"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
— Де Верта уже и замок-то считает своим, поскольку уверен, что до конца года я не женюсь, а тем более дети… Не на что мне надеяться, Марин, остается лишь самому лишить себя жизни в день изгнания, чтобы взойти в Чертог Предков!
— Ага! Предки тебя пинком под зад из своего чертога за упадническое настроение! Ты что задумал? Пусть Брайан выделит тебе теплую каморку в замке и оставит в покое, здесь хоть и бардак, но места достаточно, пусть перевозит сюда своих домашних, раз так неймется… Кстати, у вашего дальнего родственничка хоть дети есть?
— Двое, - грустно вздохнул Никос, - сыновья служат в Королевской Гвардии, один уже посвящен в рыцари. Они часто ссорятся, им нужно это поместье, понимаешь? Тарлей, конечно, требует переустройства, но если хорошенько приложить руки… Земля бедновата, но местный народ трудолюбив и никогда не жалуется. Эти края были пожалованы нашему роду еще при Короле Маркосе Первом и Последнем, мы чтим его милость… и уже который век покорно осушаем болота.
— Я, конечно, понимаю, старые традиции и связь поколений, - задумалась Марина. - Но ведь это очень грустно, что ты не можешь никуда переехать, получается, ты намертво «привязан» к своему имению, пусть даже оно будет разорено.
— Именно так. По заветам предков, - за одну лишь слабую улыбку Марина готова была его расцеловать. Как многострадального друга, конечно.
За прошедшие семь дней они здорово подружились, Белый Рыцарь искренне нравился Марине - спокойный, чуточку даже мелонхоличный, никогда голос на прислугу не поднимет, вообще, чудак не от мира сего. Ему бы еще усики и бородку, вылитый Дон Кихот.
Шлем - надтреснутое блюдо,
Щит - картонный, панцирь жалкий...
В стременах висят, качаясь,
Ноги тощие, как палки.
Для него хромая кляча -
Конь могучий Росинанта,
Эти мельничные крылья -
Руки мощного гиганта. (с)
Кстати, с башенной стены Марина разглядела деревенскую мельницу на соседнем пригорке и черные фигурки работников на полях. Пользуясь хорошей погодой, крестьяне усердно жали пшеницу или ту самую рожь, из которой получались вкусные лепешки.
С Мариной Никос держался приветливо и несколько церемонно, всячески старался угодить, чувствуя за собой некоторую вину. Например, в первый же вечер предлагал отдать ей собственную спальню, поскольку это была самая светлая и более-менее уютная комната, всего-то с одной трещиной на половину стены, зато с медвежьей шкурой у камина.
От такого рыцарского жеста Марина отказалась и добровольно заняла комнату поменьше. «Эту каморку я хотя бы за пару дней отчищу! Плюс уборная рядом…».
Туалет в самом деле находился сразу за дверью спаленки и представлял собой закуток с красноречивой дырой в полу. Если в нее заглянуть, можно увидеть узенькую ленивую речушку в обрамлении живописных зеленых кустов.
Осознав, куда именно будут сбрасываться нечистоты, Марина в ужас пришла, но служаночка Лисса успокоила, объяснив, что к дырке можно приспособить бочку на веревках и опорожнять ее раз в неделю за пределами проточного водоема. Одним словом, канализация в замке требовала экстренных реформ, Марина планировала обсудить этот вопрос с Никасом, а пока пришлось стричь ветошь для полной экипировки личного сортира, бумага-то стоит дорого. Хорошо хоть с тряпицами не было проблем.
Также вместе с расторопной служанкой Марина перетряхнула сундуки в кладовой на первом этаже центральной башни и нашла для себя подходящую женскую одежду, ленты для волос, кожаные башмачки и даже несколько выцветших манускриптов.
Один из них по всей видимости представлял книгу поварского искусства, поскольку Марина с трудом разобрала несколько рецептов.
Сварите картофель без кожуры и тщательно помните пестиком. Сварите капусту нарезанную так мелко, как только возможно и смешайте с картофелем.
«Надо же, картофель у них имеется, неужели местную Америку успели открыть. Отлично, не одну репу придется лопать. Хм, блюдо похоже на бигус… и ничего особенного, даже без мяса, я интереснее могу приготовить».
Обжарьте лук в коровьем масле и присовокупите к картофелю. Положите туда же предметы гадания:
кольцо – означает удачный брак,
горошина – бедность,
наперсток – безбрачие,
а деревянная палочка – долгое путешествие. Подавайте горячим в мисках, сделав в середине блюда углубление для масла.
«Без удачного брака тут, видимо, жизнь не в радость!»
А вот вторая рукопись являлась сборником не то молитв, не то магических заклинаний. В восторге от того, что понимает письмена чужой страны, Марина прочла нараспев:
— Полезные компоненты любовных снадобий. «Любопытно!» Возьмите имбирный корень, розовые лепестки и семена тмина, смешайте с истолченной вербеной и чабрецом… подлить в хмельной напиток, лучше всего яблочный сидр. Ого! Тут и заклинание приводится.
Как стальное лезвие пронзает сердце,
Как острый перец распаляет уста,
Так будут бедра (имя) гореть сладострастием ко мне (имя)
«И что ты будешь делать! Даже в замшелом замке каждый сундук взывает к любовным подвигам. А с кем их прикажете осуществлять? Пойду-ка лучше проинспектирую кухню, недаром Никос вручил мне вторую связку ключей, сам-то еле ноги переставляет».
Уже на третий день Марина уверенно руководила Сильдой и Лиссой, двумя служанками, составлявшими единственную женскую часть обслуги замка. Даже поваром здесь являлся старый солдат, потерявший в каком-то великом сражении один глаз, что, впрочем, никак не сказалось на его кулинарных способностях.
Никос хвастался, что Сарлем может приготовить отменное блюдо даже из парочки воробьев. Марина от этой новости слегка приуныла… Но, к счастью, до мелких птах дело еще не дошло и все это время она питалась «самой обычной и простой пищей», а именно:
ржаными лепешками с пряными травами, сыром, яйцами, похлебкой с овощами и кореньями, жареной рыбкой и самым дешевеньким по словам Никоса винцом, вкуснее которого Марина в жизни алкоголя не пробовала.
А в ближайший воскресный денек Сарлем даже подал на стол румяные бараньи ребрышки, так что полное истощение, как поняла Марина,