Александр Белый - Рождение державы
– Лейтенант Ангелов!
– Слушаю, сир!
– Гуляй-город развернуть на юге от деревни в пределах дистанции минометного огня. Минометы подготовить к бою. Пулеметные тачанки в передвижную крепость не замыкай, выставь их на флангах с возможностью мобильного перемещения. Выполнять!
– Есть, сир!
– Сотник Орлик! – позвал молодого казака из моих родных Кашир, которого назначил походным сотником. Его отец тоже погиб там, вместе с моими родными.
– Слушаю, пан атаман!
– Отправь десяток дозора на двадцать верст вперед по пути нашего следования. Дальше. Выдели шесть десятков казаков, пусть группами по полдесятка разбегутся от замка на полторы версты в разные стороны. Их задача – не выпустить из окружения ни одного беглеца. С оставшейся полусотней отойди за деревню в абрикосовый сад, будешь в резерве. Внимательно наблюдай за мной в подзорную трубу. Когда и куда ударить, я укажу шпагой. Ясно?
– Нэ ясно, пан атаман! Там же, – он показал пальцем в сторону замка, – спряталась панцирная хоругвь. Даже отсюда на стенах крылатых рыцарей видно! А если они сейчас рванут в атаку? Нам никак не можно от вас отходить, надо спрятаться в гуляй-городе и биться всем вместе.
– Тебе, Петро, еще предстоит научиться дисциплине. Рассуждать будешь, лежа головой на мягких коленках своей Гали, а мои приказы исполняй безоговорочно. Повтори свою задачу!
– Ну так! Отправить десяток в дальний дозор в сторону Бугской переправы, шестью десятками окружить поместье на полторы версты от замка, выловить или убить всех беглецов. Ну и мне с полусотней отойти в абрикосовый сад и ударить тогда, когда вы скажете. Куда бить, вы укажете шпагой. Так?
– Так точно, – кивнул ему и уже хотел отпустить, но вспомнил о необходимости более оперативной связи. – Да, еще одно. Выдели мне в качестве вестовых двух сообразительных казаков.
– О! Пашку и Славку дам!
– Это случайно не твои малые браты?
– Да какие ж они малые? Славке двенадцатый год пошел, саблей уже пять лет как машет и из пистоля на десять шагов горшок разбивает. А Пашка и того лучше, ему на Рождество уже четырнадцать будет. Оба по-татарски и по-польски разумеют…
– Добро, исполняй. А вы, – ткнул рукой по направлению к сбившемуся сотенному табуну казачек, расчехляющих луки и проверяющих пистоли, там же крутились Любка и Танька, – марш в гуляй-город, под руку лейтенанта Ангелова, и за щиты возов – ни ногой! За крестьянами лучше присматривайте, чтобы их никто не обидел, не дай бог.
Недаром мы потеряли время в пути, затратив его на тренировки. Вертушка гуляй-города уже сжималась, возницы заворачивали лошадей внутрь и немедленно распрягали, специально назначенные крестьяне стягивали цепями борта возов и между колесами выставляли щиты. Цепей, правда, оказалось маловато, и щитов взяли немного, всего три десятка, но для фронтальной части передвижной крепости было вполне достаточно. За каких-то двадцать минут две сотни возов, наполовину перекрывая друг друга, сбились в труднодоступное сооружение.
Защитники замка показывали на нас пальцами и смеялись безудержно, даже здесь было слышно. Одна из причин их веселья была совершенно понятной даже неразумному дитяти: наша диспозиция бестолкова со всех точек зрения. Передвижную крепость организовали, а защитников в ней нет. Легкая конница куда-то разбежалась, а главная сила подставлялась под безусловно сокрушительный удар.
Оглянулся на своих воинов, сегодня у нас намечался первый совместный бой. Сегодня мы должны будем впервые показать все вновь приобретенные воинские умения, главным из которых было убить врага, но самому остаться в числе живых.
Мы выстроились верхом, двумя редкими шеренгами, позволяющими легко перестраиваться. Большинство парней выглядели спокойно, некоторые слегка напряженно, зато в глазах абсолютно всех бойцов светилась вера. Нерушимая вера в командира, в себя и собственное оружие.
– Капитан Полищук, сержант Павлов! Сопровождаете меня к воротам, – вытащил из земли пику, развернул полотнище с родовым гербом и дал посыл Чайке. Их кобылы тут же пристроились от меня слева и справа. Метров за тридцать до рва я натянул поводья, а шумевшая на стенах толпа сразу затихла.
– С вами говорит князь Каширский, – прокричал громко, – мне нужен хозяин замка!
– Хозяин велел его не беспокоить! – отозвался кто-то со стены, а толпа начала смеяться.
– Эй! Хлопчик! – выкрикнул какой-то седоусый жолнер, видно, штатный заводила. – Передвижную крепость ты сбил быстро. Только что ж ты там одних хлопов да баб оставил?! А защитники их где?!
Дождавшись окончания очередного приступа смеха, сказал негромко, но внятно:
– Панове! За воротами этого замка укрылся убийца моего отца, деда и десятерых казаков. Его имя – Андрей Собакевич.
– Ты брехун! Никого я не убивал! Твоя родня – это моя родня!
– За брехуна тоже ответишь! Вызываю тебя на суд Божий!
– На хрена ты мне сдался, не буду со всякими сопляками драться. Иди отсюда!
– Эй! Схизматик! Иди в дупу! – выкрикнул молодой шляхтич в шляпе, отделанной перьями не хуже, чем у индейского вождя.
– Скажи своим бабам, пусть задирают подолы, мы сейчас придем, – кричал еще кто-то.
Было слышно, как Антон с Петром скрипели зубами, но молчали. Каждая из сторон разыгрывала свою партию, и нас вынуждали сделать последний ход. Действительно, дальше такое терпеть было нельзя.
– Делаете по одному выстрелу, перезаряжаться здесь не надо, нельзя терять ни одной гильзы. Когти рвем сразу же, – сказал тихо и стал заворачивать Чайку. – Антон, достань павлина, который в перьях, а ты, Петро, любого по своему вкусу. Только Собакевича оставьте мне. Огонь!
Ребята тоже разворачивались левым плечом вперед. Вдруг выхватили из чехлов винтовки, секунду прицеливались и выстрелили почти одновременно. Прежде чем дать Чайке шенкелей, успел заметить, как шляпа павлина взлетела высоко вверх, а его самого смело в глубь крепости. Еще один богато разодетый кривляка, который танцевал на стене между зубцами и требовал наших баб, низко склонился и полетел вниз головой в ров.
Три ответных выстрела раздались с опозданием, потом мимо вжикнула стрела, но достать нас было уже невозможно. Когда мы вернулись в строй, было видно, что стена больше чем наполовину опустела. Они добились того, чего хотели, и сейчас готовились нас убивать, пленять, грабить и насиловать. В общем, веселиться.
– Вестовой!
– Слушаю, пан атаман! – хором зазвучало два голоса и из-за строя верхом на ухоженных татарочках рысью выскочили два казачка. Оба были одеты в такие же красные шаровары, зеленый жупан и высокую баранью шапку, как и старший брат. Их лица выражали нетерпение, а глаза горели азартом. – Мне пока один нужен. Но коль пред мои очи явились оба, слушайте приказ: в боевом порядке вам надлежит держаться в тылу строя, увижу на острие атаки – прикажу дать батогов. Мне нужны живые вестовые. Ясно?