Башня Кристо - Келли Уэст

Надо было попросить два ящика.

И виски оказался хорошим вдобавок. Человек он был в целом неприхотливый, каких-то излишеств себе особо не позволял. Мог бы прекрасно жить и в палатке. Однако любил хорошую выпивку и сигары.

Мичем сидел на этом дебильном белом диване, положив ноги на модный журнальный столик, и думал о том, что сказала бы его жена Лорин, посмотрев это шоу. Девушка посещала курсы по теории и практике массовых коммуникаций в общественном колледже Коконино[25] и считала себя Ким Кардашьян.

Девушка…

Рука его застыла, когда он поднес стакан с виски к губам. Мичем думал о своей нынешней жене как о девушке. Правда же заключалась в том, что он скучал по Донне. Скучал абсолютно по всему тому в ней, что раньше выводило его из себя. По тому оттенку красного, в который она упорно красила свою густую шевелюру. По ее запаху – тальковой пудры и тошнотворно-сладким духам с бергамотом, которыми она пользовалась еще со школьных времен. По тому, что на заднем дворе у них всегда стоял кувшин с «солнечным чаем»[26]. По вечно трезвонящему телефону…

Донна, черт бы ее побрал…

Она всегда была так хороша. Она не совершала ошибок и не жалела ни о чем.

Мичем надолго приник к стакану, наслаждаясь тем, как виски обжигает горло.

ВАШ ПРИЗ

Он уставился на ярко-красный конверт, который подсунули под дверь его квартиры. Его приз. Мичем не знал, как это расценивать. Или что делать с тревогой в груди от осознания того, что он заперт в этой квартире.

И что кто-то еще находился по ту сторону двери.

Эти слова были напечатаны на бланке «Пейбэк продакшнс», прикрепленном к каким-то распечатанным документам. Мичем не мог понять, в чем смысл этой кипы бумаг и почему она считается призом за «победу» в этой дурацкой игре.

Ну да… Он сам сделал это с собой. Сам запер себя в этом месте.

И сознавал это.

Увидев Лорин в тот вечер, с запрокинутой головой сосущую дешевое пиво из бутылки, Мичем на секунду подумал, что мог бы проделать все по новой. Но по-другому. Не совершая тех же ошибок.

Оказывается, из гроба хер выберешься. Новая жена не поможет ему обмануть смерть. Он все равно умрет, так или иначе.

Слишком поздно он понял, что Донна давала ему все, в чем он нуждался.

Мичем вернулся к изучению бумаг. Там были распечатки нескольких электронных писем, кое-какие другие документы. Он никогда не чувствовал себя вольготно в цифровой среде. Это была одна из причин, по которой Мичем в свое время ушел из департамента шерифа. Полицейская работа постепенно сводилась к тому, чтобы сидеть за столом и вбивать в «Гугл» вопрос: «Кто вломился в этот дом?» – в надежде на то, что кто-нибудь в «Тик-токе» уже раскрыл это преступление. А еще лучше – заснял на видео.

Имена и адреса электронной почты были замазаны черным маркером. Первое письмо представляло собой нечто вроде краткой справки. Самый длинный абзац гласил:

Следующим документом было приглашение на какое-то мероприятие по сбору средств. Оно было напечатано на толстой бумаге со всякими финтифлюшками, которые наверняка понравились бы Лорин.

Мичем едва не поперхнулся своим виски. Проводилась эта неделя в отеле под названием «Арктическая купальня» в Швеции, а билеты стоили по сто тысяч долларов каждый.

Это явно каким-то образом касалось Общественницы. Которая охарактеризовала себя в профиле не только как покровительницу Питтсбургской оперы, но и как основательницу фонда «Рак – это беда».

Последний документ представлял собой огромную таблицу, в которой были указаны расходы на это мероприятие по помощи и исцелению, включая частные перелеты, персональные сеансы массажа и нечто, что называлось «терапия криком», – а также целое множество ящиков хорошего вина и шампанского. Всего на 300 214 долларов. Тридцать шесть женщин пожертвовали 3,6 миллиона долларов, а согласно этой таблице в детскую больницу ушло менее полутора тысяч.

Благотворительность оказалась надувательством.

Но зачем посылать ему это? Судя по только что закончившейся игре, эта дамочка крутила шуры-муры с родным братом или что-то в этом роде. Почему бы не сосредоточиться на этом?

Продюсеры хотели, чтобы он знал: эта Общественница – отнюдь не та личность, за которую себя выдает.

Ну и что? Мичем лучше кого-либо другого знал, что ты редко отвечаешь чаяниям других людей. Именно это и сказала его дочь во время их ссоры. Даже когда Мичем напивался почти до беспамятства, это было единственное, чего он не мог себе простить: что однажды на выходных Дженн приехала домой, чтобы сделать ему сюрприз на день рождения, и застукала его с Лорин.

«Ты не такой, каким я тебя всегда считала!» – выпалила его дочь.

Мичем схватил бумаги, собираясь скомкать их в кулаке и бросить в ненужный камин в квартире. Но не стал. Что-то остановило его.

Красный конверт казался уликой.

Проработав тридцать пять лет в полиции, он развил в себе определенного рода интуицию. В современном мире не стоит признаваться в этом. Лучшие детективы – это те, кто обладает глубоким пониманием человеческой натуры и способностью распознавать поведение, выходящее за общепринятые рамки. Со временем овладеваешь умением наблюдать за нужным человеком в нужное время и ждать, когда он сделает что-то нехорошее.

Мичем знал: лжецы не могут не лгать. А ложь – это как наркотик, вызывающий мгновенное привыкание: только разок попробуй, и уже подсел.

Он бросил взгляд на глазок одной из этих проклятых камер – и кровь застыла у него в жилах.

Продюсеры знали секреты Общественницы.

А что они знали о нем?

Среда

Квартира 62А: Шефиня

В течение почти часа Ведущая билась с Ларой, пытаясь хоть как-то ее расшевелить.

– Расскажите мне о ваших отношениях с Мондо Росси, – попросила она.

Ответила Лара слишком уж поспешно:

– Он владелец «Сохреняйте спокойствие!» – заведения, в котором я работала до начала съемок. – Сделав глубокий вдох, она постаралась придать своим следующим словам хоть немного чувства. – Существует не так уж много ресторанов, основанных женщинами-поварами. Большинство громких имен в сфере высокой кухни принадлежат влиятельным мужчинам. Если я выиграю, то на эти деньги открою свой собственный ресторан. Потому что… потому что…

«Потому что мужики… они подгребли под себя все. И продолжают подгребать».

– Почему