Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев
Дверь склада была нараспашку, и Андрей заглянул внутрь. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что минимум треть содержимого уже отсутствует. Патроны толстяка не заинтересовали, а вот спиртное исчезло. Мешки с крупой и мукой сильно убавились в количестве. Пожалуй, еще день, и склад бы опустел, а там ищи-свищи, кто приходил, куда утащил. Такое наглое воровство Андрея просто взбесило. Он вынул из кобуры пистолет, снял его с предохранителя и передернул затвор. При виде этого, Леслав упал на колени и жалостливо запричитал. Подошла Изольда.
- Что происходит? – живо поинтересовалась она.
- Вот он, - Бородулин стволом пистолета указал на Леслава, - нагло тырит твою еду.
Девушка нахмурилась. Подойдя к трясущемуся фермеру, она бросила несколько слов по-польски. В ответ получила нескончаемый поток плаксивых причитаний. Прекратила она их самым радикальным образом: ее правая нога врезалась наглому жулику в область промежности. Леслав выпучил глаза и с хрипением упал на бок, прижимая обе руки к пострадавшему месту.
- Вот сволочь! Говорит, что детей, мол, нечем кормить. А сам брюхо нажрал – скоро с жиру лопнет. Ничего, я постараюсь, чтобы больше плодиться не мог.
- Ты знаешь польский язык? – удивился Андрей.
- У меня мать полька. Была. Успела научить.
Изольда с нехорошим прищуром поглядела на Леслава, затем на здоровяка, который так и стоял в ожидании дальнейших указаний, и обернулась к Бородулину.
- Я решила. Давай то, что обещал, я останусь здесь. Да и домик мне нравится.
- Тогда прикажи этому, - он кивнул на здоровяка, - вернуть все из тачки на место. А толстому козлу – его, кстати, Леслав зовут – скажи, что если он до завтрашнего полудня не вернет все обратно, я его лично пристрелю.
Таская патроны на пристань, Андрей поостыл. Прогулялся до леса, где скрылся Леслав со своим подручным, и обнаружил там неплохо натоптанную и накатанную в процессе воровства тропу. Оказывается, можно было обойтись и без подвигов, никуда бы этот тип не делся. Катер, вроде бы, и не такой тяжелый, а сталкивая его на воду в одиночку Андрей изрядно умотался, попутно изругав себя за бессмысленное «геройство». Хорошо еще, что обошлось без повреждений, даже форштевень почти не замялся. Бородулин перегнал катер к дебаркадеру и принялся грузить патроны. Когда он практически закончил, подошла Изольда. Из рундука на носу катера он вынул «моссберг», и вручил его девушке.
- Не боишься мне ружье давать? – спросила она со скрытой издевкой.
- Ты не дура. И не самоубийца. Кстати, стрелять умеешь?
- Хочешь проверить?
- Мне достаточно твоего слова. Патроны на складе. Я сотню оставил, должно хватить на первое время. Хочешь – там держи, хочешь – в дом забери. Да и вообще, устраивайся, обживайся, наводи порядок. Завтра к часу приеду посмотреть, насколько хорошо Леслав меня понял.
Глава 25
Бородулин вернулся в крепость к ужину. И, вроде, был довольно бодр, но после порции гречи с тушенкой и большой кружки горячего чая почти физически почувствовал, как на плечи наваливается усталость. Но расслабляться было рано, предстояло еще два разговора. Первый – с Хориным. Андрей обдумывал, как начать, но тут физрук подошел сам.
- Хороший домик ты надыбал, - начал он без долгих предисловий. – Мои ребята уже все здесь облазили, говорят - круто. Ну а дальше что ты делать собираешься?
- Ты ведь уже в курсе всех нюансов, знаешь, что выхода отсюда домой нет и не предвидится. С заместителем моим ведь наверняка поговорил, все у него повыспросил.
- Как же, узнаешь у него что-нибудь! Не человек, а сейф.
- Должность у него такая. И прошлое соответствующее.
- А-а-а, - протянул Хорин, сделав понимающие глаза. – Ну тогда ладно. Тогда давай ты отвечай на вопросы.
- Я тебе и отвечаю. Раз нельзя вернуться, нужно настраивать жизнь здесь. Сейчас тут пустой мир, людей минимум. Государства и закона над нами нет. Что в лесу нашел – то твое.
- Так что же, получается, как на диком западе? Главный закон – кольт?
- Не совсем. Так случилось, что я и моя экспедиция стали ядром, вокруг которого собирались все остальные. И я, фактически, здесь и сейчас президент, шериф и верховный судья в одном лице. И здесь, и в поселке на озере, и вообще везде, где живут мои люди. А во всех остальных местах – там, действительно, действует закон тайги.
- То есть, выходит, ты у нас царь, а мы твои холопы?
Андрей разозлился.
- Хочешь быть холопом – будь. Я мог тебя оставить в твоем сарае? Мог. Ну, подкинул бы на бедность ружьишко поплоше, да десяток патронов. А ты теперь здесь вместе со своими студентами, под крышей, все сыты и согреты, в комнатах печи стоят, дай срок – и электричество наладим.
- Ага. А пацаны весь день кто лопатами махал, кто дрова рубил.
- Они что, мне личный огород вскапывали? Ты пойми, им здесь жить придется. И не месяц, не два, всю жизнь. И обживать надо эти места всерьез, и делать все так, чтобы потом не переделывать. Сам ведь любишь повторять, что работа считается выполненной, когда она выполнена хорошо. Так что работали они на себя и своих будущих детей.
- Ладно, ладно, - Хорин пошел на попятный, - ишь, раздухарился! Считай, втолковал старому дураку. Но ответь мне на вопрос: ты тут все обживешь, построишь, наладишь, а дальше что?
- А дальше все как обычно. Пацаны твои взрослеть будут, на девочках твоих жениться начнут, детей рожать.
- А потом?
- А что будет потом, от нас с тобой зависит. Потому что у них такой порядок будет по жизни, какой мы, старшие, установим.
- Ну добро. Считай, договорились.
Хорин вдруг хитро улыбнулся и Андрей с запозданием сообразил, что это был специально для него разыгранный спектакль. Его провоцировали, а он как последний идиот на эти провокации велся. Да, отдохнуть и в самом деле не помешает.
- Семен, а ты сам что дальше делать собираешься? Чем заниматься? Института тут пока не предвидится, физкультура здесь без надобности,