Рассказы - Ричард Мэтисон

— Милая, прошу тебя, постарайся понять.

Он обхватил ее рукой и погладил по плечу.

И в следующий миг она растаяла.

— Дорогой, — она смотрела серьезно, — я хочу понять. Но как же я могу?

Он потрепал ее по плечу.

— Послушай, я просто кое-что знаю. И я верю, что если мы поженимся не в тот день, это приведет к краху наших отношений.

— Но… почему?

Он проглотил комок в горле.

— Из-за последствий.

Она ничего не сказала. Лишь обхватила его руками и притянула к себе. Он был слишком хороший, чтобы не выходить за него просто потому, что он не хочет жениться в четверг. Или в среду.

Она вздохнула.

— Ладно, дорогой. Мы перенесем дату на воскресенье. Тогда ты будешь счастлив?

— Да, — сказал он. — Тогда я буду совершенно счастлив.

Потом как-то вечером он дал ее отцу пятнадцать долларов, чтобы скрепить договор о браке.

Мистер О’Ши с недоуменной улыбкой оторвал взгляд от курительной трубки.

— Ты не мог бы повторить? — вежливо попросил он.

Фрэнк протягивал ему купюры.

— Я хочу отдать вам эти деньги в качестве выкупа за вашу дочь.

— Это выкуп за мою дочь? — переспросил мистер О’Ши.

— Да, плата.

— Но кто ее продает? — изумился мистер О’Ши. — Я отдаю ее замуж.

— Я знаю. Это просто традиция.

— Положи себе в сундук с приданым, — сказал мистер О’Ши.

И вернулся к газете.

— Прошу прощения, сэр, но вы должны принять деньги, — настаивал Фрэнк.

В этот момент она спустилась по лестнице.

Мистер О’Ши взглянул на дочь.

— Скажи своему молодому человеку, чтобы кончал валять дурака.

Она обеспокоенно посмотрела на жениха.

— Боже, надеюсь, ты не принялся опять за свое, Фрэнк.

Он объяснил все им обоим. Он ясно дал понять, что вовсе не рассматривает ее как товар, но речь идет о соблюдении важной части некоего ритуала, необходимого для общей пользы.

— Все, что от вас требуется, — взять деньги, — завершил он, — и все будет хорошо.

Она посмотрела на отца. Отец посмотрел на нее.

— Возьми, папа, — вздохнула она.

Мистер О’Ши пожал плечами и взял деньги.

— Четыре, девять, два, — пропел Фрэнк, — Три, пять, семь… восемь, один, шесть. Пятнадцать, пятнадцать и трижды плюнуть на грудь, чтоб от чар улизнуть.

— Фрэнк! — воскликнула она. — Ты себе всю рубашку заплевал!

Потом он сказал ей, что вместо того, чтобы кидать букет, она должна заставить всех мужчин гоняться за ее подвязкой.

Она покосилась на него.

— Слушай, Фрэнк. Все это заходит слишком далеко.

Он смотрел обиженно.

— Я всего лишь пытаюсь сделать все правильно ради нас обоих. Не хочу, чтобы что-нибудь пошло наперекосяк.

— Но… ради бога, Фрэнк! Разве сделанного недостаточно? Ты заставил меня изменить день свадьбы. Ты купил меня за пятнадцать долларов и заплевал всего себя на глазах у папы. Ты заставил меня носить этот ужасно кусачий волосяной браслет. И я на все это согласилась. Однако мне это все начинает надоедать. Хватит уже.

Фрэнк сделал печальное лицо. Он гладил ее по руке и смотрел, как Жанна д’Арк, готовая взойти на костер.

— Я всего лишь делаю то, что кажется мне необходимым, — сказал он. — Нас подстерегают сонмы опасностей. Нужно соблюдать осторожность, предпринимать определенные шаги, иначе все пропало.

Она смотрела на него во все глаза.

— Фрэнк, ты ведь действительно хочешь на мне жениться? Это все не просто уловки, чтобы…

Он обнял ее и порывисто поцеловал.

— Фульвия, дорогая! Я тебя люблю и хочу на тебе жениться. Но мы должны сделать это как следует.

Позже мистер О’Ши заметил:

— Да он просто придурок. Вытолкай его взашей.

Однако она была слишком полная, не слишком красивая, и Фрэнк был единственным мужчиной, который сделал ей предложение.

Поэтому она вздохнула и сдалась. Она обсудила все с матерью и отцом. Сказала, что все будет в порядке, как только они поженятся. Она сказала:

— До тех пор я буду ему потакать, а после — стоп!

Однако ей удалось отговорить его от того, чтобы гости-мужчины бегали за ней, пытаясь отнять подвязку.

— Ты же не хочешь, чтобы я свернула себе шею?

— Ты права, — сказал он. — Просто брось им свои чулки.

— Дорогой, я брошу свой букет. Ну пожалуйста.

Он задумался.

— Ладно. Хотя мне это и не нравится. Мне это совершенно не нравится.

Он взял соли и кинул ее в горячую духовку на кухне. Спустя какое-то время заглянул внутрь.

— Теперь у нас высохли слезы, и путь наш устелют розы, — сообщил он.

Наступил день свадьбы.

Фрэнк встал ни свет ни заря. Он пришел в церковь и удостоверился, что все окна плотно закрыты и демонам туда не войти. Он сказал священнику, какое счастье, что сейчас февраль и двери тоже будут плотно закрыты. Он ясно дал понять, что во время церемонии никому не будет позволено подходить к дверям.

Священник едва не спятил, когда Фрэнк выстрелил в каминную трубу из револьвера тридцать восьмого калибра.

— Зачем, ради всего святого, вы это сделали?

— Я просто отпугиваю злых духов, — сказал Фрэнк.

— Молодой человек, в Первой англиканской церкви Святого Креста нет злых духов!

Фрэнк извинился. Однако когда священник вышел в двери, чтобы объяснить причину стрельбы местному полицейскому, Фрэнк достал из карманов пальто несколько тарелок, разбил их и рассовал осколки под скамьями и по углам.

Потом он поторопился в торговый квартал и купил десять килограммов риса на тот случай, если у кого-то он кончится или же кто-нибудь забудет его принести.

Спешно вернувшись к дому нареченной, он позвонил в звонок.

Дверь открыл мистер О’Ши.

— Где ваша дочь? — спросил Фрэнк.

— Сейчас тебе нельзя ее видеть, — сказал мистер О’Ши.

— Но мне необходимо, — заявил Фрэнк. Он кинулся мимо будущего тестя и запрыгал по ступенькам.

Невеста сидела на кровати в нижней юбке и начищала туфли.

Она так и подскочила.

— Что с тобой стряслось? — закричала она.

— Дай мне свою туфлю, — выдохнул он. — Я едва не забыл. Я был бы обречен, если бы забыл.

Он взялся за туфлю. Она выхватила ее.

— Убирайся! — выкрикнула она, скрываясь в ванной.

— Дай мне туфлю!

— Нет. В чем я, по-твоему, должна пойти на свадьбу? В галошах?

— Ладно.

Он подскочил к шкафу и достал старую туфлю.

— Я возьму эту, — сказал он и кинулся прочь из комнаты.

Она кое-что вспомнила, и его догнал вопль:

— Тебе нельзя было видеть меня до свадьбы!

— Это просто глупое суеверие! — выкрикнул он в ответ, скатываясь с лестницы.

В кухне он протянул туфлю мистеру О’Ши, который попивал кофе и курил трубку.

— Отдайте ее мне, — велел Фрэнк.

— С