Кристи Голден - Сага о Тёмных Тамплиерах

— Когда зерги наводнили Айур четыре года назад, — сказал Джейк Розмари, — здесь был совершенный хаос. Сотни тысяч протоссов были убиты в попытках добраться до врат искривления. Зерги были повсюду. Ты видишь, что они сделали с планетой.

— Да, и именно поэтому, когда Замара сказала, что здесь не осталось протоссов, я поверила ей. Без обид, но я решила, что у тех, кто не сумел сбежать отсюда, шансов не осталось.

Розмари показала на отвратительный пейзаж, над которым они летели.

Он слегка улыбнулся — ей, Замаре, протоссам, которые спасли их шкуры.

— Ты недооцениваешь их. Они преодолевают любые трудности. Даже те, кто не был обучен этому.

Девушка нахмурилась.

— Не понимаю, чему ты так радуешься, Джейк. Это замечательный маленький корабль — но если где-то здесь неподалеку не припрятан большой замечательный корабль, мы застряли на этой зараженной зергами скале.

— Мы живы. У нас есть друзья. С нами все будет в порядке. В любом случае, не все успели пройти сквозь врата искривления до того, как протоссы отключили их.

Розмари быстро взглянула на него.

— За каким чертом они решили отключить их?

— Потому что через них зерги могли попасть в единственное оставшееся у протоссов убежище. И если бы туда попало достаточно зергов, то протоссам пришел бы конец. Всем. Не просто их миру, и не только тем, кому не посчастливилось остаться здесь.

Джейк показал на протоссов, которые сидели вокруг них, неподвижные словно статуи.

— Они понимают это. И любой — любой из них — с радостью погиб бы ради защиты своей расы.

Эти слова были настолько истинны, насколько это вообще возможно, но Джейк знал, как недостаточно их для того, чтобы описать любовь протоссов к родному миру и своему народу. По сравнению с этим чувством любой патриотизм терранов выглядел жалким и банальным.

Некстати вернулась головная боль.

— Замара, это перевод мыслей в речь и обратно становится утомительным. Если я смогу убедить Розмари, что мы можем общаться лишь одним способом, сможем ли мы позволить протоссам говорить с нами?

Она засомневалась.

— Ну же, я вовсе не так плох.

— Хорошо.

Обрадовавшись, Джейк переключил внимание на Розмари.

— Было бы проще и правильнее узнать это напрямую от них. Протоссы общаются телепатически, у них даже нет ртов. Они знают, что делают, и они… хорошие. Они не будут пытаться читать твои мысли. Ты позволишь им поговорить с тобой?

Девушка смотрела прямо перед собой, на приближающийся разрушенный город искореженного металла, расплавленного стекла и почерневших кристаллов. Ее губы в форме лука Купидона слегка сжались.

— Джейк, это… странно.

В ее голосе не было нарочитой уверенности или высокомерия. Она говорила с ним спокойно и честно. Он был удивлен, но знал, что не стоит отмечать это.

— Мне это не нравится. Ты понимаешь. Тебе поначалу это понравилось не больше.

— Ты права. Впрочем, я привык к этому. Это очень эффективный способ общения.

Она все еще не смотрела на него. Он позволил ей обдумать это в тишине.

— Хорошо, — в конце концов, согласилась она.

Джейк почувствовал таинственную силу в своей голове, разливающуюся поверх его мыслей словно тёплый мёд.

— Спасибо. Теперь у нас будет лучшая возможность понять друг друга.

Он увидел, как Розмари рядом с ним дернулась, словно что-то кольнуло ее. Она слегка нахмурилась, совершенно беззащитно и естественно, а затем на ее лице вновь появилась привычная маска. Джейк подумал, что это был стыд. Он повернулся и увидел, что один из протоссов, одетый в звенящую золотистую броню, смотрит прямо на него. Джейк улыбнулся. Протосс наклонил голову.

— Меня зовут Ладраникс. Я руковожу одной из выживших групп. Есть и другая, но о ней мы поговорим позже. Прежде всего, я хотел бы рассказать о том, что случилось в эти мрачные дни. Ужас, страх… Все это было неожиданно. А затем, когда врата искривления отключили, бежать стало некуда. Мы остались здесь — мы и зерги на руинах некогда прекрасного мира.

Словно старая выцветшая фотография, перед глазами Джейка появилась картина того, каким был Айур раньше. Прекрасные здания, возвышающиеся в небо, изящные корабли, перевозящие жителей от одного чудесного города к другому. Изумительные городские пейзажи казались воздушными, пронизанными светом и органично сочетались с природой и естественными водоемами. Вторжение в природу происходило лишь на грани необходимого. Сердце Джейка сжалось. Затем это видение исчезло, словно Ладраникс сожалел о том, что оно так сильно тронула Джейка, и задернул занавес.

— Я слышал о том, что могут сотворить зерги… Черт, я только что сам видел это. Как получилось, что вы вообще выжили и сейчас говорите с нами? — спросил Джейк.

— Врата искривления отключили, чтобы через них не проникли многочисленные стаи зергов. Многие бесстрашные протоссы добровольно остались, чтобы защищать врата. С ними был и один человек из твоего народа, Джейкоб Джефферсон Ремси.

Джейк ошеломленно взглянул на Розмари. Она тоже выглядела удивленной.

— Его имя Джеймс Рейнор.

И вновь перед глазами Джейка предстало изображение, на этот раз — человека, с гладко выбритой головой, уже начинавшей покрываться «ежиком» волос, с короткой бородой и усами. Его глаза, некогда смеющиеся, теперь отражали тяжесть всего, что удалось повидать этому человку. Он стоял с протоссами плечом к плечу, определенно как желанный и принятый друг, глубоко озабоченный их судьбой.

— Благодаря Рейнору мы опознали в вашем корабле терранское судно — возможно, тех кто станет друзьями. Именно поэтому, когда наши наблюдатели засекли его, мы пришли вам на помощь.

— Ну что ж, — сказала Розмари, слегка усмехнувшись, — если я когда-нибудь встречу этого вашего друга Рейнора, я пожму ему руку и поблагодарю за то, что он стал таким хорошим послом.

Джейк разделял это чувство.

— Мы полагали, что всем нам подписан смертный приговор, — продолжил Ладраникс. — Мы были готовы пасть под нашествием зергов и умереть с гордостью. И, не поймите меня неправильно, так и произошло со многими и многими из нас. Зергами прекрасно управляли, и они несли лишь смерть. Но Вершитель Тассадар спас свой народ, уничтожив Сверхразум, что контролировал зергов. Ценой своей жизни он сумел совершить это. Зерги все еще жаждали крови — но более в этой цели их никто не направлял. Они обрушились друг на друга с той же яростью, с какой истребляли нас. Это позволило нам выиграть немного времени.

Джейк вспомнил их нападение и не смог побороть дрожь отвращения, когда картины возникли перед его глазами.