Дворкин А.Л. - Очерки по истории Вселенской Православной Церкви
К моменту его смерти Империя простиралась от Армении до Адриатики и от Дуная до Евфрата. Одно великое славянское царство (Болгария) было полностью аннексировано Византией, а другое, еще более великое (Русь), было под ее духовным влиянием.
Византийский историк XIII в. Михаил Хониат назвал Ираклия и Василия II величайшими императорами Византии. Эти два великих имени могут символизировать начало и конец героической эпохи византийской истории.
8. После Василия II империя была сильнее чем когда-либо. Казна ее ломилась от избытка, население процветало. Но Василий II не оставил, к сожалению, наследников. После него остались только две его племянницы, Зоя и Феодора. Обе были старыми девами. Но покуда они были живы, народ сохранял верность популярной Македонской династии.
После смерти Василия II Зоя выходила замуж три раза. В первый раз – за Романа Аргира, который оказался очень слабым императором. После свержения Романа она вышла замуж за молодого красавца Михаила IV, который, наверное, был бы способным правителем, если бы не страдал эпилепсией. После его смерти Зоя усыновила и короновала его племянника Михаила V, но тот вскоре попытался ее свергнуть. Однако попытка не удалась: народ возмутился и сверг его самого. Править стали совместно Зоя и Феодора. Чтобы ослабить влияние Феодоры, Зоя вышла замуж в третий раз. Ее новым избранником стал слабохарактерный и уже довольно пожилой Константин IX Мономах (1042-1054). Вскоре после его воцарения патриархом стал Михаил Керуларий.
Византийская культура была в расцвете. Художество и ремесла процветали. Архитектура далеко превосходила любые западные образцы. Литература переживала период активного творческого роста. Самым известным литератором, философом, богословом и историком того времени был Михаил Пселл (1018-1096?), по словам о. Александра Шмемана, "один из "зачинателей" византийского периода философии в конце одиннадцатого века. Его облик чрезвычайно характерен для нового "гуманистического" духа, появляющегося в Византии. О природе Бога он учит по Орфею, Зороастру, Аммону, Пармениду, Эмпедоклу, Платону – разрыв с богословием проведен как будто до конца. Но это не мешает ему писать богословские трактаты в самом благонадежном и классическом духе". Изысканная и утонченная атмосфера при дворе напоминала XVIII в. во Франции. Империя, мощная и могущественная, как никогда, могла позволить себе расслабиться.
Византийская государственность покоилась на трех китах, трех незыблемых основах: это римская политическая традиция, греческий язык и православная вера. Каждый из этих трех компонентов являлся неотъемлемой частью византийской цивилизации. Ее уровень был чрезвычайно высок – Византия по праву могла называться самым цивилизованным государством мира.
Можно сказать и иначе: в XI в. Империя была единственным цивилизованным государством в мире. Западный варвар по уровню культуры и образованности даже близко не мог приблизиться к имперским жителям. Западные искусство и архитектура того времени выглядят грубой поделкой по сравнению с утонченными византийскими формами. Литература, наука, философия, дипломатия, медицина, бытовые удобства – во всем этом Византия далеко опережала любое варварское государство.
На христианском Востоке никогда не существовало клерикальной монополии на образование, и грамотность была весьма широко распространена, в том числе и среди женщин.
Константинополь – великий город с его храмами, монастырями, дворцами, площадями, фонтанами, театрами, стадионами, рынками, портами – воистину выглядел столицей вселенной. В нем проживало более миллиона человек. Ни один из крупных западных городов даже отдаленно не мог приблизиться к такому величию. Например, население Парижа в то время не превышало 30 тыс. человек.
Интеллектуальная жизнь в столице кипела ключом. Уже к концу правления Василия II Болгаробойцы начали появляться семена будущего конфликта между двумя "партиями". Условно их можно обозначить как "гуманистов" и "монахов". Гуманистами обычно называют партию интеллектуалов, прежде всего увлекавшихся древнегреческим наследием и романтически мечтавших о возрождении эллинизма.
Первыми "гуманистами", наверное, можно назвать уже упомянутого выше Михаила Пселла (1018-1096?) и его ученика Иоанна Итала. Однако если Пселл был очень осторожен и в своих увлечениях никогда не переходил границу дозволенного, то его ученик пошел намного дальше. В 1088 г. Итал был осужден собором в Константинополе за платонизм (в том числе и за веру в переселение душ, творение мира из предвечной материи, предсуществование душ и т.п.). Итал покаялся, отказался от всех осужденных собором идей и умер в общении с Церковью.
Это соборное решение весьма показательно: Византийская Церковь сознательно отвергла возможность нового синтеза между греческой философией и христианской верой. Но на Западе, где вскоре через арабские переводы богословы откроют для себя Аристотеля, этот синтез между философией и богословием в XII в. будет создан. Сегодня мы знаем его под названием схоластицизма.
В Византии к этому времени возобладала "монашеская" партия. Монахи составляли весьма большой сектор общества – до 10% от общего числа населения, – традиционно консервативный и антиэллинистический. Можно сказать, что восточное монашество делается аскетичным не только физически, но и интеллектуально.
Но было бы ошибкой считать всех монахов просто мракобесами и обскурантами. В их "интеллектуальном аскетизме" было много настоящей интеллектуальной и религиозно творческой жизни. Достаточно вспомнить хотя бы старшего современника Михаила Пселла – преп. Симеона Нового Богослова (949-1022), жизнь которого описал его ученик св. Никита Стифат. Св. Симеон был автором замечательной духовной, богословской поэзии – гимнов. Он писал и богословские трактаты и вел активную переписку. Очень большая часть его наследия дошла до нас.
Св. Симеон – поэт и певец личного опыта общения с Богом, автор удивительных возвышенных стихов – жил во время правления одного из самых суровых императоров – Василия II. Всю жизнь св. Симеон был монахом, игуменом одного из константинопольских монастырей. Он пережил ряд конфликтов с церковными властями, но в конце концов они все были разрешены. Преп. Симеон скончался мирно в Константинополе на исходе царствования Василия II.
Св. Симеон на основании собственного духовного опыта пишет о жизненной необходимости личного контакта с Богом, того "причащения Божественного света", которое и составляет главный смысл и цель христианской веры. Продолжая традицию преп. Макария Великого, он говорит не об интеллектуальном богопознании, а о непосредственном опыте. Однако важно подчеркнуть, что богословие св. Симеона при всем его "харизматизме" было глубоко укоренено в таинствах Церкви и насквозь евхаристично. Его гимны и молитвы перед причастием относятся к числу самых духовно реалистичных и затрагивающих душу из всего византийского наследия.