"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез
— Хоть ты жуть говоришь, а мне все не боязно… с тобой рядом.
— А тебе и не придется пугаться. В деревню тебя никак не возьмем, обождешь на другом бережку, мы с Михеем вдвоем управимся.
— Вот же придумал, я с вами пойду, мне одной точно страшно будет!
— Не спорь, а то зацелую.
Леда глаза широко распахнула, пытаясь в кромешной тьме разглядеть, не светятся ли очи Годара желтыми огоньками, да так ничего и не увидела, почувствовала только, как коснулись ее щеки твердые мужские губы, а после неторопливо достали и рот. Тепло-тепло, а по телу дрожь прокатилась, когда вдруг ответила смело. В первый раз поцеловала сама. И обожгло… Будто всполохи пламени охватили ум, заставили сладко томиться тело, одно желание — совсем близко быть, прижаться к нему и таять под ласками, дозволяя все.
Целовались жадно, неистово, оба сгорая от неутоленной страсти, распаляя себя еще более, и в этот раз первым опомнился Змей, оторвался от ее дрожащих губ, прошептал глухо:
— Дома тебя взять хочу, на постели своей, а не в лесу на еловых игольях. Хочу, чтоб во всем тебе хорошо было, радость тебе дать желаю и наутро снова тебя любить, а не вести на поклон к нечисти.
Только и смогла в ответ вымолвить:
— С тобой все приму…
— Не забудь свои слова, когда у Лунной Девы окажешься. Про меня не забудь…
Леда теперь молчала. Удобно пристроилась в крепких руках мужчины и задремала вскоре, взяла усталость свое. Одна лишь мелькнула мысль:
— «А надо ли мне вернуться в свой мир и свое время, если Годар здесь один останется? Мое место подле него. Пусть и будет так».
И уже сквозь сон пробормотала тихонько:
— Не забуду и не оставлю. Люблю…
Глава 17. На пиру у Хозяина
Все кончается, мой друг, разрывают кольца рук, свитые в тугую плеть боль и сказка, свет и смерть. Все, к чему вела нас страсть, скоро все должно упасть, и за этот острый край выходи — гостей встречай…Ранним утром Михей раздобыл где-то в зарослях рогоза лодку с почерневшим от времени веслом, и путники поплыли вниз по течению Резвушки. Греб сам Князь, высказав, что и так всю ночь отдыхал и никогда прежде так сладко не высыпался, как в эту ночь на еловых лапах поверх кострища. С ладушкой своей рядом.
Леда молчала, сидела на днище лодочки, закутанная в теплый плащ по самые глаза, на реке туман, слякотно, небо серыми тучами заволокло, вот-вот дождик крапать начнет. Одна только забава на пути и случилась — рядом с кормой вынырнул из воды яркий зимородок, держал в остром клюве неудачливого гольянчика. Вздрогнула Леда, а после залюбовалась полетом красивой пташки. И все равно грустно, тревожно на душе:
— А долго ли еще добираться-то?
— До вечерней зори должны увидать домишки и холм с Ясенем. Только в темное время туда идти затея глупая, придется опять ночь переждать и попробовать утром.
Погода за весь день так и не установилась, дважды путники на берег сходили — ноги поразмять, правда, огня уже не зажигали, лес мокрый, да и не до того было. В густых сумерках едва не проскочили деревушку, хорошо заметил Годар одинокий фонарь на берегу. Странное свечение, факел — не факел, а будто бы головешка мерцала высоко на шесте, чисто маячила: «Сюда, мол, плывите, туточки мы все, вас одних поджидаем!» И тишина… Ни рыбка хвостом не плеснет, ни птица не пролетит. Тишь и мрак могильный.
Привалилась лодка к противоположному берегу, там и решено было заночевать, да только какой тут сон, если рядом через неширокую речушку раскинулись заповедные места, где правит Навий Хозяин. Однако же из каких-то брошенных жердин, да кучки подсохшего хвороста близ чахлого леска Михей соорудил костерок для Леды, сам рядом прилег на свою фуфайку и вскоре крепко заснул. Недаром прошлую ночь стоял в карауле, да почти полдня греб по реке, надо и Медведю набраться сил.
Годар же решил до Резвушки дойти, еще разок оглядеть темные силуэты построек, да разгадать, что за огниво такое на шесте светится. А Леда закусила остатками подсохших лепешек и приготовилась немного подремать, ожидая Змея. Однако, вскоре прислушалась и насторожилась. Голос жалобный ей послышался от реки. Будто бы даже детский голосочек на помощь звал. Попробовала Леда Михея добудиться, толкнула пару разов в плечо, да все без толку, так и пошла одна на далекий зов, думая, что там же, у реки, и Годара встретит. Двоем-то живо разберутся, что к чему.
Барыней в красной шали выплыла на мрачный небосвод круглощекая сдобная Луна. Затянулась облачной фатой, словно спряталась, застыдившись. Но стало немного светлее. Леда торопливо шла на детский голос и вдруг неподалеку еще один различила, точно, ребятишки плачут, потерялись, глупые. Кто же их о такую пору здесь одних бросил…
Свежестью потянуло с реки, а еще резко пахнуло вдруг запахом гнили, хоть нос затыкай. Леда растерялась на миг, нос рукою зажала и начала ребятишек кликать: «Сюда,