СССР: бригада - Степан Александрович Мазур
А большевики смогли.
В попытке взять реванш, англосаксы обеспечивали оружием и финансами всех белых генералов, начиная от Деникина и Юденича, и заканчивая Корниловым и Шкуро, что грабили страну и вывозили золотой запас туда, где по их мнению лучше сохранится. Например, в Японии, Лондоне, Париже. А люди и без золота проживут. Куда им золотой запас? Вот мародёрство, грабёж, разбой — это дело по ним. А как устанут, так своё правительство поставят. Но хоть сколько-нибудь устойчивую территорию так и не создал ни один из белогвардейских предводителей. Сотни потенциальных «белых правителей» новых формирований так и не смогли предложить основообразующих Идей для всей бывшей территории Империи. Ничего нового, вокруг чего могли бы сплотиться массы — не было. Всё — труха и перетасовка колоды прошлого. Играя в неё, вся «белая масса» лишь решительно тянула страну назад, к истокам, не понимая или не желая понимать, что пути назад уже нет. Как нет смысла и в отрёкшемся от престоле императоре.
Николай Второй сдал свою страну под роспись, рассчитывая на родственников в лице младшего брата — Михаила Александровича. Но тот прекрасно понимал, что слишком много предстояло сделать и поменять, и просто умыл руки. Романовы опустили знамя Империи незадолго до победы в Первой мировой войне. И вместо Константинополя и проливов Босфора и Дарданеллы, страна получила грязь смуты, где болтыхались члены Временного правительства, что тоже не видели реальности дальше кабинета.
«Спасти страну от распада, это дело», — повторяли они друг другу на заседаниях: «Но как? Неужели что-то ДЕЙСТВИТЕЛЬНО придется делать»?
Почти полгода временно правительство предпочитало стагнацию, почти не предпринимая конкретных действий. Ситуация продлилась вплоть до октября 1917 года, когда пришли те, кто знал, что ДЕЛАТЬ НАДО. И мам, где царил чёрный хаос анархии, заалели флаги. Там, где зелёные махновцы, белые имперцы и прочие движения свободных от уз совести и чести временных собраний топили землю в крови, и все воевали против всех, большевики смогли подать саму Идею, которая устроила то население, что раньше и не подозревало, что может подняться наверх, минуя социальные лифты.
Идея была проста: власть тем, кто не боится запачкать руки в работе. И возликовали люди физического труда. Лозунги были просты и известны: землю крестьянам, фабрики и заводы рабочим! Бери всё в свои руки, человек с трудовым потом, мозолями на руках и грязью на лбу. Решай вопросы на местах, сам. Кому, как не тебе виднее, что нужно твоей области, краю, веси и дому, где ты живёшь? Неужели государю-императору виднее, или тем, кто рядом с тобой?
Рабочие и крестьяне, как основная масса на бывшей территории империи, от подобной идеи пришла в восторг. В едином порыве она с ноги вынесла дверь на социальную лестницу и решительно передала власть в руки большевикам. Сами большевики для всеобщего порядка тут же организовали рабоче-крестьянскую армию для выдворения интервентов. Ведь порядка на земле не будет, пока на ней орудует идейный и фактический враг народа.
Большевики не стремились собрать воедино прошлую империю, но собранные земли в основном совпали с территорией бывшей Империи, как само собой разумеющееся. Ведь там жили те же люди — люди труда, которые на дворцы господ любовались лишь издалека, теперь же каждый дворец вдруг стал общественным достоянием. Смотри, развивайся, мотай на ус.
Новое государство строилось уже по совершенно иным принципам. Кануло в лету само разделение на сословия. Никакого больше духовенства, дворянства. Все вокруг — трудящиеся, что сами поднимут себя в интеллектуальном, культурном и нравственном плане и другим помогут подняться. Потому образование — массово и бесплатно. Медицина — для всех и каждого. Равные условия труда и службы на благо Родине. Не за «веру, царя и отечество», отныне, но за «добровольность, равноправие и сотрудничество». Идеи, на основе пролетарского интернационализма. Понятия, о которых ранее и не подозревал мир.
Каждый может стать коммунистом, уверяли большевики. Идея, что объединит разрозненный мир, витала в воздухе. Дыши им полным грудью, да воплощай по мере сил и возможностей.
Однако, когда создаётся что-то хорошее, всегда появится тот, кто спать не ляжет, пока у соседей появляется что-то новое. А значит, надо приводить его в чувство, чтобы снова «жили как все». Потому и — интервенция. Потому — принуждение. Потому — ломка, диверсии, саботаж.
Рабочие и крестьяне всё же не лучшие бойцы. Люди с серпом, вилами и молотом в руках утёрлись и сделали выводы. Не строя иллюзий и прекрасно понимая, что новый мир нужно ещё защитить, большевики привлекли для обучения вчерашних пахарей и слесарей ни много, ни мало — офицеров старой гвардии. Тысячи из них идут на сотрудничество ради построения нового государства. Тот же генерал Брусилов, что служил царю, а затем Временному правительству, как правопреемнице Отчизны, пошёл за идеями Ленина, так как не видел никакой другой силы, способной удержать страну от полного распада. А страна в начале 1920-ых годов — территория полной неопределённости. По-старому жить уже нельзя, а лучше жить никто не будет, пока сами не возьмут всё в свои руки.
— Мы новый мир построим! — сказали вожди.
— Есть! — ответил народ.
И за основополагающей идеей коммунизма остановился общий распад. Первый и единственный союз социалистического лагеря устоял, изгнав сначала интервентов, а затем окрепнув за неимоверно малый срок истории. Двадцать лет на всё про всё. Четыре трудовые «пятилетки», где с энтузиазмом форсируя сроки, «давали пятилетки за четыре года». Вот он рывок, который начал менять саму карту мира.
Всего два десятилетия понадобилось большевикам, чтобы из разрухи создать новые заводы, восстановить былые фабрики, поставить новые и поднять промышленность на новый уровень, чтобы выдать блага для всех трудящихся в действительно массовом порядке внутри своей страны, а не только завозом для привилегированных сословий из «цивилизованных стран».
А спустя двадцать лет развития, когда набросятся стервятниками на молодое государство враги со свастиками, СССР уже хватит сил дать отпор. Изгонят немецко-фашистских захватчиков красноармейцы