Марик Лернер - Дорога без возврата

Парня обкладывают со всех сторон. Вроде случайные встречи, совместные мероприятия, демонстрация лучших качеств и разных приятных выпуклостей, случайно касающихся руки. Так продолжается несколько месяцев. Родственники тоже участвуют в этом, создавая возможности для встреч. А потом в один прекрасный момент она ему говорит — бери меня замуж. Парень не идиот и давно понял к чему идет. Если не понял, друзья обязательно с конским ржаньям объяснят, поэтому обычно и проблемы нет — он согласен. Охота закончена, дичь загнана в ловушку и прикончена. Кого такая перспектива не устраивает, имел достаточно времени смыться или поговорить с ней серьезно.

Тут и начинается самое интересное. У нас нет совместного владения имуществом.

— Это как? — изумленно спросил Рафик.

— А вот так. Муж — воин, мастер, охотник. Это не важно. Он может всю жизнь работать или бесконечно угонять у соседей табуны с лошадьми, но ему принадлежат только орудия труда и то, что на нем. Жене принадлежит все остальное. Она ведет дом, заботиться о ребенке, кормит и одевает мужа и его гостей. Конечно, есть разные нюансы, но жизнь может быть очень интересная, если муж, допустим, ляжет и не станет ничего делать. Это не его забота как она станет выкручиваться. С другой стороны, если он захочет уйти все останется жене. С разводом у нас просто. Идут к пауку и если причина действительно серьезная — никаких проблем. А причин достаточно много. Она тоже может развестись по своей инициативе, но это сложнее, хотя и возможно. Тогда он не останется совсем с голым задом, если только его не поймали на другой.

Он покачал головой и почесал в затылке.

— У вас ведь ограничение рождаемости практикуется… А ведь это искусственный отбор. Выходить замуж за успешного, богатого и готового стараться. Бездельники и неудачники не размножаются.

— Ну, жизнь — она разная, и бывает по всякому. Потом кроме голого расчета всегда есть чувства. Но в каком-то смысле, действительно отбор. Почему красавицы выходят замуж за артистов или певцов? Из-за славы. А почему за толстого противного старикашку? У него денег много. Это ведь тоже мерило успеха. У нас тоже самое бывает, только вместо кривляния на сцене требуются совсем другие качества. Угнать чужих коней из охраняемого табуна и чтоб кровь не пролилась — это совсем не просто.

— Ты знаешь, — ухмыльнулся Рафик.

— Я знаю, — кивая, соглашаюсь. — Очень хорошо знаю. Но сейчас я не об этом.

Я не буду выкручиваться… Завтра Даша поедет со мной и я официально ее представлю. Она сделала именно то, что делают наши девушки. Объявила на меня охоту, причем точно знала, чего она добивается. У меня и выбора-то особого не было. Но я ответил да. Можно было бы сказать, что ответил так только потому, что думал — на следующее утро мы все равно умрем. Но на самом деле не только поэтому. А теперь я буду защищать ее от всех, включая своих. Это моя обязанность как мужа.

Я не знаю, как она приживется у нас и сможет ли вообще. Мы Народ в некоторых отношениях очень неприятный по вашим понятиям. Я много с Лехой говорил, кое о чем догадываюсь. Мы живем на равнинах, но по поведению очень схожи с вашими горцами. Очень тесные семейные и клановые связи, и постоянные драки с соседями.

Мы есть то, что мы есть, и постороннему в нашей среде будет не просто. Уйти она сможет всегда.

— Ты попал, — с восхищением сказал Рафик.

— Ты просто не представляешь, как я попал, — грустно пробормотал я. — Еще пару-тройку зим назад за подобную жену со стороны нас бы обоих могли убить на месте. Даже теперь неизвестно, как себя поведут наши дамы. Одно у нас не отнять. Жить с появлением Лехи в наших краях стало намного интереснее, чем раньше.

Рафик в очередной раз почесал затылок и неожиданно заржал.

— А ты жулик, — выдавил он сквозь смех.

— Не понял.

— Ага, ты от своей доли отказался, а делим-то на остальных. Значит и на Дашку тоже. Из одного кармана ушло, в другой пришло. Меньше, но все равно лучше, чем ничего.

— Как весело, когда тебя считают настолько хитроумным, — пробормотал я. — Жаль, что я ничего такого не планировал. Мысль крайне интересная. Коней-то тоже делить на всех. Как бы исхитриться и лучших собственной жене отдать, а потом спокойно ездить?

Рафик затрясся от смеха и продемонстрировал фигу:

— Только по жребию! Знаю я тебя, ты ведь везунчик, куда не пойдешь, обязательно притащишь кучу добра. Так что все равно совершенно случайно именно так и будет. Лучшие тебе достанутся.

Мы сидели на холме и смотрели на зрелище внизу. Сначала возле пустыря в длинной тени, падающей от Иглы, появилась черная дыра. Из нее выскочило пару десятков всадников. Они моментально спрыгнули на землю и заняли круговую оборону. Я насчитал не меньше трех пулеметов. Потом один за другим потянулись перегруженные фургоны, окруженные охраной. К седлу каждого наездника были привязаны две-три запасные лошади. Повозки отъезжали в сторону нашей бывшей стоянки и останавливались там.

Прошло длинное стадо коров и небольшой табун лошадей, вокруг которых мелькали фигурки младших. В заключении появился Леха и закрыл проход. Охрана поднялась и окружила его со всех сторон. Всей компанией они двинулись к фургонам.

— Ты говорил полсотни, — с удивлением сказала Даша, — а я видела не меньше трехсот.

— Понятия не имею, что ему в голову стукнуло. Может это из-за крыс. Ты же видела, там еще и животных пригнали, и имущество какое-то. Они сюда прибыли всерьез и надолго.

Ты хорошо помнишь, что я говорил?

Она кивнула.

— Тогда пошли знакомиться, — я помог ей встать и мы зашагали вниз.

— Сейчас тебя будут бить, — вполголоса сказал Кузнец, глядя на пристань. — Долго и с большим удовольствием.

Рафик скривился. На берегу стояли Борис с Зосей и пристально смотрели на подходящую к берегу баржу. За их спинами торчала Лена и делала непонятные знаки.

Баржа приткнулась к пристани, Рафик спрыгнул на землю и шагнул к Дашиным родителям.

— Письмо, — сказал Кулак, протягивая руку и глядя неприятным взглядом.

Рафик, глядя на жену, полез в карман и протянул сложенный листок бумаги. Лена за спинами Дашиных родителей пожала плечами и развела руками, показывая, что она ничего заранее не говорила и понятия не имеет, откуда Борис знает.

— Вечером зайдешь, — разворачивая письмо, сказал Борис. Через плечо к нему в руки заглядывала Зося. Рафик послушно отошел к Лене, и та потащила его в сторону.

«Я обещала написать, если не вернусь… Ну вот — читайте.

Вы всегда знали о моих способностях, — читал Борис. — Эти мои сны. Хорошо это или плохо для меня, но знать будущее даже так всегда полезно. Еще в детстве я поняла, что оно может измениться. Не обязательно слепо следовать своим же предсказаниям. Тут главное, какой выбор ты делаешь. И выбирая, ты можешь сделать хуже. Благие намерения, как известно, очень часто ведут в ад. И все равно судьба твоя не обязательно такая, какой тебе кажется. Нет одной неизменной дороги.