Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Стрела лежал под кроватью и никакими силами не смогли его вытянуть оттуда. Иногда на крики женщин он тихонько подвывал, жалея свою хозяйку, отчего Варвара начинала нервничать.

-Варвара, иди к Ульяне, я встану возле Виктории. Оба мальчика решили родиться в одно и то же время. Как интересно?! -произнёс он.

Подошли минуты, когда новые жители планеты должны были криками огласить, что они появились на свет.

Неожиданно Виктория оказалась в серебряном тумане как в коконе. Было непонятно, где земля, где небо, где комната, в которой она находилась минуту назад?

-Не удивляйся, моя девочка. Это безвременье. Ты удивительная Виктория, что значит победа, и я горжусь тем, что именно тебя забрала в свой мир. Душа, в мальчике которого сейчас родит Ульяна, это душа не родившегося ребенка Дарины и Александра. Она даже не догадывалась, что через столько времени могла забеременеть. В твоём же ребенке душа твоего родного отца из другого мира. А через три года на свет появится красавица, похожая на мать. В ней родится душа твоей родной матери. Через пять лет душа настоящей Вики Клименской родится у четы графов. Ну вот и все. Я свою миссию выполнила. Прощай, моя девочка и спасибо тебе за все. Она исчезла и тут же Виктория почувствовала сильные потуги. Через пять минут комнату огласил требовательный бас младшего герцога, а ещё через пять минут не менее басистый голос графского сына. Обтерев детей и сунув их в руки счастливых мамаш, Лука Фомич еще раз обследовал состояние рожениц и остался доволен.

-Теперь можно запускать новоявленных папочек, -усмехнулся он.

Дверь отлетела в сторону и чуть не пришибла целителя. Граф подскочил сначала к жене, потом к дочери и не знал, как разделиться, пока герцог не принял в объятия свою возлюбленную с ребёнком и никого близко не подпускал. Старый герцог усмехнулся: -Совсем как я после рождения Данилки.

Через месяц после очередной встречи Вика рассказал отцу о душах детей, которые родились и родятся в будущем. Когда он узнал, что Дарина ждала ребенка, то его лицо перекосилось болью. Вика села рядом и тихо погладив его по спине произнесла.

-Зато тебе дается второй шанс воспитывать своих детей.

Он приобнял свою дочь.

-Спасибо за то, что ты у меня есть, -он поцеловал дочь в макушку.

Что еще можно добавить? Все как сказала богиня Лиония исполнилось. Много еще событий и приключений ожидают детей герцога Салтанова, но это уже совсем другая история.

Любава

Я одна из тех бабушек, которые несутся со своими котомками на ближайший рейсовый автобус до города. Кое-как доковыляв на больных ногах до остановки, останавливаюсь, чтобы перевести дух.

— Что, Кузьминична, опять на рынок собралась? — слышу знакомый ворчливый голос.

— Собралась, Петровна, куда же без этого? Вот помидорчиков везу на продажу, всяк лучше, если народ не в магазине купит напичканные химией, а возьмёт у меня. У нас природное удобрение. Навоз называется, — улыбнулась я своей соседке по даче. — Ты, я вижу, тоже на рынок?

— На рынок, Кузьминична. Урожай нынче хороший, не выбрасывать же. А одной мне много, вот и хочу продать излишек. Сама понимаешь, на одну пенсию не проживешь.

«Ага, знала бы она, какая у меня пенсия — пять тысяч! Её-то раз в пять больше: всю жизнь проработала вертухаем и ушла на пенсию после сорока пяти. А все туда же, жалуется».

— Пошли: автобус пришел. Что застыла? — спросила соседка и больно ткнула в бок кулаком. Впрочем, чему удивляться? Одна кожа да кости, а я вот всю жизнь была в теле. Не подумайте, что полной — нет, у меня не было спереди или по бокам висящего жира, но в тоже время я имела хорошие округлости во всех положенных местах.

Мы кое-как забрались в автобус. Какая же лесенка крутая: пока заберешься — весь дух выйдет, а уж слезть — еще больше проблема. По молодости как-то не замечаешь всего этого, а вот в старости остаётся только вспоминать, как в туфельке на шпильке моя ножка смотрелась очень соблазнительно. Ой, всё, опять разбередила в себе всю душу. Не зря пенсию в социальных организациях называют «деньги на дожитие». Вот так и доживаем свой век. Что-то делаем, что-то сажаем, потом убираем, детей ждем в гости, потом внуков. Глядишь, и правнуков скоро привезут.

— Кузьминична, задумчивая ты сегодня какая-то, — сказала соседка, внимательно посмотрев на подругу. — Как у тебя сегодня со здоровьем?

— Да вроде ничего: давление немного повышенное, но это нестрашно. Только что-то ностальгия замучила, — ответила я.

— Меня она каждый день мучает и каждую ночь снится. Выходим.

— Как? Уже? — удивилась я.

— Спать меньше надо, — засмеялась она и вышла первой.

Взяв в лавке у ребят-азербайджанцев деревянные ящики, мы быстро разложили свой товар. Кроме помидоров я прихватила с собой зелень, а также разложила траву лечебную: липовый цвет, душицу, зверобой, пустырник. Кто понимает — спрашивает, а кто не разбирается — проходит мимо.

Народу было не так много, и я опять ушла в свои мысли. Вот я, молодая студентка педагогического училища, Любовь Кузьминична Троцкая, стою на последнем звонке и жду вручения диплома. Да, моя фамилия — Троцкая, как же переживала в старших классах, когда меня называли троцкисткой. Сколько я тогда слез выплакала на плече у мамы, но всему когда-то приходит конец. Я вышла замуж за Ваню Петрова и с радостью поменяла свою фамилию.

С Ванькой мы прожили без малого двадцать пять лет, пока совершенно случайно не выяснилось, как это обычно бывает, что он погуливал с соседкой сверху, Нюрой и она родила от него мальчика. У меня же были две девочки-погодки. А мы-то ее всем подъездом жалели: кто деньги даст, кто продукты принесет, так и подняли ее мальца. А как мальчик подрос, слушки пошли, что Денис — копия моего Ваньки. Никогда не верила и бабкам рты затыкала, а как однажды пригляделась, ахнула: действительно, на меня, словно из фото, смотрел Ванька в трёхлетнем возрасте. Только глаза у него были серые, а у мальчонка мамины — карие.

Долгий был диалог. Просил простить, но у меня разговор короткий. Я вспомнила тогда слова мамы, которую предала лучшая подруга: «Гони друзей, что предали однажды. Кто предал раз, предаст тебя и дважды. И не ищи любви, где нет ответа. В любви есть двое, нет других сюжетов». Эти слова я повторила