Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд

– Кто ты такой? – прошептал он, стуча зубами от холода.

– Много хочешь знать. Тем более когда между нами все только начинается. – Шагнув вбок, убийца распахнул дверцу багажника. – Мы еще успеем с тобой наговориться. А пока что прошу прощения. Прежде чем мы присядем напротив друг дружки и перейдем к обещанному разговору, у меня еще есть дела, и мне будет не до тебя. Так что…

Мэтт почувствовал, как его что-то укололо в бедро, опустил глаза и увидел, как похититель выдергивает шприц.

Слабость навалилась почти немедленно; к тому моменту, когда убийца затолкал его в багажник, в голове уже отчаянно шумело. Последней мыслью, прежде чем он провалился в ревущую тьму, было: все-таки стоило разработать хоть какой-нибудь план.

Разбив всю группу на отдельные команды и назначив им то, что на данный момент казалось разумными направлениями расследования, Дэвид вместе с Брином отправился допрашивать Эди. Впрочем, в душе он сомневался, что Мэтт был способен настолько ошибаться насчет своего друга. Да, парочка была странной, и Дэвид не питал иллюзий насчет бывших преступников, и все же ему не верилось, что Мэтт позволил бы столько лет водить себя за нос. За первые десять минут Кларксон не сказал ничего такого, что заставило бы его переменить свое мнение.

– Не знаю, как ты, – сказал суперинтендант Брину, когда за ними закрылась дверь допросной, – а я считаю, что он говорит правду. И более того, что он беспокоится за Мэтта ничуть не меньше нашего.

Брин провел рукой по волосам и вздохнул.

– Как бы мне ни хотелось считать по-другому, я тоже думаю, что он встревожен. Либо он с нами откровенен, либо охренительный актер, куда там Джонни Деппу… Так что, сказать ему, чтобы проваливал?

– Он же говорит, что хочет помочь? – Редпат оперся спиной о стену и глубоко вдохнул. – Возьми его с собой и предложи кофе или чего он там попросит. Пусть докажет, что помочь способен. Если я не ошибаюсь самым жестоким образом, о Мэтте как о человеке, не как о старшем инспекторе, Кларксон знает больше, чем кто бы то ни было. Так что может нам пригодиться.

– А если все-таки ошибаетесь, то он, по крайней мере, будет у нас под контролем, – улыбнулся Брин.

– Лучшего сейчас все равно не придумать. – Дэвид выпрямился. – Я собираюсь еще раз поговорить с Годдардами. Надеюсь побольше узнать о прошлом Джеммы.

* * *

– Доктор дал моей жене снотворное, суперинтендант. Такое потрясение, при ее-то проблемах со здоровьем… – Джеймс Годдард пожал узкими плечами. – Я очень за нее беспокоюсь.

– А что у нее со здоровьем? Если вы не возражаете против вопроса, разумеется? – Дэвид уселся на предложенный ему стул.

– У нее артрит в тяжелой форме, и время от времени бывают обострения. Крайне болезненные. Я бы не стал ее беспокоить без особой необходимости.

– Наверняка мне сможете помочь и вы, мистер Годдард. – Дэвид чувствовал под собой мягкую обивку сиденья и испытывал вину – он сидит здесь, а другие в темноте бродят по болотам. – Пожалуйста, расскажите все, что знаете о жизни Джеммы до тех пор, когда она оказалась у вас.

Джеймс сделал брови домиком и вяло улыбнулся.

– Я сразу сказал Линде, что в следующий раз вы об этом спросите. – Встав, он шагнул к письменному столу в углу комнаты и взял с него выцветшую папку. – Все равно что-то нужно было делать, понимаете, чем-то себя занять. – Он передал папку Дэвиду. – Вот я за ней на чердак и слазил. Возьмите. Поверьте, не самое приятное чтение, разве что вы поклонник литературы ужасов.

Дэвид раскрыл папку и быстро пробежался через пачку официальных отчетов – напечатанных на машинке и написанных от руки. Уже после первого взгляда у него все сжалось внутри. Джеймс Годдард был прав насчет ужасов. Он знал, что подобное случается, но что жертвой подобной цепи ошибок мог стать один-единственный ребенок, не укладывалось в голове.

– Можете забрать папку, суперинтендант. У меня нет ни малейшего желания видеть эти бумаги еще раз.

– Мы все вам вернем, мистер Годдард.

– В таком случае лучше сожгите ее. Хороших новостей, я так понимаю, пока нет?

– Уверяю вас, все участники поисков выкладываются по полной. Джемму очень ценили. Ее друзья и коллеги сильно встревожены случившимся. – Редпат закрыл папку. – Не припоминаете, Джемма когда-нибудь заговаривала про других детей из приемных семей?

Джеймс покачал головой.

– Нет. Она вообще не говорила о прошлом. Врачи сперва полагали, что это какая-то форма амнезии, что девочка сумела подавить воспоминания о тех годах и выбросить их из сознания, своего рода защитный механизм. Иначе они не могли понять, как после всего случившегося она осталась такой доброй и чуткой. – Он бросил взгляд на папку в руках Дэвида. – Большинство протоколов ее психиатрических освидетельствований и последующих наблюдений здесь, в папке. Однако, раз уж об этом зашла речь, кое-что и отсутствует. Когда Джемма только у нас появилась, ее мучили кошмары, и она всегда звала на помощь одного и того же человека, мальчика по имени Ричард. Как ни странно, она не могла его вспомнить, когда просыпалась. Мы слышали это имя только в ее кошмарах.

– По-вашему, этот Ричард действительно существовал?

Джеймс пожал плечами.

– Откуда нам знать? Когда кошмары прекратились, мы про него более или менее забыли.

Дэвид почувствовал в душе легкое беспокойство. Такое с ним уже неоднократно случалось, и он привык обращать внимание на уколы интуиции. Он встал, крепко сжав папку в одной руке, а другую протянул Джеймсу.

– Спасибо вам. И обещаю: мы сделаем все возможное, чтобы ее вернуть.

– Я знаю. Лишь бы ваши усилия увенчались успехом.

* * *

– Миссис Пирт? Меня зовут суперинтендант Дэвид Редпат. Прошу прощения за столь поздний звонок, мне нужна ваша помощь. Насчет ребенка, друга Джеммы Годдард.

У Алексис ушло пятнадцать минут, чтобы просмотреть записи и перезвонить ему.

– Здесь действительно упоминается другой ребенок, суперинтендант, однако через нас он не проходил. Боюсь, что Ричардом и Джеммой занимались разные агентства.

– Но они были в одной семье, прежде чем вы оказались вовлечены в ее судьбу?

– Да, похоже. Джемма рассказывала про мальчика по имени Ричард из предыдущей семьи. Как мы потом выяснили, там подвергали различным формам насилия почти всех детей, и особенно мальчиков.

– Вы не знаете, к кому он попал потом? Как его фамилия? Где живут новые приемные родители Ричарда?

– Простите, не знаю. Могу лишь дать телефон другого агентства по усыновлению. Они не закрывались, и это самое