Во славу Империи - Сергей Васильевич Лысак
– Захватывающе, Иван Петрович… Не ожидал услышать ничего подобного. Про себя могу сказать, что в целом вы не ошиблись. Юрий Давыдов действительно погиб, а я занял его место, проведя регенерацию тела. Перенос разума в другое тело возможен, и эта технология уже хорошо отработана. Но появился я здесь не из праздного любопытства. Меня вынудили так поступить. О причинах этого вам лучше не знать ради вашей же безопасности. Согласен, что мы в одной лодке, и нам лучше сотрудничать, чем воевать. Но хотелось бы понять, почему вы решили открыться? Ведь мы не мешали друг другу. У вас серьезное дело, хорошие связи, положение в обществе. И я даже не подозревал о вашем существовании. Вы могли оставить все, как есть. Почему?
– Как вам сказать, Юрий Александрович… Большое видится на расстоянии… Прожив здесь более века, я уже не надеюсь вернуться на нашу Землю. Да и что меня там ждет? А здесь я состоятельный и уважаемый человек. Однако это ненадолго. Один раз я уже провел процедуру регенерации, создав для аборигенов новую личину – якобы своего сына. Обман удался. Но сколько я еще смогу играть эту роль? Лет пятьдесят максимум? А потом в с е… Я не могу добраться до базы, поскольку она находится в труднодоступном месте в джунглях. Глайдером пользоваться нельзя, поскольку его взлет сразу же будет обнаружен. И тогда очень скоро сюда пожалуют гости. Если посылать пешую экспедицию, то она может даже не найти базу, поскольку там очень сложный и опасный район. Я туда всегда добирался по воздуху и использовал приводной радиомаяк, но сейчас маяк не работает. Определение точных координат астрономическими приборами аборигенов невозможно. Я уже пробовал, точность недостаточная. Требуется задействовать навигационную аппаратуру глайдера, чтобы выйти в заданную точку, а он фактически привязан к земле. Получается замкнутый круг. Отправляться мне через джунгли в одиночку – это самоубийство. А расширять круг посвященных опасно. Ликвидировать всех членов экспедиции после прибытия на базу? Я еще не оскотинился до такой степени. Тем более, это ничего не даст. Как я потом буду выбираться оттуда? Попросить проводников подождать сутки в джунглях, пока будет идти процесс регенерации? Но если меня увидят помолодевшим, это сразу же вызовет массу вопросов. Вплоть до того, что возможно мне придется ликвидировать всех уже в целях самообороны. В итоге я снова остаюсь один в джунглях. Жить отшельником на базе? После всего, что добился здесь? А использовать имеющиеся там глайдеры и коптеры опасно. Их могут обнаружить с орбиты. Иными словами, по космическим меркам совсем рядом находится островок цивилизации, который может решить очень многие проблемы. Но добраться до него с помощью имеющихся средств практически невозможно. Вот я и предлагаю объединить наши усилия. Если мы станем работать вместе, то наши шансы на выживание на этой планете резко повышаются. Я по-прежнему остаюсь временным координатором базы. Искин пустит меня внутрь, а также тех, кого я приведу с собой в качестве гостей. Протокол безопасности предусматривает такую категорию лиц, посещающих базу. Надо лишь добраться до нее. Но если вы можете каким-то образом перемещаться в пространстве, то может, и до базы без проблем доберетесь? И заодно меня туда доставите? А обладая всеми возможностями базы, мы сможем совершить научно-техническую революцию в этом мире.
– Чем сразу же себя раскроем. И нами заинтересуются те, кто пока что просто глазеет с орбиты, но не вмешивается в происходящее. Вам это надо?
– Не надо. Но что же делать в таком случае?
– Есть хорошая поговорка – «Торопись не спеша». Вот так мы и будем делать. Иван Петрович, вы обратили внимание, что я не пытаюсь наладить выпуск танков и авиации, а делаю только то, что ненамного опережает существующий здесь уровень развития техники? Но выбираю именно такие направления, которые обеспечивают максимально возможную эффективность в борьбе с аборигенами?
– Да, обратил. И это одна из причин, по которой я заподозрил, что мы – товарищи по несчастью. Вам нельзя привлекать внимание к своей персоне. Хотя… Вы уже и так – живая легенда.
– Может, и легенда, но ничего необычного я не сделал. Все это уже либо было изобретено, но не доведено до ума, либо будет создано в течение ближайших лет. Кроме этого, я не патентую все изобретения на свое имя. Главный изобретатель согласно документам – мой отец. А я так, рядом постоял. Лишняя известность мне не нужна. Но ваше предложение меня заинтересовало. Давайте попробуем объединить наши усилия…
Поговорили мы с «робинзоном» весьма душевно, придя в итоге к взаимовыгодному решению. Пришлось открыть часть правды о себе, но без имен и конкретики. Не надо «спецу» фармацевтики знать лишнее. Для него я – бывший военный, который слишком много знал. Поэтому был вынужден спасать свою жизнь. Тем более это чистая правда. Предлагать Каминскому-Бутову стать «паладином» я пока не захотел. Посмотрим, как будут развиваться наши отношения в дальнейшем. Титул «паладина» надо еще заслужить. Но для создания нужного настроя и заинтересованности в сотрудничестве пришлось продемонстрировать кое-что из своих возможностей. Благо уже начало темнеть, и никто не заметил АДМ. Вот мы и провели «техобслуживание» тушки господина Бутова, поскольку с момента потери связи с базой он лишился возможности получать нормальную медицинскую помощь. Устроили сеанс «интенсивной терапии», сначала погрузив Ивана Петровича в глубокий и здоровый сон (с его согласия, разумеется) на подвернувшейся неподалеку лавочке, а потом Ганс быстро устранил все найденные «неисправности» в организме потенциального компаньона. Которых, правда, оказалось немного. За здоровьем Иван Петрович следил, но без аппаратуры будущего не все было подвластно даже ему в «просвещенном» XIX веке. Заодно как следует пошарили с Гансом и Ванькой в его памяти, поскольку скрывать свои действия сейчас не было необходимости. Узнали много интересного, о чем господин Бутов умолчал. Но в плане предложенного сотрудничества не соврал и собирался играть честно. Поэтому пусть живет. Хороший компаньон в бизнесе не помешает, поскольку химия и фармакология – вообще не моя тема. А вот если свести Витю Каминского с Яшей Розенблюмом, то может получиться очень даже неплохой дуэт. И можно будет создать собственное химическое производство не только в Одессе, но и в окрестностях Петербурга. Буржуй я, в конце концов, или не буржуй?
После сеанса «интенсивной терапии», когда Ганс привел пациента в сознание, поинтересовался результатом:
– Ну как самочувствие, Иван Петрович?
– Фантастика, Юрий Александрович!!! Недавно палец порезал, даже шрама не осталось!!! Как вам это удалось?!
– Порез на пальце – это только то, что вы можете сами быстро проверить. По