ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

14. Лейтенант Оловаренко Валерий Леонидович – командир танкового взвода 149 гв. мсп 201 мсд. Указ Президента РФ от 03.07.1993 г. (посмертно).

15. Генерал-майор Осканов Суламбек Сусаркулович – бывший начальник 4 центра переучивания летного состава. Указ Президента РФ от 11.04 1992 г. (посмертно).

16. Подполковник Оськин Виктор Семенович – бывший старший инструктор-летчик отдела анализа и предупреждения летных происшествий 43 центра боевой подготовки и переучивания летного состава. Указ Президента РФ от 08.12.1992 г. (посмертно).

17. Рядовой Панов Владислав Викторович – разведчик-сапер 119 гв. пдп. Указ Президента РФ от 08.08.1993 г.

18. Капитан 1 ранга Попов Геннадий Леонидович – бывший специалист отдела специалистов учебного центра ВМФ. Указ Президента РФ от 18.08.1993 г.

19. Капитан Смирнов Сергей Олегович – командир роты 119 гв. пдп. Указ Президента РФ от 07.10.1993 г. (посмертно).

20. Капитан 1 ранга Терехов Владимир Юрьевич – начальник отдела, старший специалист отдела специалистов учебного центра ВМФ. Указ Президента РФ от 18.08.1993 г.

В этом списке все Герои России на 1 ноября 1993 года. Из списка видно, что большинство из них действительно погибли при выполнении особо важных заданий, другие защищали границы нашей Родины, а третьи участвовали в расстреле граждан своей страны в Белом доме. Таких в списке числится 8 человек.

16.00. Указы Президента о расследовании мятежа, о ликвидации Советов, об освобождении от должностей ряда глав автономий».

– Про бывшего члена Политбюро Александра Яковлева, – продолжил рассказ Виктор, – тоже можно сказать немало. Когда председатель КГБ Крючков спохватился и написал Горбачеву докладную записку об агентуре влияния и, в частности, о работе на американские спецслужбы Яковлева, было уже поздно.

Крючков сообщил Горбачеву, что, по оценкам западных спецслужб, Яковлев занимает выгодные для Запада позиции, надежно противостоит «консервативным» силам в Советском Союзе и что на него можно твердо рассчитывать в любой ситуации. Но… Яковлев может и должен проявлять больше настойчивости и активности. Поэтому одному американскому представителю было поручено провести с Яковлевым соответствующую беседу и объяснить ему, что от него ждут большего.

Записка была содержательной, но Горбачев зашел слишком далеко, поэтому доводы Крючкова его не убедили, а, наоборот, разозлили.

Ретроспектива

В книгах, написанных незадолго перед смертью, Яковлев признает, что накануне ГКЧП он «…не один раз разговаривал с Ельциным, отвечал на тревожные звонки британского премьера Дж. Мейджера, госсекретаря США Дж. Бейкера, министра иностранных дел ФРГ Геншера, покойного председателя Социнтерна Вилли Брандта».

В 1991 году Верховный Совет России принял Закон об именных приватизационных счетах и вкладах. «Гениальный изобретатель» Чубайс выбрал удачный момент, когда депутаты в августе 1992 года ушли в отпуск, подписал у Ельцина Указ о замене именных приватизационных счетов на безымянные «ваучеры». В итоге подавляющее большинство россиян не получило ни 10 тысяч, ни двух «Волг» – ничего! Причем за каждый «ваучер» пришлось еще заплатить по 25 рублей (всего около3 млрд рублей).

В октябре, когда началась приватизация, произошла дикая инфляция и цены повысились в 20 раз. Пользуясь этим, чековые инвестиционные фонды организовали скупку «ваучеров» и передачу крупнейших предприятий из государственной собственности кучке избранных за бесценок. По приблизительным оценкам, объекты собственности стоимостью в 200 млрд долларов были проданы за 7,4 млрд.

Затем были организованы «залоговые аукционы», на которых будущие олигархи брали деньги у государства в заем и на них скупили у государства самое ценное: «Норникель», «Газпром», нефтедобывающие предприятия…

Верховный Совет был против и выступал за возвращение именных счетов, не подлежащих продаже, за что и был расстрелян в октябре 1993 года. В этом, а также в уничтожении списков главных коррупционеров была скрытая причина противостояния…

Демократам и части примкнувшей к ним партийной номенклатуры досталось всё, а народ элементарно обманули и обокрали.

– Всё… На этом записи в моем блокноте обрываются, – Виктор передал блокнот писателю Чернышову, – что было потом, мы знаем и видим перед глазами каждый день – жизнь продолжается, но описанная выше глава нашей истории не закрыта. Что будет и как с нашей Родиной, с нами – то ли в наших руках, то ли в воле Господа…

– Это хорошо, что вы заговорили о Боге. Я давно предлагал вам покреститься и духовника нашел – мой добрый знакомый отец Дудко уже много лет духовно окормляет многих достойных людей, – известный писатель в который раз настойчиво рекомендовал Виктору прийти к воцерковлению.

– Спасибо, но я еще не готов, – неуверенно произнес Виктор.

– Вам спасибо за материалы. По прошествии времени многие вещи становятся нам известными, выясняются обстоятельства, при которых люди, чье поведение оказало существенное влияние на ход событий, принимали те или иные решения. У меня и тех, кто защищал Белый дом и здание Союза писателей в 1993 году, есть свои материалы. Завтра я принесу вам кое-что из своих архивов. Поверьте, писатели всегда знают много, гораздо больше, чем думают непосвященные. Горький, например, был вообще одним из самых загадочных людей своего времени и унес в могилу немало тайн. Тайну творчества Шолохова тоже никто не разгадал.

Даже последний наш советский секретарь Союза писателей Карпов, который дружил с Горбачевым, готовит к изданию книгу мемуаров. Насколько я знаю, там будет приоткрыто немало тайн. Это раньше маршалы Жуков и Москаленко, даже сам Брежнев в «Малой земле» не могли написать и половину правды. Сейчас другое время. Если нет справедливости в жизни, зато есть хотя бы возможность говорить и писать правду, гораздо больше правды, – подвел итог беседы Евгений Евгеньевич.

– Давайте встретимся через месяц, соберемся с мыслями и продолжим интересный, но ни к чему не приводящий разговор. У меня пока всё… – согласился Виктор.

– И на том спасибо, а насчет бесполезности наших бесед, как сказать – мы разговариваем, анализируем, запоминаем и записываем. А рукописи, как известно, не горят, – напутствовал Виктора Чернышов.

После ухода маститого писателя Виктор еще раз посмотрел на свои заметки, которые не были систематизированы и перепроверены. Это была информация к размышлению о том, почему руководство СССР, пятимиллионная армия, миллион сотрудников МВД и КГБ и почти двадцать миллионов членов КПСС не смогли сохранить страну от развала, армию и спецслужбы – от репрессий и деградации…

Действительно, во время политического кризиса, следствием которого стали события, приведшие к организации и крушению ГКЧП, команда Ельцина активно зондировала почву среди высшего генералитета Министерства обороны на предмет их лояльности в случае прихода к власти в стране Ельцина и разрушения СССР.

Генерал Варенников, единственный из членов ГКЧП, отказавшийся от амнистии и согласившийся на судебное разбирательство, был допущен к ознакомлению со всеми материалами следствия.

Оказалось, что тогдашний секретарь Совета безопасности Скоков накануне событий составил список из 20 военачальников и, опросив их, нашел пять, готовых пойти за Ельциным. Это были в том числе Шапошников, Грачев, Кобец и Лебедь. Кроме того, в КГБ было известно о роли, которую сыграла в этот период связка первого зампреда