Александр Маркьянов - Период распада часть 4 (СИ)

— Ты с ума сошел? — Принс тоже попытался прикинуться немного захмелевшим — эй, парни, да он с ума сошел!

— У нас есть льготы по налогам! — гордо заявил Тьюми

— У меня они тоже есть. Называются — Каймановы острова[85].

Когда утих хохот — Тьюми перешел в новое наступление

— Тогда помоги нам. Помоги старым сослуживцам.

— Принимаю оплату наличными и обеспеченными чеками, можно в евро — мрачно сказал Принс — еще золотом по курсу если есть. Кое-кто, я слышал, расплачивается именно так[86].

— Хорош, Эрик, он все понял — внезапно заявил тот самый парень с нашивками капитана — мистер Принс, давайте выложим карты на стол. Нам нужна помощь.

Тьюми мгновенно протрезвел — вот актер то.

— Представьтесь для начала.

— Де Сантис. ЦРУ — "капитан" положил на стол карточку, наподобие водительских прав — удостоверение я с собой не взял, но это внутренний пропуск ЦРУ. Устраивает?

— Нет.

ЦРУшник улыбнулся

— Почему?

— Потому что вы собираетесь меня поиметь. Я похож на парня, которого можно поиметь?

— Речь идет о контракте. Крупном. Очень крупном. Возможно — самом крупном из тех, которые у вас были. И речь идет о помощи Америке. Точнее — друзьям Америки.

— Речь идет о дерьме. Все начинается именно с этого — помощь друзьям Америки. Вы уверены, что завтра они не станут нашими врагами?

— Уверены, мистер Принс. Это не те люди, которые станут нашими врагами. Только не они.

— О чем идет речь?

— Перед этим, мистер Принс — на стол лег лист бумаги, формата А4 — мы бы просили вас подписать обязательство о неразглашении. Вы не находитесь на действительной военной службе, только поэтому мы просим Вас сделать это.

Эрик Принс, бывший военнослужащий спецназа ВМС США немного подумал, потом достал ручку, подмахнул текст.

— Благодарю — лист бумаги моментально исчез со стола — мне бы хотелось задать вам пару вопросов. Интересует фирма Blackwater Maritime Solutions. Точнее — ее опыт по борьбе с морским разбоем.

— Это все есть в проспектах и в промо-видео. Достаточно зайти на сайт.

— Заходили. Смотрели. Мы хотели бы узнать кое-что другое. Вы, равно как и другие фирмы, занимающиеся подобным бизнесом, обладаете немалым опытом контроля ограниченного водного пространства и проводки конвоев в условиях определенного уровня противодействия. Нас интересует — возможно ли обеспечить проводку крупнотоннажных судов в условиях более высокого уровня противодействия.

— Какого именно?

— Скоростные катера. Пулеметы, зенитные установки. Возможно — подводные лодки.

— Подводные лодки — у пиратов?

— Как крайний вариант. Мы не думаем, что конкретно вам придется столкнуться с этим. Но могут быть скоростные лодки с зарядами взрывчатки и смертниками на них.

Эрик Принс посмотрел прямо в глаза "капитану", который не постеснялся надеть чужую форму.

— Не лезьте туда.

— Туда — это куда?

— В Иран. Не надо играть в игры. Можно доиграться.

ЦРУшник откинулся на спинку стула

— Туше. Как догадались?

— Это несложно. Я имел дело со сто восемнадцатой эскадрильей[87] до того, как ее расформировали. И в курсе про теорию "москитных сил", какими оперируют в акватории Персидского залива иранские адмиралы. Там есть торпедные экранопланы, так?

— Мы не уверены. Но возможно — это так и есть, они переделали свой разведывательный экраноплан в торпедный, несущий одну торпеду. Вопрос не в том, как от всего этого избавиться — хотя мы не откажемся от Вашего профессионального мнения по данному вопросу. Вопрос в том, что делать потом.

Эрик Принс немного подумал

— Задача сложная — но решаемая. Нужно продумывать систему морской антитеррористической безопасности всего региона. Комплексно, иначе дело не пойдет. И следить — двадцать четыре часа в сутки, если мы, в конце концов, ввязываемся в это дело. Первый уровень защиты — это порты и терминалы с нефтью и, особенно со сжиженным газом. Если среди работников окажется хоть один сторонник Хезбаллы — рвануть может так, что и здесь слышно будет. Нужен будет двадцатичетырехчасовой контроль всего — подступов к объекту, морской поверхности и особенно — того, что творится под водой. В Иране есть подразделения боевых пловцов, в том числе смертников. Нужно будет закупить немало БПЛА, в том числе вооруженных. Контроль периметра — но не с помощью статик-гардов, а с помощью технических средств, контроля с беспилотника — и тревожная группа на самом объекте. Контроль на воде — тут нужны будут роботы, как беспилотные катера на поверхности, так и подводные средства разведки — под водой. Лучше всего это все попросить у Израиля, если наши средства использовать нельзя.

— Скорее всего, это израильские системы использовать нельзя. По понятным причинам.

— Тогда — нужны наши. Второй уровень контроля — это контроль самого водного пространства залива и судоходства в нем. Теми средствами, которые мы применяем против пиратов не обойтись. Нужно будет смертельное оружие — как минимум пулеметы М3 с блоками дистанционного управления и автоматические гранатометы для сброса в воду подрывных зарядов против боевых пловцов. Нужен будет конвой… у иранцев есть очень скоростные и хорошо вооруженные катера. Наша марка-пять против них не годится, у нее слишком мала скорость, нужны такие же катера, как у иранцев и со схожим вооружением. Я бы попытался построить серию катеров, вооруженных скорострельными пушками — это катера перехвата, нужно создать сеть перехвата катеров иранцев, отправляющихся на охоту, опираясь на БПЛА, дежурящие над Заливом и катера-охотники. Нужны и конвойные катера — им такая скорость не нужна, двадцать пять узлов хода будет более чем достаточно — но им нужна будет мощная броня и вооружение. Что-то типа плавающей БМП — броня должна защищать как минимум от русского 14,5, в качестве вооружения желательно поставить Голкипер[88], он лишним не будет. Кроме того — они же должны будут перехватывать противокорабельные ракеты. У Ирана они есть?

— Более чем достаточно — подтвердил ЦРУшник

— В таком случае — есть кое-что еще. Врага проще всего уничтожать в его гнезде. Потребуются рейды на территорию краснокожих. Уничтожение тех же пусковых противокорабельных ракет, мест стоянки катеров и самих катеров. Это должны быть либо вооруженные беспилотные летательные аппараты, либо рейды спецназа. Первые проще, они используются нами в Пакистане — но тут, как я понимаю, будет нечто другое. Это будет война одной державы против другой державы, верно? И беспилотники собьют.