Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

Фэнбао не сразу понял, куда их привели. Места были, казалось, знакомые: там выгнувшаяся серебряной подковой старица реки, тут два холма-близнеца с реденькими яблонями… но вот леса он не узнавал, и поместья, глядящего на него с холма, тоже. Поднявшись к воротам и увидев очертания далëких гор в дымке, он как будто вспомнил… холодный тяжëлый ком зашевелился внутри… но нет – сорвалось. А всë потому, что на холм, крича и размахивая руками, взбиралась знакомая фигура.

– Подождите! Меня подождите! – кричал Щербатый Ли, спотыкаясь на старой лестнице, со ступенями стёртыми, как пеньки зубов в старушечьем рту. – Я тут! Меня тоже взяли!

Фэнбао даже рот раскрыл от удивления. Что у этого малого, нюх как у собаки? Умудрился же найти это место! Впрочем, проходили они пару деревень, местные должны были ему подсказать.

Фа не стал закрывать ворота, дождался его.

– Я тебя помню, – сказал он согнувшемуся на пороге, надсадно дышащему Щербатому. – Но работники, которые не могут проснуться в срок, мне не нужны.

– Я… – Ли закашлялся, сплюнул тягучую слюну. – Господин, я проснулся… всë в срок, но не мог двинуться, пока староста не… не помог… наваждение…

Фа махнул рукой.

– Хорошо, проходи. Повезло тебе, что господин ещë не приехал.

Щербатый Ли пытался кланяться и благодарить так усердно, что едва не свалился, пришлось Фэнбао его поддержать.

– Так вот почему я не мог тебя добудиться, – соврал он первое, что в голову пришло. – Давно сонными параличами страдаешь?

Ли посмотрел на него странно и мягко высвободился из рук.

– Брат Хуань, я знаю, что ты мне зла не желал, – тихо сказал он. – Но в толк не возьму, почему…

– Пошевеливайтесь! – прикрикнул один из телохранителей Фа. – Все во внутренний двор! Скоро прибудет господин!

– Значит… Фа не господин? – в замешательстве спросил Щербатый у плетущегося рядом деда.

– Какое! Он управляющий, по одежде не видишь, что ли? Господа богаче!

Фэнбао промолчал, оглядываясь по сторонам. И кто же у них будет играть роль хозяина? Неужели сам Цзян Сюэлян пожалует?

Подходящая дыра для этой белой плесени!

Поместье больше походило на монастырь с привидениями: тëмные каменные коробки зданий, между камнями дорожек высокая трава и одуванчики, крыши щерятся дырками в черепице, на окнах и дверях рваная бумага, зимние ставни не сняты, а кое-где так и вообще наглухо заколочены досками.

Внутренний двор тут был не уютным местом отдыха: мрачные, обшарпанные стены обступали его со всех сторон, зияли, дыша заплесневелой тьмой, двери…

– Что-то не похоже на богатое поместье, – прошептал Ли. – Как думаешь, брат Хуань, зачем им лес? Будут перестраивать?

Но Фэнбао было не до этого. Он смотрел в черноту дверного проëма и не мог оторваться: вот сейчас раздастся сиплый стон, и тощее полумëртвое существо выползет через порог, подметая белыми волосами плиты…

– Школа Яшмового леса… – прошептал он, и всё встало на свои места.

– О чëм ты говоришь, брат Хуань? – спросил отиравшийся рядом Ли. Даже ему, весельчаку, было тут неуютно: он съëжился, пытаясь казаться меньше, опустил плечи.

– Мы с тобой, можно сказать, стоим на кладбище. – Фэнбао не стал его щадить. Пусть бежит, пока может, так для него будет лучше. – Раньше на этом месте была священная школа заклинателей-демоноборцев, но однажды на них напал колдун, и победить его они не смогли. Он замучил всех.

Порыв холодного ветра взъерошил волосы Ли, заскрипели в синих сумерках сверчки. Вспыхнул факел, один, второй… но теплее не стало.

– Кто же строится на таком месте… тут фэншуй, должно быть, ни к чëрту!

– Держи ухо востро, – бросил Фэнбао и отошëл подальше от факельного света, надвинул шляпу так низко, как мог. Если и вправду хозяйничает тут Белый Яд, лучше им пока лицом к лицу… или лицом к маске не встречаться.

– На колени! – рявкнул Фа, будто прочитал его мысли. – Господин идëт!

Ли немедленно бухнулся на колени. Он был бледен, как полотно.

– Лучше уходи, – тихо сказал ему Фэнбао. – Нехорошие дела тут творятся.

Ли помотал головой, глядя в землю.

– У меня сестра и мать. Что бы тут ни пришлось делать… главное, чтобы заплатили.

Фэнбао вздохнул и снова скользнул в тень, рядом с каким-то тощим прыщавым подростком. Этот-то куда…

Но, пожалуй, и он думает так же: лишь бы накормили, лишь бы дали денег.

«Надо наведаться в эти их южные степи, – мрачно подумал Фэнбао. – Посмотреть, что это за пускающая ветры задница там обосновалась».

Своя шутка ему понравилась, он усмехнулся даже… но ухмылка сползла с лица, когда из чëрного проëма показался ублюдок Цзян Сюэлян. Чистенький, белый, в этой своей непроницаемой маске. Вот только волосы у него почернели.

Фа бережно подвëл его за руку к креслу, помог сесть, как немощному. Цзян Сюэлян лениво опëрся на подлокотник, взял с принесённого слугой подноса чайную чашку.

– Сколько людей пострадало из-за проклятых суховеев… – медленно произнëс он. – Какая жалость!

Фэнбао стиснул кулаки. Начинает подлизываться, тварь, значит, чего-то хочет!

– Мне сказали, что все вы – сильные и способные работники. Но я вижу измождëнных и потерянных беглецов. Так не пойдëт, сперва вас нужно откормить как следует.

Волна бормотаний и благодарностей прошла по толпе работяг. Цзян Сюэлян хмыкнул.

– Разумеется, вы будете работать в поместье и получать плату. Но для настоящего дела мне нужны могучие люди. Способные переворачивать валуны.

Фэнбао чуть не расхохотался. Так вот оно что! Эта мразь тоже хочет откопать Цин-эра! Тогда золотишко придëтся перепрятать…

– А как же лес, господин?! – встрял вдруг Ли. – Нам сказали, нужно валить лес!

– Заткнись, арестантское отродье! – крикнул Фа, побагровев. – Ты как разговариваешь со своим хозяином?!

Цзян Сюэлян невесело рассмеялся.

– Оставь, оставь. Это твоя вина, ты не разъяснил людям, что делать. Валить лес, копать землю… каждому найдётся забота. Единственное условие: до конца работ уходить нельзя.

– Это ещë что?! – поднялся горой незнакомый могучий оборванец. – Я на такое не согласен! Братья, сдаëтся мне, стоит только сунуться в силок, и никогда нас не выпустят! От человека, скрывающего лицо, честности не жди!

По толпе прошëл ропот, некоторые начали отодвигаться поближе к круглой арке, ведущей из внутреннего двора.

Цзян Сюэлян поманил здоровяка тощим белым пальцем.

– Как тебя зовут, храбрец?

– Цинь Жугуй, господин, – ответил тот, неохотно подойдя.

– Ты силëн, Цинь Жугуй, – пропел Цзян Сюэлян, коснувшись его голого бронзового плеча. Здоровяк вздрогнул, сжал кулаки, но остался стоять.

– Какие каменные мышцы, какая мощь… – Мерзавец специально слез со своего кресла, чтобы обойти этого быка, огладить его спину и грудь. – Пожалуй, если я