"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
– Отдыхай, птичка. Да укройся получше, а то как бы тебе не замерзнуть под одеялом… в такую-то жару.
– Доброй ночи и тебе!
– Хорош-о-о бы… – тоскливо протянул он.
И ведь я могла бы промолчать, сделать вид, что засыпаю. Но опять захотелось узнать, что происходит сейчас в его голове. А еще оказалось, что заснуть укрытой до самых глаз весьма трудно.
– А что же не хорошо-то?
Тут Бората понесло, и ведь не поймешь, добродушно ворчит или всерьез негодует:
– Это ты можешь спать спокойно! А мне каково? Член будто каменный стал, едва я сюда поднялся! И никак не успокоится. Я даже проклятых германцев вспомнил, их косматые головы, насаженные на пики, и тот день, когда мы нашли разорванное конями тело Тарбия… Но сейчас ты рядом, и я ни о чем другом думать не могу. А тебе все равно, что я промучаюсь полночи! Вырвала у меня эти глупые клятвы, болтушка!
– Не ори, ты всех перебудишь! Позорище!
Уже не замечая съехавшего одеяла, я зажала ему рот рукой, и он сердито что-то промычал:
– М-м-н-м…
– Ты сам виноват! Я к тебе в постель не напрашивалась. Я сейчас пойду вниз и где-то устроюсь… Фира подскажет, да хотя бы на кухне.
Он легко отодвинул мою ладонь со своего лица и хрипло ответил:
– Почему ты все время хочешь от меня сбежать? Ты солгала про мужа, Валия, ты не любишь его, тут дело в чем-то другом. Я для тебя слишком беден или стар, скажи прямо. Катон обещал одного из своих слуг?
– Нет, все не то, не то… Это объяснить сложно, долго… Ты мне нравишься, но я не могу быть ближе. Пока не могу, но, может, когда-нибудь потом… подожди…
– Год я не выдержу, у меня член в деревяшку превратится или в каменный столб.
– Лишь бы не такой огромный, как там на улице!
Я сама не поняла, как оказалась в его руках. Сначала он целовал меня, держа над собой, гладил мои голые плечи и спину, на мгновение замер, наткнувшись на трусики, потом забрался ладонями под них и довольно ощутимо сжал ягодицы. Он силищу свою не соразмерял, у меня точно останутся синяки, но не было даже мысли протестовать. Я попросту взмокла. И только слабо пискнула, когда он резко опустил меня на постель и оказался сверху.
Это был яркий, волшебный сон-безумие, внизу живота у меня все пульсировало и горело, а Борат продолжал яростно целовать в губы, засасывал кожу на подбородке и шее, переместился ниже на грудь, стал втягивать в рот напряженные соски.
Я всхлипывала и ерзала под ним, изнемогая от желания, уже ничего не стеснялась, сама приподнимаясь навстречу, отвечала на поцелуи.
Он был такой тяжелый, но и это мне нравилось… Я обхватила его бедра коленями и, кажется, вцепилась ногтями в спину. Его большое, горячее, влажное тело то накрывало меня, то давало короткую свободу. А я задыхалась от восторга.
Как это прекрасно – чувствовать внутри себя упругий мужской член подходящих размеров. Или я сейчас настолько мокрая, что все получилось легко, как по маслу. Там, в термах Фурия со страху его фаллос показался довольно большим.
Борат двигался сосредоточенно, уверенно, а мне было мало, я притягивала к себе его ягодицы и крепко стискивала внутри его плоть. И чуть не разревелась, когда он зашипел в ухо:
– Прекрати, я не хочу заканчивать быстро! Когда ты еще позволишь… Он вышел из меня и тут же, тяжело дыша, приказал развернуться и встать на колени. Я обалдела от властности тона и того, как бесцеремонно он со мной обращался. Но послушно выполнила все пожелания. Видимо, он так привык. Никто прежде не жаловался. Тем более, если заранее были обещаны монеты.
Чувствовать его в таком положении оказалось еще приятнее, и вскоре я уже не могла сдерживать сладостной дрожи, темноту ночи на миг разорвала радужная вспышка удовольствия, Борат стиснул мою грудь и глухо застонал, продолжая сотрясать тело. А потом… потом смачно шлепнул, издав при этом короткий довольный смешок.
Сжав зубы, я дернулась вперед, развернулась и ответила тем же. Я смутно видела, куда летит моя раскрытая ладонь, кажется, попала по плечу.
– Не смей так со мной поступать! Я тебе не девка кабацкая!
– Да ты что… – искренне изумился он. – Я думал, тебе понравится. Там, на улице, когда я догнал тебя у фонтана, у тебя торчали соски после моего шлепка.
– Вообще-то я разозлилась!
– Это я должен был злиться, ты заставила меня попыхтеть…
– И сейчас тоже… Вот бедненький!
– Сейчас было хорошо нам обоим, – ухмыльнулся он в темноте, укладываясь на постель и увлекая меня за собой. – Ты же содрогнулась в конце, я заметил.
И ведь не поспоришь. Я покорно улеглась ему на грудь, уже не сдерживая улыбку. Была благодарна мраку, окутавшему ложе, он прятал мое счастливое лицо. Я отчаянно не хотела, чтобы Борат видел, насколько мне «было хорошо». Но не могла избавиться от желания прочесть нотации.
– У тебя ручища тяжелая, со мной надо обращаться нежнее.
– Понимаю. У тебя гладенький славный задок. В другой раз буду осторожней.
Неловкий солдатский комплимент растрогал меня почти до слез. Но вот насчет другого раза… Нам нельзя увлекаться. Я же могу в любой момент вернуться назад, в свое время. Он должен знать.
– Борат, мне нужно сказать что-то важное.
Его рука, обнимавшая мою талию, заметно напряглась.
– Что такое?
– Я не шутила насчет воли богов, отправивших меня в Рим. Но я так же неожиданно могу отсюда исчезнуть, если их планы изменятся. Вот ты утром проснешься, а меня нет рядом… Все может быть.
– Чего-о?
Он схватил меня за плечи, снова укладывая под себя уже поперек кровати.