Авторов Коллектив - Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП)
Затрещала статика, и низкий голос ответил:
— Говорит «Эфирий», слышу тебя, брат. Продолжай.
— Отделение Гримма готово к эвакуации, координаты определите по моему маячку. Можете приземляться в долине, мы будем ждать примерно в двух сотнях метров к югу от текущей позиции.
— Помощь апотекария требуется, брат?
— Никак нет, «Эфирий», не требуется. Увидимся в точке эвакуации, конец связи.
— Итак… — начал Веристан после того, как сержант закрыл канал. — Ещё один остров зачищен от поганого скота.
— Ага, и осталось чуть меньше восьмисот других, — отозвался Манделл. — Не говоря уже о горах и системах пещер.
— Ты жалуешься? — уточнил Гримм.
— Вот ещё, — ухмыльнулся крупный космодесантник. — Я живу ради этих зачисток, хотя теперь буду внимательнее смотреть на потолки.
В этот момент взгляд Риалло задержался на чём-то у них над головами, и глаза скаута мгновенно расширились. Повернувшись, сержант увидел тяжелораненого орка, что стоял во весь рост на крыше дома. Залитая кровью тварь, с рваным, капающим тёмной влагой обрубком вместо одной руки, нашла в себе достаточно сил, чтобы воздеть огромный топор, взреветь в небеса и прыгнуть на врагов.
Гримм понял, что чужак летит прямо на него. Затем кто-то крикнул «Сержант!», прозвучал одиночный выстрел, и голова падающего орка откинулась назад.
Командир отделения успел отступить в последний момент — тело зверюги ударилось о землю в метре перед ним и безжизненно завалилось на бок. Обернувшись, сержант обнаружил рядом скаута с поднятым болт-пистолетом, из ствола которого струился дымок.
Какое-то время все смотрели на Риалло, но ничего не говорили до тех пор, пока тот не опустил оружие и не убрал его в кобуру.
— Хороший выстрел, скаут, — наконец произнес Гримм.
— Рад стараться, брат-сержант.
— Сколько у тебя убийств за сегодня, брат? — спросил Веристан.
— Четыре, — ответил Риалло.
Если скаут и гордился достижением, то сумел не выдать своих чувств.
— Почти половина от общего числа, — присвистнул Корелла. — Мы на твоём фоне паршиво смотримся, брат.
— Ты паршиво смотрелся, когда тот орк уложил тебя на лопатки, — рассмеялся Веристан. — Валялся там, как беспомощная черепашка.
— Манделл, — сказал сержант, — ты знаешь, что делать. Сожги трупы орков — когда мы поднимемся на борт, «Эфирий» зальет тут всё прометием, но я не хочу полагаться на удачу и ждать, что ветер не разнесёт споры. Риалло, ещё раз осмотри территорию, убедись, что мы прикончили всех. Если найдешь ведущие отсюда следы зеленокожих…
— Вас понял, брат-сержант.
— Веристан и Корелла, за мной. Подождём их у точки эвакуации.
После того, как Манделл вновь скрылся в доме с огнемётом в руках, скаут мысленно разбил фермерское хозяйство на квадраты и занялся поисками следов, уходящих за его пределы. Уже стемнело, но небо усыпали звезды, холодного света которых хватало для генетически улучшенного зрения космодесантника. В какой-то момент Риалло оказался возле растерзанных силосных башен и отыскал две брошенные в спешке дыхательные трубки, при помощи которых орки скрывались в грудах просыпавшегося зерна.
«Хитрые попались твари, — решил он. — Знали, что мы преследуем их, и подготовили достойную ловушку. Мне больше не стоит думать об орках, как о простых дикарях — очевидно, что некоторые из них не такие. Всё могло кончиться скверно, но нас спасли тренировки, дисциплинированность и рефлексы».
Скаут не обнаружил ничего, что указывало бы на бегство хоть одного чужака. Закончив поиски и обернувшись, он увидел Манделла, который появивлся из парадного входа. За спиной воина уже взмывали ввысь жадные языки огня, кормящегося дохлыми орками и обломками мебели.
Риалло подошел к боевому брату, и какое-то время двое Багровых Кулаков смотрели, как разгорается яркое пламя. Отблески огня танцевали на золочёных образах, украшавших броню космодесантника — Манделл заслужил немало почестей, обороняя Новый Ринн в ходе войны.
Возникшее молчание первым нарушил скаут.
— Вот почему я никогда не радуюсь победам по-настоящему, брат. Мы убиваем врагов, но даже споры мертвых орков вынуждают нас сжигать то, за что мы сражаемся: жилища людей, поля, пастбища, всё, что поддерживает жизнь на планете. Мы сжигаем сам Мир Ринна.
Манделл вглядывался в пламя.
— Всё сожжённое перерождается в огне, — мягко проворчал Багровый Кулак. — Смотри в будущее, брат — планета исцелится со временем, но только если окончательно и бесповоротно изгнать проклятую заразу. Сейчас мы сеем то, что принесет плоды в лучшие дни. Имей терпение и жди…
Его прервал истошный крик, донесшийся из дома. Космодесантники замерли на мгновение, и вопль раздался вновь.
Сорвавшись с места, Риалло помчался на крик. Остатки дверей не остановили скаута, и он влетел прямо в пылающее нутро постройки.
— А, чтоб его, — сплюнул Манделл и зашагал следом за юношей.
Когда они с Риалло наконец-то присоединились к отделению, «Громовой ястреб» уже приземлился в долине. Брат Гарреон, пилот «Эфирия», не останавливал двигатели, а сержант уже собирался вызывать братьев по воксу, когда двое запропавших космодесантников выступили из ночной тьмы.
Увидев их, Гримм мгновенно понял, в чем дело.
Скаут держал на мускулистых руках двух крошечных, запачканных сажей девочек с соломенными волосами. Расширившимися от страха глазёнками они смотрели на огромных космодесантников, что высились у основания десантной рампы.
«Семья, — подумал Гримм. — Вот почему фермеры не убежали, а остались и дрались с врагом. Я должен был понять».
Дети, прижатые к нагруднику Риалло, выглядели невероятно хрупкими.
«Слишком хрупкие, слишком невинные, чтобы выжить в Галактике, поглощённой бесконечной войной. Но ведь и мы вступили в жизнь такими же маленькими и беспомощными. Начало не всегда определяет, каким окажется конец».
Уже не в первый раз сержант безмолвно поблагодарил Императора и примарха за судьбу, превратившую его в космического десантника. Гримму казалось, что он не смог бы пережить нынешние времена, будучи простым смертным, подверженным ужасным слабостям обычных людей.
— Где вы их нашли? — спросил сержант.
— Там был люк в полу, — ответил Манделл, проходя мимо него и поднимаясь по рампе. — Родители, видимо, спрятали их от орков в самый последний момент — быть может, услышали крики батраков.