Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП)

Скаут быстро кивнул и бегом отправился обратно, чтобы передать полученные приказы. Сайрус оторвался от созерцания Аргуса и оглядел космопорт. Помимо трех «Громовых Ястребов», принадлежащих Кровавым Воронам, других судов уже почти не осталось. Последние из челноков Имперского Флота покинули планету, перенеся немногих до сих пор остававшихся на планете кальдерианцев, обладающих достаточным политическим весом, к безопасности ждущих на орбите кораблей. Большинство гражданских судов также уже отправились в путь — остался только один, пилот которого, похоже, постарался посадить машину настолько далеко от кораблей космического десанта, насколько это вообще возможно.

Взглянув в направлении последнего судна, Сайрус увидел пару спешащих к нему со стороны города людей. Один, в парчовом мундире и с аугметическим глазным протезом, походил на вольного торговца, другой был облачен в одеяние кальдерианского дворянина. Взявшись за концы, они несли какой-то завернутый в материю вытянутый предмет длиною в рост человека. Оба поднялись на борт корабля, проигнорировав стоящего неподалеку Сайруса и его скаутов.

Для сержанта не имело особенного значения, почему вольный торговец и его спутник не пожелали обменяться с ним любезностями. Он вынужден был ожесточить свое сердце, памятуя о тысячах кальдерианцев, которых Кровавым Воронам придется бросить на произвол судьбы. Сайрус всегда стремился показать своим скаутам, что независимо от их воли существуют мрачные реалии войны, которые нельзя изменить, можно лишь принять, и что по-настоящему мудрый космический десантник всегда должен концентрироваться на своем долге и тех аспектах войны, которые все же можно изменить. В данный момент мысли Сайруса занимал как раз один из таких аспектов. Его указания касательно Ястреба-1 противоречили приказам капитана Тула — может быть, не их духу, но букве уж точно — однако два столетия боевого опыта научили Сайруса проявлять некоторую гибкость в исполнении приказов и предписаний Кодекс Астартес. Покуда он верно служит Императору и ордену, рассудил сержант, на некоторые отступления от буквального исполнения приказов можно закрыть глаза.

Он надеялся, что командование согласится с ним, когда все будет сказано и сделано.

Сержант Авитус дал последнюю очередь из своего тяжелого болтера по беснующимся внизу рядам диких орков, прежде чем подать сигнал. Назначенный час пришел, и теперь пора было оставить стены.

— Бараббас, Филетус, — связался он с братьями, назначенными лидерами оборонительных команд. — Уводите свои команды к точке встречи.

Имея в своем распоряжении только восемь Кровавых Воронов девятого отделения, Авитус избрал для защиты стен Аргуса тактику оборонительных стрелковых команд, разделив отделение на две части и отправив одну на северо-восточный угол городских укреплений, а другую на юго-восточный, позволив им действовать автономно. Сам Авитус, дающий своему тяжелому болтеру замолкать только во время перезарядки, занял позицию посередине, наблюдая за действиями обеих команд.

— Принято, — передал в ответ Бараббас.

— Неужели мы уходим так быстро? — печально усмехнувшись, ответил Филетус.

— Тишина, Кровавые Вороны! — рявкнул Авитус в вокс. — Сведите все ненужные переговоры к минимуму!

— Принято, — пристыжено произнес Филетус.

Авитус решил, что ему стоит поговорить с братом Филетусом после возвращения на «Армагеддон», если, конечно, они оба вернутся живыми. Он знал, что другие командиры отделений поддерживают некоторую степень веселья среди своих подчиненных — а иные, как сержант Таддеус, казалось, даже поощряли легкомыслие среди своих боевых братьев

— но Авитус считал, что подобному легкомыслию не место на поле боя. Война является смертельно опасным делом, и легкое сердце и смеющийся дух были неуместны в то время как смерть может завывая обрушиться на тебя в любой момент. Если десантники под его командованием позволяют себе тратить время на шутки и подколки в минуты отдыха, это их дело — хотя и тогда Авитус все равно не поощрял этого — но в бою он не позволит им отвлекаться на подобную ерунду.

Руны на дисплее визора Авитуса светились зеленым, отмечая состояние каждого из семи космических десантников отделения, и, судя по показаниям ауспекса, все семеро уже покинули стену и двигались сейчас на запад, одна команда с северо-запада, вторая — с юго-запада. Траектории движения обеих команд должны были пересечься в центре города.

Авитус пока остался на стене, прикрывая отступление и выпуская очереди болтов сначала в северном направлении, затем в южном и снова в северном. Ему удалось отогнать часть орков назад, но наиболее сообразительные среди зеленокожих уже поняли, что огонь сверху несколько поутих, и удвоили свои усилия по постройке осадных башен из трупов собратьев. Временные катапульты продолжали без остановки посылать в воздух одного орка за другим, и, без сбивающих их десантников на стенах, они, несмотря даже на малое количество успешно запущенных зеленокожих, рано или поздно смогут перемахнуть через укрепления. Некоторые, без сомнения смогут даже выжить после жесткого приземления.

Но, как бы то ни было, сержанту тоже пора было последовать за своим отделением. Когда он покинет стену, ничто больше не будет сдерживать карабкающихся и перелетающих через нее орков, и вскоре Аргус падет. Авитусу было наплевать на это. Если горожане пострадают от когтей и зубов орочьей орды, когда он покинет свой пост, какое ему дело до этого?

Авитус выпустил еще одну очередь по лезущим вверх зеленокожим, и затем спрыгнул со стены на землю и побежал. Он должен был догнать свое отделение в считанные минуты, затем вместе со своими братьями добраться до точки эвакуации и наконец-то покинуть этот мир. Не слишком быстро, на его вкус.

— Пожиратель совсем рядом, — в сотый раз повторил библиарий Нивен. — Мы должны подготовиться.

Апотекарий Гордиан сопровождал библиария к посадачной площадке. Не было редкостью, что космические десантники, достаточно долгое время проведшие в состоянии замедленной жизнедеятельности, переживали некоторый период дезориентации после пробуждения. Разум Астартес являлся превосходным инструментом, но, чтобы полноценно функционировать, он должен был быть правильно настроен. Каталептический узел, один из девятнадцати органов, имплантируемых в тело космического десантника во время процесса инициации, регулировал циркадные ритмы организма и давал возможность длительное время обходиться без сна. Благодаря ему Астартес мог бодрствовать, и в то же время испытывать эффект сна за счет последовательного временного отключения различных отделов мозга. Это не могло полностью заменить обыкновенного сна — в конечном счете, даже космические десантники должны были спать