Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

— Понятно, — усмехнулся барон. — И что, маркиза не беспокоят его отлучки в тёмное время?

— Нет, должно быть, он думает, что если госпожа Орианна лишится этого жениха, всегда можно будет найти для неё другого.

— Хорошо, если он думает именно так, — пробормотал Марк и, кивнув капитану, пошел вверх по аллее.

Он поужинал в своей гостиной в одиночестве, а потом ушёл в кабинет, где, сев за стол, взял с подставки дорогое железное перо, ручка которого была отделана тонким плетением из золотой проволоки, достал из бювара пачку листов белой бумаги и занялся составлением отчета графу Раймунду.

Перо быстро и легко скользило по бумаге, а он, излагая события, произошедшие с момента его бегства из Рошамбо, снова обдумывал их, всё более убеждаясь в правильности своих выводов. В заключительной части он изложил ход своих рассуждений, и вынужден был признать, что они соответствуют общей картине, в которую сложились его наблюдения, и всё же ему явно не хватает доказательств, чтоб обвинить во всём виконта де Шательро. И он не видел возможности получить эти доказательства, кроме как поймав его с поличным, а такую возможность он сегодня упустил, или заставив его признаться в содеянном, что так же было нелегко. Он понимал, что стоит ему обвинить виконта в совершённых им преступлениях, как тот будет с возмущением отрицать это и даже, чего доброго, обвинит его в клевете и пожалуется королю. Жоан, конечно, не станет наказывать его, но без доказательств не осудит этого злодея, а тот может скрыться под шумок. И тогда снова разыскать его в этом королевстве, похожем на лоскутное одеяло, состоящее из владений короля, его вассалов и независимых баронов, будет очень сложно. Ещё сложнее будет поймать его, если он отправится к алкорцам или в нейтральные земли, к которым относятся владения свободных городов, или на окраины континента, где не действуют законы Сен-Марко и луара. А отсидевшись там, он вернётся и примется за старое.

Марк покачал головой и откинулся на спинку стула, думая, как вынудить Шательро сделать признание. Он какое-то время размышлял, а потом подровнял стопку листов на столе. То, что сперва было черновиком, подлежащим последующему шифрованию, стало официальным докладом главе тайной полиции. Подписав последний лист и поставив рядом с помощью перстня свою печать, Марк задул свечу и отправился на террасу, чтоб немного подышать свежим воздухом перед сном.

Утро было тёмным, и он проснулся, услышав, как по гостиной кто-то ходит, а открыв глаза, увидел там отблески света. Чуть позже на пороге спальни появился Дидье со свечой и несмело позвал его.

— Вы просили разбудить вас сразу после третьей стражи, ваша светлость, — напомнил он. — Я принёс воду для умывания. Куда прикажете подать завтрак?

— Сюда, — проговорил Марк и откинул одеяло.

После завтрака он сразу же прошёл в кабинет, где лакей предупредительно зажёг свечи на столе и, сев, ещё раз прочитал свой доклад графу Раймунду. Сочтя его достаточно полным и аргументированным, он свернул его и, обвязав шёлковым шнуром, запечатал сургучной печатью со своим гербом.

После этого он спустился на нижний этаж и отыскал там Саржа.

— Вы должны как можно скорее отправить это послание в Сен-Марко, — заявил барон, передавая ему свиток. — Лично в руки главе тайной полиции.

— Сейчас темно, — секретарь тревожно посмотрел в окно, где плотной стеной стояла ночная мгла. — Ехать в такое время опасно, ваше послание может пропасть в дороге или ещё хуже — оказаться в чужих руках. Я отправлю его утром. Обещаю, что, как только рассветёт, я отправлю в столицу самого быстрого и надёжного гонца.

— Ладно, вы правы, — кивнул Марк и снова пошёл к себе.

В гостиной покоев наследника его ожидал виконт де Шательро, с интересом рассматривавший висевший на стене гобелен, на котором рыцарь отважно поражал копьём дракона, сильно смахивающего на перекормленного кабана.

— Как ваша охота? — спросил Марк, улыбнувшись ему. — Я хотел пригласить вас на ужин вчера вечером, но мне сказали, что вы уехали.

— Да, мой приятель де Геклен со своими егерями загнал оленя и позвал меня с тем, чтоб я мог нанести победный удар, но, увы, я промазал, и оленя забили егеря. Таким образом, трофей достался ему. Но нет худа без добра, он приглашает меня на обед, и я в качестве извинения за уже два раза, когда не смог принять ваше приглашение, прошу вас пойти со мной.

— Почему бы и нет, — пожал плечами Марк. — Впереди тёмный день и тёмная ночь, и мне всё равно нечем заняться.

— Вы закончили ваше расследование?

— Осталось совсем чуть-чуть, так сказать, победный удар.

— Надеюсь, вы не промажете, как я, — улыбнулся виконт. — Я пришлю за вами оруженосца.

И он ушёл, а Марк снова отправился на террасу, чтоб всё обдумать. Эту встречу он намеревался использовать для того, чтоб добиться от Гастона признания, и ему нужно было действовать наверняка, сведя риск к минимуму.

После полудня, когда уже прозвучал сигнальный звон колокола на крепостной стене, к нему явился оруженосец Шательро и пригласил следовать за собой. Виконт ждал его на нижних ступенях лестницы, они не спеша спустились к воротам замка. Стоявший там капитан с интересом взглянул на них и, поклонившись, спросил:

— Вы уходите, ваша светлость?

— Мы с виконтом намерены пообедать в городе, у его друга… как его зовут?

— Вряд ли это интересно капитану охраны, — надменно откликнулся Гастон.

— Действительно, не важно, — пожал плечами Марк и первым прошёл через ворота.

Они спустились по главной улице до небольшой площади, которую украшал симпатичный каменный домик с резными полуколоннами, — святилище какого-то местного святого, прошли мимо него, углубившись в лабиринт улочек, и вскоре оказались перед фасадом большого, богато отделанного лепниной здания. Поднявшись вслед за виконтом на крыльцо, Марк обернулся, чтоб окинуть улицу взглядом. Помимо следовавших за ними оруженосца и немого слуги виконта, там было ещё несколько прохожих.

Тем временем Гастон постучал в дверь, и она открылась. В нижнем зале их встретил вышколенный лакей, который препроводил гостей в уютную столовую, где был накрыт стол на три персоны. Там их ждал тот самый пухлый юноша, но на этот раз он вовсе не выглядел таким уж восторженным и милым. Напротив, он был явно напряжён и всё бросал настороженные взгляды на виконта. Марк сделал вид, что не обратил на это внимания, он сел по приглашению хозяина дома на предназначенное ему