Чудовище Невы - Ирина Ширяева

Впрочем, у этих глобализаций-близнецов всё же навскидку наблюдались кое-какие мелкие различия.

Ну вот, например… То, что сразу бросается в глаза.

Манера одеваться.

Молодёжь тут явно предпочитает чёрный цвет. Навстречу часто попадались парни и девчонки, одетые совершенно одинаково: чёрные свободные футболки, чёрные широкие штаны, такого же цвета кроссовки и рюкзаки.

Мите, привыкшему в своей реальности к концептуальному разноцветью, было странно видеть этот коллективный траур. И да, хотелось прицепить к мрачному шаблону какую-никакую облагораживающую идею. Ну, к примеру: может, тутошние парни и девчонки считают себя осколками какой-то чёрной дыры? Может, это поколение магов? А что, здорово было бы встретить здесь целую толпу чародеев! Если уж эта действительность не удивила реалом, то, может быть, удивит хотя бы магией?

Пустое! Напрасно он умничает. Это всего лишь непредсказуемая мода, которая делает иногда самые бессмысленно-изощрённые зигзаги.

Кстати, Митя обнаружил, что его буйная шевелюра прекрасно вписывается в здешнюю моду. Он отметил, что головы большинства встреченных парней украшены пышными кудрями. Подозрительного – вероятно, парикмахерского – происхождения.

Вот только у Мити-то кудри свои. Помнится, лет в четырнадцать-пятнадцать он очень страдал из-за «девчачьих» кудряшек и даже брился налысо. Кто бы мог подумать, что его комплекс может стать модой!

А вот здешние барышни, напротив, завитушки не жалуют. Они предпочитают носить длинные и совершенно прямые, словно отутюженные, волосы. И, надо признать, эта странная причёска многим девушкам очень идёт.

Вообще, здесь много хорошеньких девчонок! Хотя выглядят они совсем по-другому, нежели Митя привык. В каких-то громоздких пластмассовых сабо с прицепленными к ним яркими картинками, на самокатах. И с татуировками.

Но всё равно милашки!

Кстати, заметен бум татуировок, который в Митиной реальности уже прошёл. Татушки в виде чешуи в прошлом году массово набивали концептуалы «ихтиандеры». Бывало, ими покрывали всё тело. Но после катастрофы, в результате которой Петербург едва не ушёл под воду, эти своеобразные украшения резко вышли из моды.

Что ещё тут необычного? А! Вот!

Удивило множество азиатов. Странно было видеть такое их количество в северном городе. В Митином Петербурге восточные народы были представлены в основном татарами – они традиционно работали официантами и дворниками.

Здесь же спектр среднеазиатских наций оказался гораздо более обширным – то тут то там можно было слышать незнакомую речь с явными тюркскими корнями. К слову, в родной для Мити реальности в центре города тоже часто слышалась иностранная речь. Только она была в основном французской или английской…

И настоящая эпидемия самокатов! Они то катили по тротуару навстречу, то едва не врезались сзади, то выныривали откуда-то сбоку.

Несмотря на некоторую их агрессивность, самокаты Мите понравились. Да, с одной стороны, смешно было видеть, как взрослые люди увлекаются детской безделицей. В его реальности на самокатах гоняли только дети и подростки. Но зато, с другой стороны, как это ускоряет жизнь!

«Приобрести себе такой, что ли, когда вернусь? Ага, если вообще вернусь… Не сметь киснуть! Проблемы решать по мере актуальности»

Так, наблюдая и прислушиваясь, парень дошёл до станции метро.

Наземный павильон оказался лаконичным по форме строением, облицованным серым мрамором, с остеклением по фасаду.

В Митиной реальности станции метро выглядели по-другому. В центре это были роскошные павильоны, строительство и содержание которых спонсировали именитые династии. Так что станции они часто строили недалеко от своих дворцов и называли в свою честь – например, «Юсуповская», «Воронцовская», «Фонтанный дом» (у дворца Шереметевых). Метро же на окраинах выглядело предельно просто и функционально, украшаясь разве что рекламой. Как, например, в Париже.

«Чернышевская», – прочитал Митя на фасаде.

Там, откуда Митя пришёл, станции не называли в честь революционеров. Что вполне понятно в стране победившей парламентской монархии. Там были свои приоритеты. Например, «Белогвардейская», «Ледяной поход», «Деникинская».

Парень с любопытством обошёл павильон вокруг.

Изнанка оказалась унылой и неинтересной. Зато на заборе позади павильона красовалась занятная надпись: «Цой жив!»

Интересно, кто такой этот Цой? Местный бессмертный маг? Митя живо представил статного чародея с огненным взором, в развихренном чёрном плаще. Враги думали, что наконец-то расправились с ним. Но не тут-то было! Цой, как всегда, жив! Его друзья ликуют!

Размышляя таким образом, Митя спустился в метро.

Подземный павильон порадовал скромной роскошью серого и чёрного мрамора.

Но ещё больше порадовало, что появился интернет!

Парень ликовал. Это намного облегчало его ориентирование в неведомой новой реальности.

Он быстро выяснил: чтобы попасть в аптеку Пеля, надо ехать до станции «Василеостровская». А там пешком недалеко.

Митя вошёл в вагон и прислонился к перилам у дверей. Нетерпеливо вбил в поисковик: «История России».

Так… Киевская Русь… Монголо-татарское иго… Москва… Иван Грозный… Смутное время… Романовы… Пётр I…

Всё это он знает…

– Станция «Площадь Восстания»! – отвлёк от захватывающего текста голос диспетчера.

Ах да! Надо перейти на зелёную ветку.

Парень шёл по переходу и нетерпеливо листал:

Северная война… Петербург… Отечественная война 1812 года… Отмена крепостного права… Русско-японская война… Революция 1905 года…

Пока всё знакомо.

Вошёл в вагон и устроился в уголке, благо народу оказалось мало.

Начало Первой мировой войны… Февральская революция… Отречение Николая II… Временное правительство… Октябрьский переворот… Гражданская война…

Ага, вот!

Победа Красной армии… Установление советской власти… Ленин… Кстати, столицу перенесли из Петербурга в Москву…

Эта информация Митю повеселила. На более подробную реакцию он пожалел времени.

Дальше. Образование СССР… После смерти Ленина Петербург переименован в Ленинград!.. Сталин… Индустриализация… Коллективизация… Массовые репрессии…

На самом интересном месте Митю отвлекло от текста кокетливое и явно предназначенное ему хихиканье.

Парень поднял голову. Напротив него на сиденье устроились две хорошенькие длинноногие девчонки в коротеньких и пышных, похожих на балетные, юбочках. Эти феи, вероятно, впорхнули в вагон на Невском.

Парень приветливо улыбнулся милым созданиям.

Поймав его ответный заинтересованный взгляд, создания защебетали между собой, косясь на Митю.

Митя был огорошен такими манерами и невольно брезгливо скривился. А впрочем, чему тут удивляться? Культура победившего пролетариата во всей красе!

В его реальности барышни не ругались матом. Разве что концептуалы, так называемые лайт-пролетарии. Да и то не от дурного воспитания, а из идейных соображений.

Увидев Митину гадливую гримасу, девчонки фыркнули и обиженно отвернулись.

А парню тут же стало неловко за свой снобизм. Да что он, право! Разыгрывает чувствительность и воротит нос, словно институтка среди пьяных матросов. Нельзя же презирать людей только за то, что они считают, будто ругаться матом – это вполне нормально. И вообще, может быть, здесь нецензурные выражения вовсе не считаются