Кристи Голден - Сага о Тёмных Тамплиерах
— Нет, но это приятный сюрприз.
…на Вершителя.
— Это ты впервые обнаружил зонды, Вершитель. Благодаря тебе зерги не распространились дальше.
— Возможно, Замара. Но также благодаря мне каждый терран на этой планете теперь мертв.
Джейк небрежно взмахнула рукой.
— К несчастью, это было необходимо. Зергов нужно остановить. Были приняты крайние меры, несмотря на возложенную Ди-Ул ответственность.
— Я и забыл… насколько бессердечной ты была, когда мы только встретились, пробормотал Джейк.
— Я не забыла. Но я рада, что мои убеждения изменились. Как и Тассадара. Мы вовсе не всеведущие непогрешимые боги, Джейкоб. Мы многое знаем, — а Хранители помнят все, что известно нашей расе — но нам все еще многое, многое предстоит узнать.
Тассадар коснулся одного из коммуникационных кристаллов и сообщил Конклаву, что миссия выполнена.
— Безупречная работа, Вершитель, — сказал Алдарис, величественное изображение которого появилось на голографическом экране. — Похоже, первый шаг увенчался полнейшим успехом.
— Первый шаг? — переспросил Тассадар.
— Разумеется. Эта планета в системе не единственная. Мы не можем позволить себе полагать, что зерги сосредоточили свои усилия на единственном мире. Ты должен исследовать все возможные источники заражения и искоренить их. Тогда, и только тогда мы сможем счесть нашу работу завершенной.
Джейк оставила свои мысли при себе. «Нашу работу», разумеется. Именно Тассадару и сотне с небольшим кораблей под его командованием пришлось совершить то, что, по сути, было вторжением. Алдарис и все остальные члены Конклава заняли крайнюю позицию, и все же не им приходилось выполнять приказы. Впрочем, именно так было заведено, практически сразу же после введения Кхалы.
Тассадар, неизменно послушная рука Конклава, наклонил голову.
— Как пожелаешь. Я исследую мир, соседний с этим. И если он тоже безнадежно заражен, я уничтожу его.
Алдарис неудовлетворенно пожал плечами.
— Если он уже заражен, Вершитель, или если даже он может подвергнуться заражению, ты обязан испепелить его. Мы не можем позволить себе рисковать даже малым. Таковы твои приказы.
Алдарис прервал сеанс связи прежде, чем Вершитель успел ответить. Некоторое время Тассадар оставался неподвижен.
Джейк смотрела на планету перед ней — или, вернее, на то, что от нее осталось. Неуместно прекрасные огненные пятна покрывали ее поверхность, и Джейк знала, что оранжевые выбросы отмечают места, где, очищая зараженный мир, протоссы прожгли планету до самого сердца, позволив глубинной магме вырваться на поверхность. Некоторые из этих всплесков отмечали места бывших поселений терранов. Некоторые из них находились далеко от мест скопления терранов — там были зерги. Восемьдесят процентов атмосферы улетучилось.
— У меня были друзья там, — с отвращением сказал Джейк. — Они бы стали зергами. Заражение необратимо.
— Да… Но все же… Впечатляющее… зрелище.
Тассадар приказал двигаться к следующей планете этой системы, и Джейк не проявляла любопытства. Тассадар открыто выступил против предписаний, приказ на выполнение которых только что получил. Возможно, он о многом сожалел.
— Вершитель, мы заметили корабли терранов.
— Неудивительно, после того, что мы только что совершили. Покажите.
Кристалл зажжужал, и перед ними появилось изображение.
— Корабль идентифицирован как «Норад-2», под командованием полковника Эдмунда Дюка. Это корабль класса «Монстр»…
Джейк едва обращала внимание на описываемые характеристики корабля терранов. Протоссы уже давно наблюдали за терранами — так требовала Ди-Ул, доктрина «Великого Управления». Протоссы следили, как юная раса развивалась и распространялась по другим мирам; восхищались тем, как терраны умудрялись выживать вопреки практически непрерывным войнам друг с другом. Именно Ди-Ул процитировал Тассадар, получив приказ полностью уничтожить Чау-Сара. Протоссы немало знали о терранах, об их оружии и кораблях, и о том, на что они способны. И, несмотря на то, что «Норад-2» по меркам терранов считался мощным кораблем, это было лишь одно-единственное судно, не несущее настоящей угрозы. Лишь назойливое насекомое, которое с легкостью можно раздавить.
Вот только Тассадар не отдавал такого приказа.
— Вершитель? — запросил ответа пилот. — Должен ли я уничтожить корабль?
Джейк наблюдала за своим другом и за кораблем. Тот быстро шел на перехват. Без сомнений, оказавшись на достаточном расстоянии, он атакует.
— Других кораблей нет. Он обречен, — сказал Тассадар. Джейк почувствовала, как ее омыло волной уважения и печали Тассадара. — Эти люди… Они бесстрашны.
— Командир? Они почти в пределах зоны досягаемости.
Следующие слова Тассадара ошеломили каждого.
— Развернуть подпространственное поле и отдать приказ к отступлению.
Джейк пристально посмотрела на своего друга.
— Тассадар, ты должен уничтожить Мар-Сару. Этот корабль ничего не значит для нас.
— Нет, это не так, — ответил Тассадар, — и ты прекрасно знаешь, что вовсе не страх заставляет меня выбрать подобный план действий.
Джейк медленно кивнула, и в тот же момент огромная эскадра кораблей протоссов растворилась перед глазами людей. Она вновь села. Она ждала. И наблюдала…
Джейк открыл глаза и понял, что он дрожит. Разумеется, каждый раз, когда Замара делилась с ним принадлежащими ей воспоминаниями, он испытывал глубокие чувства. И он знал, что ему выпала честь увидеть те исторические моменты, которые повлияли на развитие протоссов больше, чем он мог себе представить. Но это… Это был момент его собственной истории, вовсе не истории чужих. Он был свидетелем совершенно катастрофического события для его поколения — черт, может быть, вообще для всего человечества. Первый контакт с инопланетной расой, — с двумя инопланетными расами, если считать зергов на Чау-Саре — и он должен был принять это во внимание.
Беспристрастность Замары ужаснула его, даже несмотря на то, что он знал, она значительно пересмотрела свое мнение о терранах после того, как заключила себя внутри одного из них на столь долгий срок. Но он меньшего и не ждал от той Замары, с которой впервые встретился. А вот действия Тассадара удивили его. Он знал, чего стоит тамплиеру открыто выступить против приказов Конклава.
— Разумеется, кое-что из этого я знаю, — сказал он Замаре. — Но все это прошло сквозь фильтры пропаганды Доминиона. Увидеть все с другой стороны — поистине потрясающая возможность.
Замара усмехнулась и осторожно приземлилась, управляя его телом.