Советский атомный проект. 1930-1950-е годы - Геннадий Александрович Куренков

В 1942 году советское руководство, осознавая важность этого вопроса, приступает к организационным мероприятиям. 28 сентября 1942 года вышло распоряжение Государственного Комитета Обороны № 2352сс «Об организации работ по урану». Оно обязывало Академию наук СССР возобновить, под руководством академика А. Ф. Иоффе, проводившиеся до войны работы по исследованию атомной энергии путем расщепления ядра урана и к 1 апреля 1943 года представить в ГКО доклад о возможности создания урановой бомбы или уранового топлива. Для этой цели ГКО обязал Президиум Академии наук организовать при Академии наук СССР специальную лабораторию атомного ядра и к 1 января 1943 года в Институте радиологии разработать и изготовить установку для термодиффузионного выделения урана-235, в Институте радиологии и Физико-техническом институте изготовить уран-235 в количествах, необходимых для исследований, и произвести исследования к 1 апреля 1943 года, а также создание лабораторных установок для разделения изотопов урана и проведения комплекса экспериментальных работ. К 20 октября 1942 года предписывалось сдать технический проект казанскому заводу «Серп и молот» Наркомата тяжелого машиностроения и к 1 января 1943 года изготовить лабораторную установку центрифуги. Наркомату финансов предписали передать 1 грамм радия и 30 граммов платины для проведения работ. Другим наркоматам ГКО обязал отгрузить материалы по запросу Академии наук, а также доставить из Ленинграда 20 килограммов урана и аппаратуру. Наркомат внешней торговли обязали закупить для лаборатории аппаратуру и материалов на 30 тыс. рублей. Распоряжение также обязывало СНК Татарской АССР предоставить Академии наук СССР в Казани помещение площадью 500 м² для размещения лаборатории атомного ядра и жилую площадь для 10 научных сотрудников[30]. Не позднее 6 октября 1942 года начальник 1-го управления НКВД СССР П. М. Фитин подготавливает справку по материалу «Использование урана как источника энергии и как взрывчатого вещества». В справке он отмечает, что, по агентурным данным, с 1939 года во Франции, Англии, США и Германии развернулась интенсивная научно-исследовательская работа по разработке методов применения урана для взрывчатых веществ и что эти работы ведутся в условиях большой секретности. Особо он остановился на деятельности Уранового комитета в Англии, запасах урана в Канаде, Бельгийском Конго, в Судетах, Португалии. Также П. М. Фитин отметил исследования французских и английских ученых, особенно по выделению изотопа урана при помощи диффузирующего аппарата, в определении критической массы, сотрудничества английского правительства с английскими и американскими фирмами, планов строительства завода, производства атомных бомб и стоимости проекта, кооперации фирм и ученых[31]. 6 октября 1942 года нарком НКВД Л. П. Берия направляет, по всей видимости, подготовленное еще в марте 1942 года, вместе со справкой начальника 1-го управления НКВД СССР П. М. Фитина, письмо № 1720/б председателю ГКО СССР И. В. Сталину о работах по использованию атомной энергии в военных целях за рубежом и необходимости организации этой работы в СССР. Он отмечал, что с 1939 года во Франции, Англии, США и Германии развернулась интенсивная научно-исследовательская работа по разработке методов применения урана для взрывных веществ и что эти работы ведутся в условиях большой секретности. В Англии при Военном кабинете создан Комитет по изучению проблем урана во главе с физиком Г. П. Томсоном. Л. П. Берия считал целесообразным проработать вопрос о создании при ГКО СССР научно-совещательного органа из советских ученых, занимающихся вопросами атомной энергии урана, и обеспечить секретное ознакомление с материалами НКВД по урану видных специалистов с целью оценки и соответствующего использования этих материалов. И. В. Сталин разрешил ознакомить видных советских ученых с информацией по атомной проблеме, полученной агентурным путем, для ее оценки. Он предложил, чтобы независимо друг от друга несколько ученых дали заключение по этому вопросу. По проблеме создания в ближайшем будущем атомной бомбы высказались, с одной стороны, академик А. Ф. Иоффе (привлекли к исследованиям по атомной энергии по совету академика В. И. Вернадского) и его молодой ученик профессор И. В. Курчатов, которых ознакомили с материалами разведки, с другой – академик П. Л. Капица (его проинформировали устно о работах по атомной бомбе в США, Англии и Германии)[32]. 27 ноября 1942 года И. В. Курчатов направил В. М. Молотову докладную записку, в которой дал оценку научной информации, полученной разведкой из Англии и США, а также обозначил научные вопросы, подлежащие уточнению через разведывательные органы. В заключение он отмечал, что работы по атомной проблеме в Англии и США продвинулись дальше, чем у нас, но имеющийся материал недостаточен для ответа о возможности создания атомной бомбы, хотя за границей в этом не сомневаются. И. В. Курчатов писал: «Ввиду того, что возможность введения в войну такого страшного оружия, как урановая бомба, не исключена, представляется необходимым широко развернуть в СССР работы по проблеме урана и привлечь к ее решению наиболее квалифицированные научные и научно-технические силы Советского Союза». И. В. Курчатов предложил привлечь к работе ряд авторитетных ученых, занимающихся урановыми атомными вопросами. Помимо тех ученых, которые уже занимались ураном, он предложил привлечь к работе профессора А. И. Алиханова и его группу, профессоров Ю. Б. Харитона, Я. Б. Зельдовича, И. К. Кикоина, А. П. Александрова и его группу, а также профессора А. И. Шальникова. Для руководства этой сложной и громадной задачей И. В. Курчатов предложил учредить при ГКО СССР под председательством В. М. Молотова специальный комитет с представителями от науки, в котором могли бы быть академики А. Ф. Иоффе, П. Л. Капица и Н. Н. Семенов[33].

Следующим организационным шагом советского руководства было принятие 27 ноября 1942 года Государственным Комитетом Обороны постановления № 2542сс «О добыче урана». Это основополагающий документ об организации в СССР работ по геологоразведке, добыче и переработке урановых руд. В Комитете по делам геологии при СНК СССР создается специальный отдел радиоактивных элементов, а во Всесоюзном институте минерального сырья – специальный сектор № 6. Данным постановлением ГКО СССР обязал Наркомцветмет организовать к маю 1943 года добычу и переработку урановых руд и получение урановых солей в количестве четырех тонн в год на Табошарском заводе «В» Главредмета; представить заявку на рабочую силу, материалы, оборудование; составить комплексный проект уранового предприятия производительностью 10 тонн урана в солях в год; закончить в 1943 году разведывательные, изыскательские и исследовательские работы по урановым месторождениям Майли-Су и Уйгур-Сай и запроектировать их промышленное использование. Наркомцветмету временно разрешили извлекать на заводе «В» только уран, обеспечив складирование радийсодержащих отходов. Завод «В» был приравнен к строительствам особого значения, и на него распространили действие постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 30 января 1941 года «Об увеличении производства молибденового концентрата на предприятиях Наркомцветмета». На Радиевый институт Академии наук СССР возложили, с привлечением двух других институтов (Научного института