьми вот эти салфетки и обработай края раны.

После проделанных манипуляций он немного скривился. Но стало видно, что рана и правда не так опасна, как мне показалось в начале. Главное, что пуля не застряла.

– А теперь возьми вот этот спрей и распыли его на саму рану.

Я снова проделала то, что он сказал, и увидела как белая пена, попав на рану, зашипела и вскоре стала прозрачной. Рана же после этого просто на глазах стала заживать и уже не выглядела как совсем свежая.

– Эта штука ускоряет регенерацию клеток. К завтрашнему вечеру здесь уже будет розовая полоска шрама. А теперь возьми пластырь и заклей. Ага, вот так.

– Хорошо, а теперь давай обработаем твою щеку. – Я уже немного успокоилась, и голос перестал предательски дрожать.

Я нежно стерла кровь и продела те же манипуляции, что и с его боком. Он задержал мою руку и поцеловал.

– Я тебя люблю. – Проговорил он вдруг, глядя мне в глаза.

– И я тебя люблю. – Слезы выступили у меня на глазах. – Я так за тебя волновалась!

– Не нужно было. – И он покрепче прижал меня к себе. – Ничего ведь страшного не произошло.

– Угу,