Лисий Омут - Елена Анатольевна Леонова

Саблин открыл глаза и обратился к Осипу Андреевичу.

– То есть сейчас усадьба пустует?

– Да, – ответил вместо старика Карлов. – В начале года правительство области хотело взяться за реставрацию, но пока не слышал, чтобы к ней приступили.

– В начале этого года? – майор переглянулся с Диной.

– Разумеется. Если хотите, завтра туда съездим – чуть дальше Черногорки, ближе к водохранилищу, прям напротив острова Лисий.

– Поэтому усадьба называется «Лисий омут»? – спросила Максимова.

– Вероятно, – Осип Андреевич закивал. – Название ей дали давно, ещё в царские времена.

– Поедем туда обязательно, – решил Саблин.

Дождь за окном забарабанил с новой силой, дополняя своим монотонным звучанием историю о заброшенном дворянском поместье.

– А про Тере́шку? Что дальше? – напомнила Дина.

– Ах да. Про него самого́, – закивал старик. – Терентий, как я уже сказал, барин, жил в усадьбе, был начитанным, учёным, его боялись, но уважали. Чем он занимался в имении, точно никто не знает, прислуга опасалась заходить в его покои, говорят, он изучал книги в башне и туда никого не пускал. А однажды умерла одна из его дочерей, непонятно, что случилось, но после этого работников вообще перестали пускать в помещения восточного крыла, а потом из дома и подавно всех прогнали, только на кухню пускали, одну девку для уборки оставили и выходить ей не разрешали. Как раз тогда всё и началось. Сперва на родовом кладбище около поместья, а потом в лесу на болотах стали видеть странного человека, может, и не человека вовсе, фигуру в тёмном одеянии, она бродила по болотам в длинной рясе. Народ принялся говорить, что это Терентий с ума сошёл после смерти дочери, вот и бродит, а потом и сам Терентий вроде умер, его не встречали больше, хотя и похорон, говорят, не делали, кладбище же рядом с усадьбой, но фигура ещё несколько раз являлась людям на болотах. Так и прозвали её – Тере́шка, мол, призрак барина бродит и дочь свою ищет, и болота Тере́шкины стали, туда никто из деревни с тех пор не совался, боялись, а детей Тере́шкой пугали, – Осип Андреевич сделал короткую паузу, а затем продолжил. – Было это перед революцией, потом семья уехала, вроде бы всё успокоилось. Но недавно Лёнька, мужик, что живёт на краю деревни, ходил в лес к усадьбе. Там теперь многие гуляют, никто уж в Тере́шку не верит. Лёнька шёл к водохранилищу, мимо кладбища, а там человек в чёрном, бродит между могил и воет! – старик понизил голос на последнем слове и обвёл присутствующих обеспокоенным взглядом. – Говорит, странно так бродил, будто наклонился и искал в земле что-то. Все опять про Тере́шку заговорили, близко к усадьбе никто не подходит, и боятся в ту сторону леса гулять. А как тело того мужика нашли, так и вообще народ напуган. Поди, кто-то в усадьбу влез, дети или городские, и Тере́шка недоволен.

Осип Андреевич умолк, сложив руки на столе. В комнате повисла тишина. Все осмысливали услышанное.

– А вы не боитесь, раз в лес ходите? – нарушил молчание Саблин, обращаясь к Григорию Ивановичу и Прохору.

– Так мы же в другую сторону, – сказал грибник, – там Тере́шка ни разу не появлялся.

– А когда, говорите, видели его у усадьбы? – спросил Саблин.

– Недели две назад, около того, но теперь туда просто никто не ходит, может, он там до сих пор и шастает, – Григорий Иванович пожал плечами.

Карлов неожиданно рассмеялся.

– Предрассудки это, ребят, ну правда! Кто-то гулял у усадьбы, а его за Тере́шку приняли, вот и всё!

– Зря вы так, Егор Михалыч, – подал голос Лыков. – Я хоть и из города, но тоже эту историю слышал. В моё детство в усадьбе лагерь был, так мать меня туда не пускала. Все знают про Тере́шку. Тема такая… чертовщиной попахивает.

Карлов недовольно посмотрел на старшего лейтенанта, но промолчал.

– Ладно, – Саблин поднялся с дивана, – спасибо за историю, но нам пора обратно в город возвращаться.

Капитан тоже встал и подошёл к окну, отодвигая занавеску.

– По лесу сейчас идти обратно к машине не очень приятное занятие. Дождь-то усилился. Ливень прям!

– Надо позвонить в Вышний Волочёк и вызвать сюда за нами машину, – предложила Дина.

– Ну… – Карлов достал из кармана брюк мобильный и проверил сеть. – Связи нет.

– Её тут ни у кого нет, – заметил Прохор. – Более или менее работает только у магазина, но в такую погоду… не уверен.

– Я сбе́гаю проверю, – решил Лыков и поспешил в предбанник за верхней одеждой, и вскоре все услышали, как хлопнула входная дверь дома.

– Можете заночевать здесь, – предложил Прохор, – если не удастся вызвать машину и дождь не прекратится. У нас в бане много места, разместим вас.

– Да, да, – подтвердила Лариса. – А вы, что же это, чай так и не попили и пироги не попробовали? Давайте!

– Заслушались вашего свёкра, – хохотнул Егор Михайлович.

Гости присели к столу, и в воздухе повис аромат свежей выпечки, смешиваясь с запахом крепкого чая. Лариса разлила душистый напиток по чашкам, а затем с улыбкой пролепетала:

– Ну теперь уж никто не уйдёт голодным! Угощайтесь, не стесняйтесь. Это мои фирменные пироги с яблоком и творогом, надеюсь, вам понравится.

Максимова, откусив кусочек, одобрительно кивнула.

– Лариса, просто божественно! Вкус невероятный, сразу вспоминается детство. И тесто воздушное, буквально тает во рту!

– Спасибо, мне очень приятно, – зарделась Лариса, ставя перед каждым гостем чашку с чаем. – Я старалась. Мой свёкор, кстати, тоже большой любитель выпечки. Всегда говорит, что пироги – это душа дома.

– Точно, – подтвердил Осип Андреевич, с удовольствием попивая чай.

Хлопнула дверь, и в комнате появился промокший Лыков.

– У магазина связи тоже нет, – сообщил он, – а дождь льёт как из ведра! Просто ужас, под ногами каша!

Саблин, прожевав угощение, посмотрел на Карлова, и тот, каким-то неведомым ему самому образом, прочитав во взгляде майора невысказанное решение, изрёк:

– Тогда мы подождём немного и, если дождь