Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

— Близко не могу, там не мои владения, но выведет тебя тропинка к тракту, там таверна есть, попросишься с караваном доехать до города. Много они не берут. Ну, прощай, красавица, когда еще свидеться придется, — сказал он и смахнул слезу. — Береги себя и дитё.

Перед ними образовалась тропинка, и буквально через несколько минут они стояли на тракте недалеко от трактира «Усталый путник».

В здании царил полумрак. За стойкой стоял угрюмый мужчина и протирал тряпкой кружки. Увидев зашедшую с ребенком Любаву, он молча, одним лишь кивком, указал на свободное место возле окна. Любава оглядела зал и заметила несколько столов, занятых мужчинами, они о чем-то тихо беседовали. Никаких ссор или пьяных драк не было и в помине.

К столику подошла симпатичная девушка с длинной черной косой и большим бюстом.

— Чего желаете? — сбросила она, выдавливая улыбку.

— Не скажете, когда уходит караван в город?

— Они чаще всего приезжают после ужина и выезжают отсюда ранним утром, — сообщила девица.

— А комнату у вас снять можно? И что у вас есть поесть, чтобы ребенок тоже не остался голодным?

Девушка внимательно посмотрела на Марьяну, которая с интересом рассматривала окружение.

— Могу предложить недавно приготовленное мясное рагу и травяной взвар с лесными ягодами. А вы пока снимите с девочки платок, у нас здесь жарко.

— Не могу, она ушки простудила, поэтому пусть сидит в платке.

— Матти, что ты там застряла? — послышалось из-за стойки. — Приняла заказ — выполняй. А вы госпожа, не серчайте, новенькая она, еще только учится.

— Все нормально. У вас комната есть для меня и ребенка?

— Есть, поешьте, и Матти вас отведет на второй этаж.

— Сколько это будет стоить?

— Десять медяков.

Тут к трактирщику подошла чуть полная женщина невысокого роста с заплаканными глазами. Она что-то прошептала мужчине и горько расплакалась. Трактирщик как будто окаменел лицом.

— У вас что-то произошло? Я могу помочь? — задала вопрос травница, попеременно переводя взгляд с женщины на мужчину.

— Сын помирает, неделю назад поранился, а рядом не было целителя. Лечили сами как могли, только с каждым днем все хуже, — поведала женщина и закусила край платка, чтобы не расплакаться вновь.

— Показывайте, я целитель и травница.

Она схватила в одну руку узелок, другой взяла за руку Марьяну.

— Пойдемте, если вы действительно поднимите его, век молиться будем Вишанье за вас.

Они вышли через заднюю дверь и свернули налево, где в небольшой, но уютной комнате в бреду лежал совсем молодой мальчишка. Рука у него была размером с толстый сук и имела фиолетово-бордовый окрас.

— Что с ним случилось? — спросила Любава, при этом до конца размотав тряпку.

— Полез в драку, чтобы разнять, и напоролся на нож одного из них.

— Принесите горячей воды, чтобы рука терпела, затем кипяток, чистые тряпки и посуду, где можно промыть раны и заварить травы.

Отправив женщину, она быстро просканировала больного: еще бы несколько часов — и руку было бы не спасти. Марьяна тихонечко сидела в сторонке и наблюдала за действиями матери.

Вскоре женщина вернулась и принесла то, о чем попросила травница, после встав в сторонке. Промыв полностью рану и смазав ее вонючей, но полезной мазью, вытягивающую грязь, она приготовила отвар травы. Стала давать больному по столовой ложке каждые полчаса.

Неожиданно из-за угла послышался тоненький голосок.

— Мамочка, я сильно хочу есть и еще в туалет, — очнувшись и посмотрев в окно, Любава увидела, что на улице темнеет. Это же сколько она часов сидит над больным?!

«Вот бестолковая нерадивая мать, совсем забыла о ребенке», — ругалась про себя травница.

— Вы не скажете, где у вас здесь туалет? — спросила Любава.

— Через дверь. Муж накрыл стол, пойдите, поешьте, ребенок тоже устал и есть хочет, — проговорила немного успокоившаяся мать юноши.

— Я все сделала на сегодня, каждые полчаса давайте питье до утра. Мне придется задержаться, пока я не буду уверена, что у вас все хорошо, — сказала Любава, хотя были тревожные мысли о том, правильно ли она поступает, оставаясь здесь.

— Мамочка, ты не обиделась, что я тебя отвлекла? — спросил ангелочек, смотря в глаза матери.

— Ну что ты, золотце, это ты меня извини: совсем потеряла чувство времени.

— Это как? — заинтересовалась дочь.

— Когда не замечаешь, как бежит время: кажется, его прошло совсем чуть-чуть, а на самом деле очень много, — объяснила Любава и улыбнулась дочери, уплетающей за обе щёки овощное рагу.

Матти подошла к столику, еще раз внимательно посмотрела на Марьяну, отчего у травницы неприятно кольнуло в сердце, и предложила проводить до комнаты.

Она была светлая, уютная. Двуспальная кровать, покрытая разноцветным покрывалом, небольшой гардероб и стул, с левой стороны находилась дверь в ванную комнату.

Проделав все водные процедуры, они улеглись в постель. Марьяна заснула сразу, а Любаву не отпускало чувство беспокойства.

С утра пораньше она спустилась вниз к больному, оставив спящего ребенка, чтобы посмотреть его самочувствие. Опухоль уже начала спадать, а жар сильно снизился. Юноша о чем-то рассказывал матери и улыбался. Быстро просканировав состояние больного, Любава приняла решение срочно выезжать сегодня. Она принесла мази и травы, затем объяснила трактирщице, как этим пользоваться, и отправилась в комнату. Увидев, что лечение не прошло даром, она немного успокоилась.

Заказав завтрак в комнату, она быстро одела ребенка и убрала ее волосы под платок, затем оделась сама. Все вещи у нее были уже собраны.

В дверь постучали. Любава открыла и впустила Матти с подносом. Та поставила его и, не сказав ни слова, быстро скрылась за дверью. «Странная она какая-то!» — пролетело в голове у Любавы. Травница поговорила с трактирщиком и спросила про караван.

— Следующий будет только завтра вечером, — ответил мужчина. — Вы не переживайте так, я с вас ни копейки не возьму за житье. Спасибо, что спасли сына, — сказал он, при этом незаметно смахнув слезинку, катившуюся по щеке.

Вечером в дверь кто-то громко заколотил. Любава открыла и на пороге увидела трактирщицу. Она приставила указательный палец к губам, затем махнула рукой, показывая на выход. Любава поняла, что произошло что-то неприятное и, схватив дочь на руки и взяв вещи, ринулась за женщиной. Услышав грохот шагов по лестнице, она завела их в пустую комнату в самом конце коридора и, выйдя, закрыла дверь на замок.

Марьяна, чувствуя нервозность матери, крепко прижалась к ней. Между тем за дверью творилось что-то невообразимое: шум, топот, крики, невнятное бормотание. Любава лишний раз боялась пошевелиться, чтобы не привлечь внимание. Вскоре все затихло. Никто не заходил, как будто все совершенно