Михаил Сельдемешев - Черный оазис

Вскоре Артема все-таки вывезли в Союз. Его даже поместили в отдельную палату какого-то закрытого института. Ноги он уже практически не чувствовал и смирился с мыслью, что ее вот-вот отнимут. Лекарства ему больше не кололи, лишь давали пить какие-то витамины.

Время шло, но ничего не происходило. Унылые, однообразные дни и ночи. Единственным развлечением были журналы «Огонек», которыми Артема снабжала заботливая нянечка.

И вот однажды, проснувшись раньше обычного, он вдруг почувствовал свою больную ногу! Артем сдавливал ее пальцами, и нога отзывалась хоть и болезненными, но все-таки ощущениями.

Еще через пару дней он смог пошевелить пальцами на ноге. Слово «ампутация» перестало упоминаться медперсоналом. Вместо этого до слуха Артема все чаще долетали фразы: «везение», «счастливчик», «родился в рубашке», а иногда и «чудо». Нянечка больше не отводила взгляд, принося очередной номер «Огонька».

Не прошло и месяца, как Артем, хотя и не без помощи костылей, сумел встать на ноги. Когда Горин сменил костыли на трость, его выписали и поставили в известность, что он уволен в запас по состоянию здоровья. Очень скоро он избавился от трости, а затем и от хромоты.

Старая рана напоминала о себе лишь изредка: к перемене погоды нога обычно ныла. Но бывали и более неприятные случаи — когда ногу сводило судорогой, как случилось сегодня. В основном это являлось следствием нервного стресса.

Примерно раз в месяц Горин ходил на обследование к врачу, где сдавал анализы и получал бесплатные таблетки, ослабляющие болевые ощущения во время судорог. Эти таблетки да символическое пособие — вот, в общем-то, и все, что он заслужил за несколько лет, в течение которых защищал интересы страны. Впрочем, довольно сомнительные, с сегодняшней точки зрения, интересы…

Из прошлого Артема вернул очередной телефонный звонок.

— Да! — ответил он не вполне дружелюбным тоном, памятуя недавний инцидент.

— Привет, — это был голос Натальи. — У тебя все в порядке?

— Да, все как обычно.

— Обычно у тебя не все в порядке, Горин.

— Ты права, Наташа, твой голос — единственное радостное событие за последние несколько дней.

— Может, я не вовремя? — спросила она.

— Перестань, соизволила сама позвонить в кои-то иски… Да ради такого случая я готов все остальные дела отложить безо всяких раздумий!

— Да что вы говорите? Чем, вообще, занимаетесь, Артем Михайлович? — по голосу угадывалось, что она улыбается.

— Да вот, генеральную уборку затеял. — Артем, зажав телефонную трубку между плечом и ухом, начал собирать с пола рассыпанные Зафаром патроны.

— А какое завтра число, ты помнишь? — интригующим тоном спросила она.

Артем перевел взгляд на перекидной календарь, висевший на стене. Открыт он был на феврале месяце, хотя за окном зеленела листва деревьев.

— Напомни для начала, какое сегодня, — попросил он и тут же хлопнул себя по лбу, вспомнив, что у Наташи в июле день рождения. — Вот черт!

— Ты чего там ругаешься, Горин? — в шутку обиделась она.

— Извини, совсем замотался — чуть не забыл про день рождения жены, — оправдывался Артем.

— Во-первых, забыл. А во-вторых — бывшей жены, — уточнила она.

— Любимой жены, — возразил он.

— Не такое уж это и важное событие. Скорее печальное: еще один год можно вычеркнуть из жизни. В любом случае, я бы хотела, чтобы ты пришел завтра, Артемка.

Она давно не называла его так.

— А Олег там будет? — осторожно спросил Горин, зная ответ.

— Ну конечно будет, — в ее голосе послышались нотки раздражения. — Когда ты, наконец, поймешь, что Олег будет всегда?

— Учти, что официально ты все еще моя жена! — вскипел он и сразу же пожалел о своей несдержанности.

— Теперь это всего лишь штампик в паспорте. — Ее голос из раздраженного превратился в равнодушный. — Не понимаю, зачем тебе это все? Ведь ничего уже не вернуть, все в прошлом…

— Для тебя — да. — Артем уселся в кресло, в котором недавно сидел Зафар, вытащил из пистолета опустевшую обойму и стал начинять ее собранными с пола патронами. — Но я-то все еще люблю тебя, Натка. Я постоянно вспоминаю о тех днях, когда мы были вместе…

— Прекрати! — перебила она его. — Я хоть и люблю другого, но мне тоже больно вспоминать это все. Так ты приедешь?

— Не знаю, — ответил Артем тоном обиженного ребенка. — Если не буду занят.

— И умоляю, не придумывай никаких подарков, приходи просто так. Я испеку твой любимый торт…

— Я не понял — это день рождения или благотворительный ужин для малоимущих? — спросил Артем.

— Ну все, завтра в шесть. Приходи, я рада буду тебя видеть, — Наташа спешила закончить разговор.

— До встречи. — Артем повесил трубку.

«И все-таки, какое же завтра число?» — он загнал заряженную обойму в пистолет и передернул затвор…

В дверь поскреблись. Артем впустил Полкана — здорового беспородного пса, которого они с Натальей подобрали еще щенком.

— Шляешься непонятно где, а к хозяину непрошеные гости безнаказанно являются, — отчитал его Артем.

Полкан виновато опустил голову и протопал к пустой миске.

— Так ты еще и голодный явился? — продолжал ворчать Артем. — Я уже даже не заикаюсь о приносимой в дом добыче, но эта Жучка или как там ее, к которой ты наведываешься, могла хотя бы кормить тебя?

Пес терпеливо стоял возле миски, пропуская упреки хозяина мимо своих больших лохматых ушей. В его невинном взгляде читалось: «Слушай, я так устал. Не мог бы ты заткнуться и просто покормить меня?»

Горин открыл холодильник, достал пакет с сосисками и вытряхнул его содержимое в собачью миску. Себе достал бутылку пива, по привычке открыл ее зубами и снова плюхнулся в кресло.

Не успел он опорожнить бутылку даже наполовину, как Полкан, разделавшись с сосисками и запив их водой, подбежал, встал на задние лапы и попытался лизнуть хозяина в щеку. Артем потрепал его за ошейник, к которому была прикреплена металлическая табличка с адресом и телефоном Наташи. Когда-то это был их общий адрес. И общий телефонный номер. На него снова нахлынули воспоминания…

Где-то к середине восьмидесятых, избавившись от хромоты, Горин занялся поисками работы. Благодаря оставшимся связям ему удалось устроиться консультантом в один из отделов Комитета, курировавший прокуратуру и уголовный розыск. Работа была бумажной, сидячей и неинтересной. Тем не менее, устав от длительного бездействия, он приступил к ней с завидным рвением.

Спустя совсем немного времени Горину удалось оказать одной из следственных групп неоценимую помощь. В результате было раскрыто казавшееся безнадежным дело о серии нападений на женщин. Причем вычислить преступника удалось в отсутствие каких-либо значимых улик. Для себя Артем объяснил это чистой случайностью.