Зарубежный детектив 2026-14. Компиляция. Книги 1-11 - Брин Гринвуд
– Погоди-ка. – Я высвободилась. – А в-третьих что? Ты сказал – во-первых, во-вторых и в-третьих.
– А, да, – отозвался он с некоторой неохотой. – Ну, ты говорила – может, ты актерствуешь, разыгрываешь это все.
– Да.
– Ну, я не хотел об этом говорить, но я посмотрел несколько серий «Пляжной жизни» на видеохостингах.
Тон у него был безучастный, выражение лица непроницаемое.
– И?
– Ты тогда была ничего себе.
– Спасибо. Ну и что же?
Новая пауза.
– Ты его в последнее время пересматривала?
– Нет. Я его вообще с тех пор не смотрела.
– Я бы на твоем месте тоже не стал. Это тебя в депрессию вгонит. Я понимаю, мыло есть мыло, но сюжет просто из рук вон. Взять хоть тот эпизод, где ты выиграла турнир по серфингу. Ну то есть выглядишь-то ты ничего так, но серферша из тебя как из…
– Чипс! – Я ткнула его кулаком в плечо. – При чем тут «Пляжная жизнь»?
– Я понимаю, я никакой не эксперт, и не хочу, чтобы ты принимала это близко к сердцу, Сьюз, но, правду сказать, если судить по Джипси – вряд ли ты настолько хорошая актриса, чтобы разыграть такой спектакль.
– Что?
– Ну, ты же не Мэрил Стрип, правильно?
Я была ошарашена.
– Если хочешь знать, я вообще-то выиграла несколько…
– Ладно-ладно, только не выпрыгивай из штанов. – Лицо у него оставалось невозмутимым, тягучий деревенский выговор стал еще заметнее. – По-моему, это даже хорошо, что актриса ты паршивая.
– Что же тут хорошего?
– Это доказательство, что ты говоришь правду. По-моему, ты бы и младенца не провела.
Я не знала, шутит он или нет, и не знала, смеяться мне или плакать, но тут Чипс повалил меня на кровать, прижался всем телом, и мне стало просто не до того.
Сюзанна: октябрь 2018
– Боюсь, у нас проблемы.
Хэл приехал без предупреждения. Его присутствие, даже с перспективой плохих новостей, было, по крайней мере, возможностью отвлечься. Был вечер, и я пыталась убедить упрямую Мэри, что не давать ей десерт до ужина – это не какая-то там пытка, запрещенная ООН. Чипс уехал на выходные в Ориндж на какую-то ярмарку сельскохозяйственной техники. Я устала, и у меня уже лопалось терпение. И еще мне было одиноко.
– Что на этот раз?
– Есть несколько плохих новостей. Начнем с худшей, так? – Он не стал дожидаться моего ответа. – Салли О’Хэллоран.
– Она отказалась выступать свидетелем? – Я могла себе представить, что ей не захочется идти в суд и что-то говорить. Сиделка Мэри была женщиной молчаливой, иногда угрюмой, не слишком дружелюбно настроенной и ко мне, и к Мэри. – Мы не сможем вызвать ее в суд?
– К сожалению, все гораздо сложнее. – Хэл глубоко вздохнул, глядя куда-то слева от меня. – Она уже свидетельница, как выяснилось. Только не с нашей стороны.
– Что это значит?
– Насколько мне известно, она сама дала показания в полиции. Совершенно независимо. На стороне обвинения.
«ПОХИЩЕННАЯ:
ИСТОРИЯ ЭЛЛИ КАННИНГ»
Документальный фильм
HeldHostage Productions © 2019
Салли О’Хэллоран: запись интервью
Я выросла в Энфилд-Уош, всю жизнь тут прожила. Работаю на полставки в доме престарелых, ну и еще на стороне немного подрабатываю: присматриваю за стариками на дому. Вот меня и наняли присматривать за Мэри Сквайрс три дня в неделю. Я присматривала за ней с полгода и как раз была там, когда Элли Каннинг сидела в подвале, хотя я этого и не знала. Когда я узнала, что произошло, для меня это был просто шок.
Надо же, как теперь все проясняется. Тогда-то я и думать об этом не думала, но несколько раз, когда приходила сразу после июльских праздников, я ведь и правда слышала звуки из подвала – должно быть, та девочка плакала или кричала. Мне с самого начала сказали туда не ходить, и дверь всегда была заперта. Когда я стала спрашивать об этом Сюзанну, она только и сказала: может, это птица какая или еще что-нибудь – а может, опоссум. В общем, не о чем беспокоиться. Ну я и не беспокоилась. Но когда я заговорила об этом при старушке, она сказала, что это «девочка». Я и не думала, что это правда – мало ли она чепухи болтала, – но оказалось, правда, так ведь?
Как только я сопоставила даты, я заявила в полицию. Страшно подумать, ей-богу, – бедная девочка все это время сидела в подвале. И я бы могла что-то сделать для нее. Мне это теперь, бывает, в кошмарах снится. А еще сильнее меня потрясло то, что в этом деле оказалась замешана Сюзанна Уэллс. Ну, то есть она же вроде как была нормальная с виду. Не сказать чтобы очень дружелюбная – никогда не приглашала меня остаться, посидеть, поболтать, ничего такого. Как по мне, она и сама малость не в себе. Но никаких причин ее в чем-то подозревать у меня не было. Вот только зачем бы такой женщине переезжать в Энфилд-Уош? Странновато как-то, если подумать.
И знаете, ее бедная мама, наверное, тоже чудом спаслась, как мне теперь кажется. Сюзанна все спрашивала меня про Франчес – когда там комната освободится. Кто знает, что она могла бы сотворить, раз уж ей так не терпелось избавиться от старушки. У нее же новый мужчина появился, и ребенок на подходе. Кому нужна сумасшедшая мамаша под боком? Жалко мне эту бедную старушку. Пока на нее не найдет, она такая милая, покладистая. А теперь что с ней будет?
Сюзанна: октябрь 2018
– А какие еще плохие новости, Хэл? Ты сказал, что она не одна.
Я все еще никак не могла оправиться от того удара, который нам нанесла Салли О’Хэллоран. Заварив себе чашку чая, я налила Хэлу виски, позвала с веранды Мэри и усадила ее обедать. Она мучительно медленно орудовала ложкой, продолжая рассказывать рассевшимся вокруг нее собакам о своих подвигах в девяностые.
– Это касается допроса вашей матери в полиции. Его признали законным.
Допрос Мэри в полиции в день моего ареста был довольно сомнителен с правовой точки зрения: Хэл утверждал, что ее показания нельзя принимать во внимание в силу ее психологического состояния, а сторона обвинения намеревалась доказать, что Мэри находится полностью в здравом уме.
– Как это можно признать законным?
– Очевидно, экспертное мнение на их стороне. По словам экспертов, основанным на заключении врачей здесь и в Сиднее, состояние у Мэри неустойчивое. Короче говоря, если она в состоянии говорить связно и производит впечатление человека здравого, то она, очевидно, в себе.