Предательство во времени - Джули МакЭлвен
Кендра старалась говорить как можно небрежнее. — Значит, он остался дома с тобой и слушал пианофорте?
— Джерард не любит пианофорте. И вечером почти никогда не бывает дома. В среду дома были только няня и я. Ах да, и слуги, конечно. После занятий мы поужинали. Потом няня разрешила мне поджарить сыр у огня. Было очень вкусно.
Кендра уставилась на странную маленькую девочку — ребёнка и одновременно удивительно взрослого человека. — Звучит чудесно.
— Вы верите в привидений, мисс Донован, леди Ребекка?
Резкая смена темы застала Кендру врасплох. — Нет.
Рут кивнула и, похоже, собиралась добавить что-то ещё, когда дверь открылась и из-за деревянной панели выглянула полная женщина средних лет в чёрном бомбазиновом платье. — А! Вот ты где, негодница! — воскликнула она, увидев Рут. — Я весь дом обыскала! Уроки давно пора начинать. Её взгляд переместился на Кендру и Ребекку, лицо стало виноватым. — Ох, надеюсь, она не продержала вас здесь всё это время разговорами о сэре Ньютоне или очередной фантазии мистера Нэша. — Няня прищёлкнула языком и погрозила девочке пальцем. — Сколько раз я говорила, что такие темы мало интересуют приличных людей?
Рут посмотрела на няню. — Мисс Донован — сыщик с Боу-стрит.
— Ох уж эта фантазия! — женщина закатила глаза. — Идём. Она схватила Рут за локоть, затем быстро кивнула Кендре и Ребекке. — Добрый день.
Рут на мгновение воспротивилась руке няни и оглянулась на них. Впервые с того момента, как они обнаружили её в кустах, губы сложились в маленькую улыбку. Она не сняла общей серьёзности лица, но почему-то тронула Кендру. Затем няня крепче взяла девочку за руку, увела в дом и закрыла дверь.
— Какой необычный ребёнок, — сказала Ребекка, качая головой. — Желание стать архитектором очень странно для девочки. Я знаю только одну женщину-архитектора — Мэри Таунли.
— Если кто и сможет осуществить мечту, я ставлю на Рут. И всё же история была против маленькой девочки, знала Кендра. Она никогда не встречала в книгах архитектора по имени Рут Холбрук. Впрочем, о Мэри Таунли она тоже не читала. Так что, может быть…
Кендра подавила вздох, подумав, сколько девочек вроде Рут видели, как мечты увядают, потому что система и общество были против них. Унылая мысль.
Они вернулись к карете. — Леди Холбрук и мистер Холбрук солгали о том, где находились в среду вечером, — сказала Ребекка.
— Я тоже это заметила. Кендра отодвинула тревожные мысли о будущем Рут Холбрук — или его отсутствии. — Интересно, что леди Холбрук считает необходимым лгать ради сына. Это уже кое-что говорит.
Она остановилась. Бенджамин держал дверцу кареты открытой. — Нам нужно на Тревельян-сквер, — сказала она кучеру и нисколько не удивилась, когда тот нахмурился.
— Герцогу это не понравится.
— Герцог разрешил, — солгала она и прямо выдержала недоверчивый взгляд Бенджамина. У него ведь не было мобильного телефона, чтобы позвонить герцогу и проверить. — Если вы не повезёте нас, я найму экипаж. Его Светлости это понравится ещё меньше.
— Повезу, — буркнул он и, когда дамы сели, хлопнул дверцей несколько сильнее необходимого.
Ребекка посмотрела на Кендру. — Что ты надеешься найти на Тревельян-сквер?
— Не знаю. Но там оставили тело. Мне нужно самой увидеть это место.
Ребекка кивнула, откинувшись на сиденье. — Возможно, леди Холбрук солгала только потому, что не хочет, чтобы сын попал под подозрение. Материнский инстинкт.
— Возможно. А может, она солгала потому, что в глубине души сама считает сына вполне способным на убийство.
18
Тревельян-сквер представляла собой узкий уголок в лондонском боро Тауэр-Хамлетс, входившем в куда более обширный и куда более суровый Ист-Энд. Бенджамин вел экипаж по оживленной улице, где теснились наёмные кареты, повозки и скот. От грязной мостовой поднималась такая едкая вонь, что резало глаза. Отчасти, как знала Кендра, причиной было отсутствие канализации. Но к этому примешивался и другой запах — резкий, медный запах крови, который, вероятно, тянуло от местных боен. По крайней мере, надеюсь, что от боен.
— Крысы! Ловлю крыс!
— Сальные свечи — две за шесть пенсов!
Крики разносчиков доносились сквозь окно, пока Бенджамин сворачивал то на одну улицу, то в другой извилистый переулок. Постепенно людские толпы остались позади, и слышались только редкие отголоски цокота копыт двух лошадей да грохот колёс. Улица, по которой они ехали, словно принадлежала иной эпохе: она становилась все уже, пока современный экипаж уже не мог двигаться дальше, и Бенджамину пришлось остановиться у тротуара. Он спрыгнул с козел и обошёл карету, чтобы открыть дверь.
— Район тут нехороший, — предупредил он. Его рука поползла к мушкетону, который он всегда носил, заткнув за широкий кожаный пояс. Беспокойный взгляд метнулся к обветшавшим, закопченным каменным домам по обе стороны улицы.
— Мягко сказано, — пробормотала Кендра. Она не стала ждать, пока кучер откинет ступеньки, и просто спрыгнула на землю. Бенджамин нахмурился, явно оскорбленный её самостоятельностью, и поспешно разложил ступеньки, чтобы Ребекка могла выйти как подобает леди.
— Я лошадей оставить не могу, —