И кто из нас псих? - Вера Вэй

— Отлично, умнички! Я вами горжусь, — похвалила я.

— Мам, а почему папа Лёша не поехал с нами? — вдруг спросила Алина, нарушая общее веселье.

Я от такого поворота оторопела. Сегодня с утра просто день потрясений просто. Сначала Лёша, теперь Алина.

— Мам, а ты не против, если мы будем называть Лёшу папой? — тихо спросил Ваня, ловко застёгивая ремень на Мише.

— Не против, — ответила я, стараясь не выдать своих эмоций.

Я убедилась, что дети пристегнуты, и выехала на дорогу.

— Ура! — закричали малыши. — Папа Лёша тоже сказал, что не против!

— Когда же вы успели это обсудить? — я резко крутанула руль, выезжая на трассу.

— Вчера, — честно признался Ваня. — Когда горку помогали заливать.

— Ну что же, раз все довольны, то не будем больше об этом говорить, — выдохнула я, хотя в душе была совсем не готова к такому повороту событий.

Я посмотрела в зеркало заднего вида и увидела, как Миша с любопытством смотрит на меня, а Ваня улыбается, словно всё идёт по плану. Я снова одёрнула себя. Почему я так зациклилась на своих чувствах? Я ведь уже готова была выйти замуж за Лёшу, но даже не подумала о том, как это повлияет на детей. Как я могла быть такой эгоисткой? Я должна была больше времени уделять их чувствам и переживаниям.

Мы ехали по трассе, и я пыталась привести свои мысли в порядок. Лёша — хороший человек, и я действительно его люблю. Но как мне теперь справляться с этой новой реальностью? Как сделать так, чтобы все были счастливы?

В торговом центре царила пугающая тишина. Люди исчезли, город казался вымершим. Лишь изредка тишину нарушал слабый шум машин, проезжающих по пустым улицам. Первое января встретило нас неожиданным безлюдьем.

Дети с энтузиазмом атаковали бутик с пляжными принадлежностями, их радостные крики разбудили сонную продавщицу. Она с трудом сдерживала зевоту, но её улыбка оставалась приветливой.

Накупив три пакета с вещами, которые, по мнению детей, были им жизненно необходимы, мы направились к зоомагазину. Однако долго там не задержались. Загруженные покупками, мы подошли к машине. Внезапно моё сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Я попыталась отогнать тревогу, погрузила пакеты в багажник, помогла детям устроиться в салоне и села за руль.

В нос ударил сладкий запах миндаля, и мир начал расплываться перед глазами. Я обернулась, чтобы проверить детей, но они уже спали, обнявшись друг с другом. В голове мелькнула мысль открыть окна, но прежде чем я успела что-либо сделать, темнота поглотила меня.

Вилка была права, как всегда. Я вновь оказалась в центре событий, которые сами по себе весёлыми приключениями не назовёшь. Когда сознание начало возвращаться, я с трудом разлепила веки и увидела белый потолок. Дежавю. Всё как в прошлый раз: я в кровати, в просторной комнате.

Встала, потянулась к двери — естественно, заперто. Снова похищение. Но сейчас всё по-другому. Раньше я могла хотя бы надеяться, что это какая-то ошибка, недоразумение. Сейчас же, когда в голове крутятся мысли о детях, всё становится ясно. Если нас разделили, значит, они будут моим рычагом давления. Шантажом.

Где они? Почему их не оставили со мной? Эти вопросы не дают покоя, но ответов нет. И от этого ещё страшнее. Я не знаю, что нужно похитителям на этот раз. Деньги? Власть? Месть? Всё это кажется бессмысленным, когда на кону жизнь моих детей.

Тишина давит на уши, а в голове звучит лишь один вопрос: что теперь?

Сердце колотилось, как сумасшедшее, руки дрожали, и я не могла унять это неприятное чувство беспокойства. Кто бы ни стоял за всем этим, живым им не уйти. За своих детей я готова была разорвать их в клочья, своими руками. Минуты тянулись бесконечно, а похитители молчали. Напряжение нарастало, и я уже не могла терпеть эту неизвестность.

Я осторожно выглянула в окно. Второй этаж, солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и розового. Чувство голода постепенно притуплялось под натиском тревоги. Неужели они даже детей не кормят? Хотя, если вспомнить, утром мы были в торговом центре и смогли перекусить. Но это было утром, а сейчас уже ночь, и я не прикрыла глаза ни на минуту.

Время шло, и я начинала терять надежду. Мысли метались, как испуганные птицы, не находя покоя. Я пыталась успокоиться, но страх и тревога не отступали. За всю ночь, я так и не сомкнула глаза.

За окном раздалось тихое царапанье, кто-то настойчиво пытался проникнуть внутрь. Я выглянула наружу и замерла от неожиданности. На стене, цепляясь когтями за дерево фасада, висела Масяня. Её глаза блестели в лунном свете, а хвост нервно подрагивал.

Я внимательно осмотрела окно снаружи и заметила, что оно запечатано антигравитационным заклинанием. Видимо, это было сделано для того, чтобы я не могла сбежать через окно. Но если кошка сумела подобраться так близко, значит, заклинание действует только с одной стороны.

Я приоткрыла окно, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Масяня уже собиралась запрыгнуть на подоконник, но я быстро её остановила.

— Нельзя, Масяня, — торопливо прошептала я, стараясь не выдать своего волнения. — Иначе застрянешь здесь вместе со мной.

Кошка посмотрела на меня с недоумением, но всё же замерла на месте. Я огляделась по сторонам, пытаясь понять, где же остальные. Вокруг было тихо, только лёгкий ветерок шуршал голыми ветками на деревьях.

— Где все остальные? — спросила я. — Ты одна здесь?

— Дома сидят и придумывают, свою стратегию, как вас найти, — начала жаловаться кошка. — Совсем меня не слушают. А я же им говорю, что чувствую твоё направление. Но эти мужчины только отмахнулись и заперлись в кабинете. Вилка вообще никого не слушает, сидит и плачет постоянно. Когда нашли пустую машину у торгового центра, все как с ума посходили. Только я одна отправилась на ваши поиски. Я же молодец?

— Идиоты, — разозлилась я. — Ладно бы меня одну похитили. А ты у меня самая лучшая.

— Дети в соседней комнате, — поделилась информацией кошка. — Может, я всё-таки запрыгну? Здесь, знаешь ли, не очень удобно болтаться.

— Нет, — строго сказала я. — Ты сейчас вернёшься домой и скажешь Лёше, где нас искать.

— Да как?! — громко возмутилась Масяня, и я тут же цыкнула на неё.

— Тише ты! — прошипела я. — Не шуми.

— Они меня не слушают, — прошипела она, с досадой глядя на меня.

— А я тебе сейчас скажу одну фразу, которую Лёша сразу услышит, — подмигнула я кошке. — Как только зайдёшь домой, сразу скажи ему. Лёша,