Душный наёмник. Том 5 - Сергей Анатольевич Горбонос

Дорогие гости взяли заказ и переместились к ближайшему свободному столику. Всегда приятно иметь дело с опытным клиентом. Бармен вернулся к своей работе. В их сторону он больше не смотрел — это просто не имело смысла, там «работы» надолго.

Тем временем сами клиенты уже давно приступили к дегустации.

— Габ, я понимаю, что стимуляторы подстрахуют, но ты тоже сильно не налегай. Мы с тобой разного перепили, но расслабляться не стоит. Работа в первую очередь.

Лейтенант только усмехнулся:

— Капитан, хуже того перегнанного дерьма… из дерьма, мы уже точно не выпьем. Помните ведь, да? А если уйдем, не допив — это будет выглядеть подозрительно. Как минимум твой новый фанат за барной стойкой точно заметит.

— Это, конечно, мысль хорошая, Габриэль, но думай её после того, как работу сделаем. Тут вроде бы и людно, но глаз никто не цепляет. Обычные колонисты и работяги. Молох вроде бы и прав был, но что-то я сомневаться начинаю. Может и не нароем тут ничего.

— Ну-ну, капитан. Откуда столько пессимизма? Не верите вы ни своему начальнику, ни своему лейтенанту. Тогда предлагаю почаще посматривать на дверь кухни. Туда, где выдача заказов, — и Габ расплылся в широкой улыбке. — Мне кажется, это именно то, что мы ищем.

Рида молодец. Отреагировала… не отреагировав. Просто продолжила пить, смакуя орешки. Надо же, настоящие, не синтетика, впрочем, чего от пайка корпоратов еще ждать. Но взгляд периодический все же натыкался на ту самую дверь, упомянутую лейтенантом. И не зря.

Тут не было системы распределения заказов. Никакой дроид-выдачи. Всё можно сказать «классически», как в самых лучших местах или как в самых худших. Официант ножками сам пошёл на кухню за очередным заказом. Но внутрь заходить не стал. Сказал пару слов, дверь открылась и у входа показался мелкий паренек, лет семи. Он быстро передал пару тарелок и скрылся на кухне.

— Малой ведь из «серых»? — Рида соображала быстро.

— Ага. А еще он весь в синяках, — и снова лейтенант оказался внимательней своего капитана. Как в старые добрые — один пользуется глазами, а вторая феерично делает «вжух-вжух» пилочками.

— Получается… раб? В системе конгломерата?

— Вот именно. Без ведома силовиков Вантарис такой «товар» тут не появится. Узнаем, кто продал — узнаем кому за «защиту» заплатили. А ребята на «откатиках», как никто другой знают, где искать своего начальника.

Рида мельком глянула на ещё одного официанта, только что получившего заказ из рук ребенка, и задумчиво протянула:

— Дроида выдачи нет. Так может и мусор вручную выносят?

— Интересная мысль. Я проверю.

Морган осталась внутри, изображать острую любовь к алкогольным продуктам. Хотя, чего изображать? Водка оказалась вполне себе нормальной, даже как-то подозрительно хорошей. Прям слишком хорошей. Где только такую купили? И это здравая оценка, ведь до того, как сюда войти, они оба вкололи себе стимуляторы, так что могли некоторое время пить, не пьянея… что печально.

А Габриэль прошёл мимо бармена в сторону туалетов и вскоре вышел из бара. Как и было сказано ранее, станция не была одним монолитным питейным заведением, она разделялась на секции. Для тех, кто побогаче, для обычных трудяг. Напиться или поесть. Изолированные, тихие отсеки и шумные «классические» бары. И все это, как слоеный пирог, перемежалось различными техническими отсеками, кухнями и помещениями для персонала.

Небольшой, узкий карман. Это и отсеком не назовешь. Освещение ужасное, а вонь и того хуже. Но именно сюда вышел тот самый паренек, упорно таща за собой «бочку». Бочки — это капсулы, в которые система переработки отходов непосредственно на кухне заведения, запрессовывает биоотходы. Поэтому, будучи небольшого размера, она может весить довольно прилично. А когда ты ребенок, так и вовсе неподъёмно. И тем не менее, малой пёр бочку, словно от этого зависела его жизнь. Дотащил до трубы-коннектора и поставил на помост. Благо, тут всё просто — система сама подключится, выкачает отходы и опустошит бочку. Оставалось только подождать.

— И как ты её только дотащил? — Голос из темноты заставил паренька резко развернуться. Он настороженно вглядывался, но убегать не спешил.

— Мне приходилось таскать вещи и потяжелее, — не смотря на возраст, говорил малец складно, уверенно. Быть может, из-за тяжелой жизни, он выглядел щуплым, сам же был повзрослей. — Я вас вижу, господин, можете не прятаться.

— Не пойми меня неправильно, парень, — из тьмы коридора появился Габриэль. — Я не хочу тебя обидеть или напугать. Просто нужно было проверить, «серый» ли ты или мне показалось. Вы же отлично видите в темноте, да?

— Да. Откуда знаете, господин?

— Друг рассказал. Он тоже серый.

Надо же, как заинтересовался. Парень глянул на вход, на ещё работавшую систему выкачки отходов. Время ещё было.

— Вы ведь мне врёте, господин? С нами люди дружить не станут.

— Его Ши Ган зовут. И я тебе клянусь, что не вру.

— Клан Ши? Я, кажется, слышал о таком… Надо же… друг. А вы что-то хотели спросить, господин, или ищите кого?

— Я хотел узнать, кто продал тебя в рабство? Можешь помочь их найти?

— Рабство? Я не…

Стальная дверь неподалеку заскрипела и оттуда вышел высокий мужчина. Судя по бирке на его одежде — один из вышибал бара. Он держал в руках самодельную сигарету. Уже поднес ко рту. Но тут заметил пацана. А потом и Габриэля.

— Рю, ты этого мужика знаешь?

— Нет. Но он говорит, что дружит с такими, как я. — стоило парню это произнести, как вышибала убрал сигарету. Взгляд мужика изменился. Стал настороженным и злым.

— Эй ты! Говоришь, с серыми дружишь? Думал можно напиздеть и прокатит? От пацана отошёл!

— Ого, а мне нравится твой настрой! — Габ оторвался от стены и стал в стойку. — И долго мне ещё ждать?

— Ну, сам напросился.

Вышибала удивительно резво, как для своих габаритов, сорвался с места и подбежал к Габриэлю. Одну руку держал в защите, второй был готов атаковать. Но в последний момент перед сближением ускорился, сделал пару предельно широких шагов и ударил рукой в защите. Быстро и сильно.

Хлопок от удара был такой, будто небольшая граната взорвалась. Вышибала остановился, а в следующую секунду медленно повалился на землю. Напротив его живота замер кулак Габриэля. Сам лейтенант вправил свою немного перекосившуюся челюсть и улыбнулся:

— Слушай, а неплохо. Но работа явно повлияла. Сразу чувствуется, что