Жандарм - Andreas Eisemann

— У нас… там будет такая шутка: «Прошла зима, настало лето — спасибо Партии за это». Причём, как я уже говорил, функции должны разделяться. Вы, Николай Александрович, отвечаете за политику и глобальные процессы, вы, Александра Фёдоровна, — за общественные дела: например, тот же проект по снижению детской смертности, — я кивнул на папку, — или женское образование. На этом можно выстроить мощную пиар-кампанию.

Пришлось расшифровывать термины, но люди передо мной были английской культуры и понимали всё сразу.

— Могу сразу предложить один интересный проект — из тех, что хорошо подаются в прессе и тянут за собой целую кампанию. Вам сейчас необходимо делать шаги для завоевания народной симпатии.

— О чём именно речь? — спросил Николай.

Я улыбнулся.

— Об общественных туалетах. Это сейчас большая проблема. Люди не могут спокойно гулять — по нужде некуда. Мужчинам попроще, а дамам — совсем не так.

— Интересно. И как вы это видите?

— Через общественный запрос. Схема такая: в крупную газету поступают многочисленные письма, где дамы пишут об этой проблеме. Их публикуют. Начинается общественная дискуссия — как обычно, люди принимаются критиковать власти за бездействие. Ситуация постепенно накаляется, доводится до пика. И в этот момент появляетесь вы и решаете проблему — например, вводите в эксплуатацию сеть общественных туалетов по всему городу. Приглашаются фотографы, пресса. Во всех газетах — освещение: именно вы откликнулись на народные чаяния и решили многолетнюю проблему. В дальнейшем, когда вы открываете что-то ещё, всякий раз упоминается то самое решение женской проблемы. Кстати, это хороший способ завоевать женскую аудиторию. А это очень важно — зачастую именно женщины и крутят нами, мужиками.

Тут уже все улыбнулись.

— Да, Андрей Алексеевич, это очень интересно. Мы подумаем. Что скажешь, Аликс?

— Думаю, всё это верно. И разумеется мы начнём действовать. Кстати, скоро коронация. Никки говорил, что вы уже обсуждали эту тему.

— Да, работа идёт. Очень надеюсь, что на этот раз всё пройдёт хорошо. Что в итоге решили?

— Раздача подарков будет в трёх разных местах — нужно разделить людские потоки, как мне сказал фон Валь.

— Всё верно.

— Ещё, Андрей Алексеевич, я бы просил вас помочь полиции в организации негласного контроля над толпой. Вы мне говорили, что там будут работать провокаторы.

Я снова склонил голову.

— Да, непременно, мои люди будут готовы. Кстати, вы знаете, что у нас есть хороший и весьма популярный ресторан. Не хотите ли попробовать некоторые наши новинки? Нет-нет, я разумеется не зазываю вас в сомнительные заведения. Можем заказать доставку.

— А почему бы и нет! Я ужасно проголодалась.

— Да и я, признаться, тоже.

— Разрешите сделать звонок?

— Разумеется, — улыбнулся Николай.

Я подошёл к настенному аппарату — такому деревянному ящику. В это время ни наборного диска, ни кнопок ещё не было. Нужно было крутить специальную ручку, чтобы соединиться с телефонисткой, а микрофон и слушалка были раздельными. Покрутил ручку — загорелась сигнальная лампа: коннект с диспетчерской.

— Городская станция, чем могу служить? — ответил мужской голос, хотя я подсознательно ожидал женский.

— Соедините меня с рестораном «Континенталь».

По правде сказать, у нас уже была сеть ресторанов и кафе. Братья Фроловы развернулись с моей помощью по полной. Помимо базового ресторана в Лавре — который стал больше внутренним заведением для своих — открылся ресторан в городе, для состоятельной публики, недалеко от Большой Морской улицы. Туда я и звонил. Разумеется, Фролов был в курсе — подозреваю, полдня просидел на стуле рядом с аппаратом. Для него пока это было чудо техники. Мы заранее всё обговорили: меню и главное — адрес доставки. А доставка в это время уже была развита — доставляли и еду, и пиво, и покупки.

— Слушаю! — закричал взволнованный Фролов-старший — как будто хотел докричаться до дворца. По звукам было слышно, что он вскочил, дёрнул за шнур, едва не перевернул аппарат, чертыхнулся.

— Граф. Меню номер один.

— Принял!

Я положил трубку и помотал головой. Ох, Фролов. Поговорим ещё. Разнервничался старик. Не каждый день такие заказы приходят. Так и вижу, как там сейчас всё завертелось на кухне подобно смерчу.

— А почему граф? — спросила Александра.

Николай чуть поморщился от вопроса — он знал про мой бэкграунд и понимал, что жене не обязательно знать подлинную историю Графа из Лавры. Я успел взглянуть на него, что не укрылось от императрицы.

— Там, — я кивнул наверх, — у меня в предках была графиня. А в том обществе, где я начинал карьеру здесь, в ходу прозвища. Вот так и пошло.

— А вот это очень интересно! Хочу услышать эту историю целиком, — сказала Аликс. Видно было, что ей действительно любопытно — все девушки любят такие истории.

— Непременно расскажу! А пока везут обед, я бы хотел обсудить с вами одну очень важную тему.

— Слушаем вас внимательно, — сказал Николай и скрестил руки на колене.

— Речь пойдёт о финансах.

После сытного обеда — а принесли нам борщ на мозговой косточке в хлебе со сметаной — мои царственные друзья сначала были в некотором шоке. Но распробовали и слупили всё. Непривычно было отламывать кусочки пропитавшегося бульоном ароматного хлеба. Но потом... Мы все трое откинулись на креслах, блаженно прикрыв глаза. И уже за чаем продолжили разговор.

— Балуете нас своими диковинками!

— Ну вкусно