Зарубежный детектив-2026-13. Книги 1-10 - Мишель Бюсси
Наконец он заговорил.
– Ты меня поражаешь.
– Правда?
– Не верится, сколько всего ты сделала ради выживания. Я восхищен.
Теперь он видел меня, настоящую меня.
– Нам еще многое предстоит обсудить, – предупредила я. – Я пойму, если ты больше не захочешь быть со мной. Правда пойму. – Я проглотила набежавшие слезы. Я любила мужа, потому что он принадлежал мне, а я ему, и, что самое главное, мы оба принадлежали нашим детям.
– Нам действительно есть о чем поговорить, – согласился он, – но у нас впереди куча времени.
Казалось, я всю жизнь задерживала дыхание и наконец позволила себе сделать вдох. Отныне я не одна. Что бы ни случилось дальше, это настоящее.
В дверь ворвалась Селин. Сегодня она была без парика. Вопреки ее опасениям, короткие черные волосы не напомнили мне о Кристине: Селин просто выглядела самой собой.
– Срань господня! – воскликнула она. – Ты вообще заглядывала в телефон? – Мои дети цеплялись за ее ноги, пока она без конца прокручивала ленту. – Серьезно, как ты можешь не смотреть?
– Люди комментируют?
– «Комментируют»?! Кажется, именно такие посты называют вирусными. Народ с ума сходит. Думаю, это сработает. О боже. Действительно сработает!
Я включила телефон и открыла приложение. Мне показалось, что оно сейчас просто взорвется под стеклом экрана. Сообщение летело за сообщением, комментарий за комментарием. Я докрутила до твоей фотографии, и десятки тысяч лайков хлынули на меня потоком. Число подписчиков выросло до целой армии. Творилось что-то невероятное. Пост распространяли, меня отмечали. Во всплывающем окне на меня выпрыгнул розовый квадрат с твоим увеличенным снимком и моими словами под ним, а наверху хештег заглавными буквами: #СВОБОДУАЛЬМЕ.
Было очень много сообщений в личку, все с просьбой об интервью. Мне предлагали поддержку. Несколько настоящих адвокатов-феминистов обещали юридическую помощь и просили с ними связаться. Обычные пользователи проявляли солидарность, делились своими жизненными историями. И таких было огромное количество. Наверняка множество женщин кивали, читая комментарии. Я снова выключила телефон. Мне хватило мужества публично рассказать самое сокровенное о себе, и теперь этого не отменишь.
Но потом я вспомнила, сколько раз к нам домой приходили копы, вспомнила твою кровь на руках отца и себя в углу, кричащую правду равнодушной толпе. И как соседи по этажу смотрели мимо меня на тебя и спрашивали: «У вас все в порядке?», а когда ты отвечала, что да, все в порядке, просили больше не шуметь и уходили, оставляя нас одних.
Не знаю, что я на самом деле могу предложить тебе, мама. Не знаю, сумеем ли мы оправиться. Но ты должна быть свободна. Уж об этом я позабочусь. И мы снова увидим океан.
Адива Геффен
Добро пожаловать в нигде
Алиса падала все ниже, ниже и ниже.
«Неужели этому не будет конца?» – подумала она.
© С. Плотников, перевод, 2026
© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
Издательство Иностранка®
Глава 1
Рут
В восемь двадцать шесть я родилась заново и ушла, не оставив следов.
Я должна была добиться успеха.
И теперь это непременно случится.
Подобно тому, как самолет перед взлетом прогревает двигатели, я потираю ладони, чтобы набраться смелости и поднять настроение.
Спокойно, Рут, повторяю я снова и снова. Спокойно, не торопись.
С самого утра у меня было навеянное легким ветерком предчувствие, что все произойдет сегодня ночью. Что именно сегодня ночью откроется окно возможностей.
Но прежде чем уйти, я должна исполнить определенный ритуал: прислушаться, внимательно прислушаться еще раз, улыбнуться, обнять, слегка пофлиртовать, а самое главное – сохранять спокойствие. Терпеливо отвечать на вопросы. Улыбаться не слишком много, но и не слишком мало. И не спешить – спешка привлекает внимание.
В восемь четырнадцать я закрыла за собой калитку, ведущую во двор. Медленно.
Жду.
Подхожу к машине.
Снова жду.
Спокойно, Рут.
Спокойно. В любую секунду он может передумать и посмотреть в окно. Не торопись. Только сердце, черт его дери, колотится как сумасшедшее. Бум, бум, бум, трах! Господи! Так я всю округу разбужу.
Отключаю сигнализацию.
Жду.
Сажусь в машину.
Спокойно.
Гляжу в зеркальце заднего вида. Завожу. Снова жду. На всякий случай.
Проходит минута. Вторая. Считаю до ста, потом до двухсот. Только не торопись, Рут. Спокойно.
Вокруг полная тишина. Словно я уже от всего отключилась.
Включаю реверс. Машина медленно отползает назад.
Первая скорость. Жду.
В переулке темно, а главное – там нет его.
А это что за тень? Качающийся на ветру кипарис или это он ждет в укрытии, словно тигр, готовый внезапно броситься на свою жертву? Дыши глубоко, дыши спокойно. Вдох – выдох, вдох – выдох.
Оглядываюсь по сторонам. Тишина. Медленно трогаюсь с места. Все тело напряжено, как пружина взведенного пистолета. Вторая скорость, третья, четвертая. Все, я на дороге.
Получилось!
Боже, сколько месяцев я ждала этого момента! Именно этого. Мечтала, как подойду к его машине, заберусь внутрь, заведу двигатель и исчезну, оставив всё позади. Все эти месяцы я готовилась к нему.
* * *
Четверть часа назад события стали развиваться по намеченному мной сценарию.
– Рутуш! – услышала я донесшийся с первого этажа голос. – Ты слышишь, Рутуш?
Ни гнева, ни беспокойства. Просто «Рутуш».
Наконец-то. Жду сигнала.
– Ты там, Рутуш? – Спокойствие, говорю я себе. Не торопись. Действуй по плану. – Где ты, Рути-Тути? – У него и впрямь хорошее настроение или это очередная ловушка?
– Наверху, – не успеваю я ответить, как он уже стоит рядом, внимательно разглядывая книгу, которую я читаю. Делаю вид, что читаю. А мысли мои далеко-далеко. Перебирают пункты плана.
Исход духа.
Взяв у меня из рук книгу, он как бы ненароком встряхивает ее. Знаю я эти штучки. Проверяет, не положила ли я туда что-нибудь.
– Интересная? – спрашивает он, возвращая мне книгу.
– Очень.
– Интереснее меня?
– Интереснее тебя, Шукун, ничего на свете нет, – успокаиваю я его. – Что-то случилось?
– Случилось. Сигареты. – В его голосе проскальзывает крошечная нотка гнева.
– Ой! – делаю я испуганное лицо. – Только не говори, что они закончились.
– Скажу, что ты забыла их купить. Вот они и закончились.
– Ой-ой!
– Что «ой-ой»?
– Ой прости,