Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд

Ким посмотрела на юношу, затем в блокнот.

– Вы говорили, что Анна рассталась с вами, поскольку решила, что вы изменили ей с Шелби. Упоминали, что она сердилась. А еще «была вне себя», поскольку вы, видимо, разбили ей сердце. Верно?

Таннер облизнул губы и сглотнул, но промолчал.

– Короче говоря, для Анны вы больше ничего не значили. Все было кончено, – подытожила детектив. – Однако вы отчаянно пытались помириться и вернуть девушку, поэтому угнали автомобиль и приехали в парк в то утро. Верно? Рассчитывали застать Анну одну?

Юноша побледнел, но упорно продолжал молчать.

– Может, что-то пошло не так, когда вы пытались поговорить? Слово за слово, Анна вас толкнула, а потом вы схватили какой-то предмет и толкнули ее в ответ. Ненамеренно. Чисто случайно.

Таннер на секунду закрыл глаза, а Пирс продолжила:

– Объясните, зачем вы, в чьей душе бушевал ураган эмоций, угнали автомобиль, выследили Анну и приехали в парк в то самое время, когда ее убили?

По щекам Таннера полились слезы, и он вытер их рукавами.

Пирс крутила ручку в руке, тогда как ее коллега Карл не сводил глаз с парня. Лицо опытного следователя казалось совершенно бесстрастным.

– Если смерть Анны наступила в результате несчастного случая… – начал он, но осекся, увидев, что парень качает головой. – Таннер, если вы не желали ей зла, самое время сказать правду.

Стул скрипнул: молодой человек повернулся к отцу, который в эту минуту боролся со злостью и страхом. Встретившись взглядами с сыном, Бишоп-старший проскрежетал:

– Говори.

Таннер перевел взгляд на адвоката. Боуэн кивнула:

– Да, расскажите детективам, как было дело.

Таннер опустил взгляд на собственные руки, силясь подобрать слова.

– В общем, я был не в себе, – начал он. – Не мог смириться с тем, что потерял Анну.

Бентон придвинулся ближе, а Ким, вглядываясь в лицо парня, заметила, что тот все время жмурится и моргает.

– Я поцарапал папину машину, поэтому он запретил мне ею пользоваться. Конечно, я был в курсе, что Анна собирается в парк с «Санни дейз», и знал, в котором часу начнется поход. Когда проснулся в тот день, на душе было так тоскливо, что мне захотелось как можно скорее поговорить с Анной, упросить ее понять. В общем, я был на взводе и действовал импульсивно. Поскольку мне требовалась машина, я приехал в «Тру оушен», сверился со счетами и взял пикап, решив, что успею вернуть его до того, как пропажу заметят. Я выехал из Сиэтла и проследовал за школьным автобусом в парк. Всю дорогу думал о том, что скажу Анне. Хотел, чтобы она наконец поверила, что я никогда ей не изменял и мы созданы друг для друга. Но, добравшись до парка, я увидел, как из автобуса выходит куча людей, и совсем растерялся. Я понял, что группа очень большая и мне не удастся остаться с Анной наедине. К тому же она может испугаться, подумать, будто я ее преследую. А сейчас надо просто потерпеть и поговорить с ней чуть позже.

Таннер замолчал. Его глаза заметались по конференц-залу, словно со всех сторон на него надвигались стены.

– Я словно очнулся. Понял, как глупо себя повел. Подумать только: угнал машину! В общем, помчался обратно в город, вернул пикап, сел на велосипед и поехал домой. А в это время… – Парень провел пальцами по волосам. – Пошли слухи, посыпались сообщения, дети из «Санни дейз» стали писать в соцсетях, что Анна сорвалась со скалы. Потом сказали, что она мертва. И я подумал: что за хрень? Не может быть. Я же совсем недавно видел, как она выходила из автобуса. Но тут в новостях сообщили о полиции и вертолете. Мне стали писать друзья, которые уже знали о происшествии. Оказалось, что Анна и правда умерла. Умерла, черт побери!

Глаза у юноши расширились. Он тяжело задышал и, казалось, начал терять самообладание.

– Я пошел в туалет, меня стошнило. Все тело онемело. – Задыхаясь от нахлынувших чувств и всхлипывая, он едва выговаривал слова. – И с тех пор я думаю только об одном: если бы я не уехал из парка, у меня был бы шанс спасти Анну, а теперь… теперь она… умерла, презирая меня.

В течение минуты детективы молча смотрели на рыдающего юношу.

– Хорошо, – сказала Ким, когда парень взял себя в руки. – Начнем с обвинения в угоне автомобиля. Вас допросят и задержат. Затем вы предстанете перед судьей, который выслушает вашего адвоката и решит, можно ли вас отпустить.

Открыв папку, Бентон передал несколько документов Боуэн.

– Здесь ордера, позволяющие нам изъять все телефоны и электронные устройства вашего подзащитного, обыскать дом Бишопов и другие места, имеющие отношение к делу.

– Вы заберете у меня смартфон и ноутбук? – Таннер повернулся к адвокату: – Это законно?

– Да, – подтвердила та.

– Абсолютно, – заверил Бентон. – Не волнуйтесь, молодой человек. Даже если вы что-то удалили, мы восстановим любой файл с ваших гаджетов.

Редмонд, штат Вашингтон

Гейзерные кофеварки мололи, стучали, гудели и булькали. Капучинатор пронзительно свистел. Кофемашины шипели, трещали и капали.

Ароматы темного шоколада и корицы парили над суетой, царящей за стойкой кафе «Чайминг беллз».

Ожидая своей очереди, чтобы сделать заказ, Райан сканировал взглядом сотрудниц. Каждая носила бейдж с именем. Один из источников сообщил, что женщину, которую он ищет, зовут Эвис Брук и она работает здесь баристой.

Как и в случае с закусочной в Сиэтле и аптекой в Такоме, Райан всецело погрузился в дело и немного понаблюдал за жизнью кафе, наведавшись в него несколько раз и задав пару безобидных вопросов клиентам и персоналу.

Сегодня ему предстояло поближе познакомиться с Эвис Брук.

Хорошо, что у каждой сотрудницы есть на груди бейдж. А еще лучше, что их имена с отметками о выходе на смену написаны на специальной доске у черного хода, которую видно из зала.

Стоя в очереди, Райан пробежал глазами список. Надо удостовериться, что он не перепутал дату. Сэнди, Аарон, Хейворт, Эшли, Роза, Лукас и, наконец, Эвис с пометкой «работает».

Райан поглядывал на официанток, едва успевая прочесть имена на бейджах, пока девушки сновали туда-сюда, собирая и выполняя заказы, выкрикивая имена клиентов. Подойдя к стойке, он приметил Эвис. Пульс участился: никогда прежде Райан не был к ней так близко.

Пока он изучал ее внешность, в голове крутилась мысль: «Это и есть дочь женщины,