Восточная прогулка - Марина Серова

Я подняла гильзу. Еще теплая. Патрон калибра 7.62. Винтовочный. Не снайперская элита, но оружие серьезное, с приличной дальностью. Значит, он был уверен, что попадет с первого раза. А когда не попал — отступил по плану. Не самоубийца. Дисциплинированный солдат.

Я выглянула с балкона, оставаясь в тени. Внизу, у фонтана, уже копошилась полиция, вокруг тела Артема образовывался людской круг. Хорошо, что лежит, не шевелится. Плохо, что скоро начнутся вопросы. Мне нужно было возвращаться. Но сначала — понять путь отхода стрелка.

Я спустилась по лестнице быстрее, уже не скрывая звука шагов. Надела свои туфли. В подъезде осмотрела пол у выхода. След грязи — кто-то недавно вышел. Во двор. Я выскользнула туда. Задний двор-колодец, заставленный мусорными контейнерами. Высокий забор с калиткой на соседнюю улицу. На грязном асфальте у калитки — четкий, свежий отпечаток протектора. Не автомобильная шина. Мотоцикл. Или скутер. Быстрый, маневренный транспорт для города. Выстрелил — и через три минуты уже в трех кварталах отсюда, смешавшись с потоком.

Я стояла посреди двора, сжимая в кармане гильзу. Адреналин начинал отливать, оставляя после себя холодную, методичную ярость и тягучий осадок мысли. Он не просто стрелял. Он демонстрировал. Показывал, что видит нас насквозь. Предсказывает. Что город для него — прозрачная карта. Аллея Славы после рынка — логичный путь. Крыша над балконом — логичная позиция. Он играл в шахматы, заранее расставляя фигуры. И мы, как глупые пешки, почти попались.

Я глубоко вздохнула, разжала онемевшие пальцы на рукоятке пистолета и направилась обратно к аллее, к хаосу, к своему клиенту, который лежал на плитке за крыльцом, притворяясь мертвым.

Я выглянула из-за угла. Полицейские уже оцепили место, расталкивали зевак. К Артему склонился медик. Он шевелился, пытался приподняться. Хорошо. Значит, он в сознании. Плохо то, что сейчас его либо заберут в отделение для дачи показаний (идеальный подарок для наемника), либо, что более вероятно, отпустят, посчитав случайным пострадавшим. И тогда он останется один, на виду, и станет идеальной мишенью для третьего, уже гарантированного выстрела.

Мой план, рожденный в отчаянии, был прост и безумен. Нужно было забрать его прямо из-под носа у полиции. Используя хаос, используя свою новую маскировку, используя то, что никто не будет ждать такой наглости. Я достала из маленькой сумочки-кошелька (тоже часть образа) компактное зеркальце, сделала вид, что поправляю помаду. В отражении я видела себя: легкомысленная барышня, которой нет дела до происшествия. Идеально.

Глубоко вздохнув, я шагнула навстречу хаосу. Игровая доска была перевернута. Теперь мой ход.

Я пробиралась сквозь толпу на Аллее Славы, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица под широкими полями шляпы. Полиция уже оцепила место, но народ не расходился — зрелище бесплатно, а драма в центре города редкость. Артем сидел на тротуаре, прислонившись к фонарному столбу, медик что-то говорил ему, тыкая пальцем в какую-то бумагу. Он кивал, но глаза его были пустыми, смотрели куда-то внутрь себя. Шок. Посттравматический ступор. Хорошо, что хоть не истерика.

Мой план был безумным, но других вариантов не оставалось. Я подошла ближе, сделала вид, что с интересом разглядываю витрину соседнего магазина с магнитами, и в отражении стекла оценила обстановку. Два полицейских, молодых, нервных. Один разговаривал по рации, второй пытался разогнать самых любопытных. Медик, судя по всему, уже закончил осмотр — никаких видимых ран, значит, Артема отпустят. И тогда он станет легкой добычей.

Я глубоко вздохнула, поправила шарф и решительным шагом направилась прямо к ним. Легкая улыбка на лице, беззаботный взгляд — я была туристкой, которая потеряла своего спутника и теперь рада его найти.

— Аркадий! — крикнула я достаточно громко, чтобы перекрыть гул толпы, но без истерики. — Боже, наконец-то! Я тебя везде искала!

Все трое — полицейские и медик — повернулись ко мне. Артем медленно поднял голову. В его глазах промелькнуло сначала непонимание, затем слабая искра узнавания сквозь толщу шока. Он молчал.

— Вы с ним? — спросил полицейский, тот, что с рацией. В его голосе звучало утомление от бумажной волокиты, которая ему предстояла.

— Да, конечно! — Я хлопнула в ладоши, изображая облегчение. — Мы с экскурсией. Он отстал, а тут эта… эта стрельба! Я так перепугалась! — Я специально сделала голос чуть выше, чуть более визгливым, чем обычно. Девушка из провинции, впечатлительная. Классика.

— Он ничего не видел, — сказал медик, пожимая плечами. — Шок, испуг. Давление скачет. Лучше бы в травмпункт…

— Нет-нет, мы в гостинице отлежимся! — поспешно перебила я, хватая Артема за руку и помогая ему подняться. Он был тяжелым, вялым, но послушно встал. — У нас гид ждет, автобус уходит через час! Мы просто испугались, вот и все.

Полицейский с рацией смотрел на нас с явным нежеланием ввязываться в историю. Турист, шок, никаких телесных повреждений, свидетельских показаний не дал — сплошная головная боль. Он махнул рукой.

— Паспортные данные оставьте. И номер телефона. Могут позвонить для уточнений.

— Конечно, конечно! — Я закивала, одной рукой продолжая держать Артема, а другой роясь в сумочке. Я достала паспорт, соответствующий моей легенде, — Анна Сидорова, Новосибирск — и быстро продиктовала вымышленный номер мобильного. Полицейский что-то записал в блокнот, даже не перепроверяя.

— Идите. Будьте осторожнее.

— Спасибо! Спасибо большое! — Я тащила Артема прочь от них, продолжая улыбаться и кивать. Мы прошли метров двадцать, свернули за угол, и только тогда я позволила себе выдохнуть. Сердце колотилось где-то в горле. Это было слишком просто. Слишком рискованно. И слишком… удачно. Как будто кто-то наверху решил немного нам помочь. Или просто не считал нас уже угрозой.

Мы вышли в тихий переулок, ведущий к выезду из центра. Я все еще вела Артема под руку, но теперь уже не как взволнованная туристка, а как медсестра, ведущая пациента. Он шел покорно, почти не глядя по сторонам.

— Ты в порядке? — спросила я тихо, уже своим нормальным голосом.

Он кивнул, не глядя на меня.

— Стреляли… — пробормотал он. — Снова стреляли.

— Да, — коротко сказала я. — И будут стрелять, пока не попадут. Нам нужно уходить с улицы. Сейчас.

Я огляделась. Перекресток впереди был относительно пустынным. Слева — сквер с чахлыми деревьями, справа — ряд двухэтажных зданий, внизу которых ютились какие-то конторы и аптека. Напротив, через дорогу, возвышалось серое здание бывшего Дома быта, сейчас, судя по вывескам, отданное под офисы. Плоская крыша, парапет. Идеальная снайперская позиция, если