"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
Известно всем, кроме меня, его новоиспеченной невесты… Я закрыла лицо руками, чувствуя, что сейчас разревусь. Гай, вероятно, знал положение дел на юге страны, но даже словом не обмолвился, что может снова попасть на войну. А может, просто не хотел меня тревожить, нам было так хорошо и спокойно вместе.
– Госпожа, не печалься, – успокаивал меня молодой грек, – это не займет много времени, консул вернется с победой и вы сможете готовиться к свадьбе.
Как бы мне хотелось в это верить… Желание продолжать прогулку исчезло, мы и так долго отсутствовали, Гай может ждать нас в усадьбе. И мне еще влетит от него за то, что не сижу дома, ожидая жениха, как положено добродетельной Пенелопе.
И не важно, что мы еще не женаты, это простая формальность, тем более, что в Риме легко развестись, особенно мужчине, который хочет избавиться от надоевшей спутницы жизни, чтобы привести в дом новую подругу.
Вернувшись в дом консула, мне пришлось пережить новую неприятность. Оказывается, Гай Марий полчаса метался по своим комнатам, как разъяренный лев, поскольку вынужден был срочно покинуть город с ответственной миссией, а милая невеста бродит неизвестно где и достойно попрощаться не получится. Так мне передали расстроенные за нас слуги. Мы разминулись с Гаем, и он уехал, не оставив мне даже коротенькой записки. Не догадался или не захотел…
Я готова была волосы на голове рвать от отчаяния, ругала себя на чем свет стоит, но велика ли моя вина? Откуда мне было знать, что сбежавшие рабы грозят спалить Рим и построить тут свою свободную республику, и только мой «генерал» способен подавить мятеж, поскольку теперь империя возлагает на него большие надежды.
Если бы меня вовремя посвятили во все последние новости, я не по городу бы шаталась, а собирала бы Гаю рюкзак в дорогу, ну, или что там у него имеется для походных целей. До любви ли теперь моему полководцу…
Аннея и Артик успокаивали меня, а Элиав стоял рядом, украдкой поглядывал на мою симпатичную молоденькую рабыню. Щеки чувствительного грека заливал румянец, а потом он, немного стесняясь, попросил у меня восковую дощечку, потому что пришли вдруг на ум поэтические строки, и он боялся их позабыть.
Я молча принесла Элиаву письменные принадлежности и маленький бронзовый светильник, пусть сочиняет, глядишь и прославится, чем Муза не шутит. "История знает рабов, достигших порфиры". А способности к сочинительству у Элиава есть.
Так в беспокойстве и пустой суете прошли два дня. Я из дома теперь ни ногой, Гай может неожиданно вернуться. Чтобы уж совсем не захандрить, я пригласила Клодия и Оливию в гости. Однако, раб, посланный с письмом, вернулся ни с чем, скоро выяснилось, что влюбленная чета покинула город, спасаясь от его соблазнов и теперь прячется где-то в деревне. У Оливии несколько домов в окрестностях Рима, куча денег и множество прислуги. Уж эти-то римляне будут жить, как у Венеры за пазухой, что зря о них переживать.
И самое обидное, меня опять никто не известил, словно позабыли о Наталии, словно это так трудно, – накалякать несколько строк на папирусе или выдавить на приглаженном воске. А может, не захотели беспокоить, считая, что у нас с Гаем все хорошо и мы заняты только друг другом.
После полудня третьего дня Артик известил меня, что в дом прибыли гости, а именно, какое-то высокое римское начальство, поскольку одного из них Артик назвал трибуном. Жаль, я так и не выспросила у Гая военную командирскую терминологию, надо было даже записать. Вот теперь гадай, чин трибуна ниже консула… да, кажется, так и есть. Надо бежать к ним, может, передадут весточку от любимого "фельдмаршала".
Я постаралась принять солидный вид и, сдержанно улыбаясь, вышла в гостевую залу, где ожидали двое мужчин. Один держал в руке шлем с алым плюмажем, другой был одет попроще, и выглядел моложе. Я поприветствовала незнакомцев и, с бьющимся сердцем поинтересовалась о цели их визита. Ответил мне более молодой и явно более общительный военный.
– Я вижу перед собой женщину, чье имя Наталия Русса?
Получив мой утвердительный кивок, мужчина продолжил:
– У меня есть сообщение для вас от консула Каррона. Мой консул передает вам привет и просит быть хозяйкой в его доме до победного возвращения в Рим.
Я растерянно хлопала глазами:
– И… это все сообщение? Разве нет письма?
Мужчины хмуро переглянулись, а я всерьез забеспокоилась, не потеряли ли они сей ценный документ. Оказалось, что никакого письма мне Гай Марий не писал, а на словах велел передать, чтобы я сидела тихонько в его особняке, по городу ходила только в сопровождении охраны, на приключения не нарывалась, то есть, вела себя хорошо.
А потом Гай проедется по улицам Рима с триумфом и после торжественной встречи в Сенате завернет на домашний огонек. Меня совершенно не устроил такой расклад.
– Подождите, подождите… А где он сейчас? Очень далеко отсюда? Мы ведь даже не попрощались, это дурная примета. Я хочу видеть Гая Мария…
Молодой мужчина – трибун, чье имя Кастор Орест искренне посочувствовал и попытался объяснить ситуацию:
– Консул и половина его легиона уже на пути к Аквину, где объединятся с остатками армии Плавта. Мы же с претором Марком Фабием двинемся в обход основных сил противника и сомкнем кольцо. На военном совете именно нам поручено начать зачистку севера Кампаньи от грязных мятежников.
Я слушала его рассеянно, я ничего не смыслила в военной тактике, понятия не имела, где находятся захваченные города, а просто желала повидаться с человеком, которого люблю.
– Скажите, я могу поехать с вами? Я только скажу ему пару слов, обниму и вернусь обратно. Я так волнуюсь…
– Это невозможно, госпожа!
Наконец-то подал голос пожилой, осанистый мужчина в ярком плаще.
– Мое имя Марк Гнеций Фабий. Я – претор, и уверяю, что ваше беспокойство не уместно. Великому городу ничего не грозит,