Маруф-башмачник - Автор Неизвестен -- Древневосточная литература
«Расскажи мне о знании без разума, — каково оно?» — спросил Шимас. И мальчик ответил: «Оно подобно знанию скотины, которая узнала, когда ей время есть и пить и когда ей время бодрствовать, но нет у ней разума». — «Ты был краток, отвечая на это, но я принял твои слова, — ответил Шимас. — Расскажи, как мне должно оберегать себя от султана». — «Не давай ему к себе пути», — ответил мальчик. И Шимас спросил: «Как же могу я не дать ему к себе пути, когда он имеет надо мной власть и поводья моих дел в его руках?» — «Его власть над тобой, — ответил мальчик, — зиждется лишь на том, что ему должно от тебя; и если ты воздал ему должное, нет у него над тобой власти». — «Каковы обязанности везиря перед царем?» — спросил Шимас. И мальчик ответил: «Искренний совет и усердие в тайном и в оглашаемом, здравое суждение и сокрытие его тайн, и пусть не утаивает везирь ничего, о чем подобает царю быть осведомленным, и не должен он быть небрежным в том, что возложил на него царь для исполнения его нужд. Пусть ищет он его благоволения всеми способами и избегает гнева его».
«Расскажи мне, как поступает с царем везирь», — спросил Шимас.
И мальчик ответил: «Если ты везирь царя и хочешь быть от него в безопасности, то пусть будет твое внимание и твоя речь к нему выше того, на что он надеется, и просьба твоя о нуждах пусть будет соразмерна с твоим местом у царя. Берегись поставить себя на место, которого царь не считает тебя достойным, чтобы не казалось это от тебя как бы дерзостью. Если же обманет тебя его кротость и ты поставишь себя на место, которого царь не считает тебя достойным, ты окажешься подобен охотнику, который ловил зверей и сдирал с них шкуру, так как она была ему нужна, а мясо бросал. И лев стал приходить к тому месту и поедать падаль, и когда умножились посещения им этого места, он привык к охотнику и привязался к нему. И охотник стал бросать ему мясо и вытирать руки о его спину, а лев помахивал хвостом в знак удовлетворения. И когда охотник увидел, что лев ему доверяет, и привык к нему, и ему послушен, он сказал про себя: «Этот лев смирился передо мной, и я над ним властвую. Я считаю, что мне следует сесть на него верхом и содрать с него шкуру, как с других зверей».
И охотник осмелел, и вскочил льву на спину, и захотел овладеть им. И когда лев увидел, что сделал охотник, он разгневался великим гневом и, подняв лапу, ударил охотника, и его когти вонзились ему в кишки. И потом лев бросил охотника под передние лапы и разорвал его в клочки.
Из этого я узнал, что подобает везирю держать себя с царем сообразно тому, каким он видит его поведение, и не быть с ним слишком смелым вследствие превосходства своего суждения, чтобы царь к нему не переменился». И потом Шимас молвил: «Расскажи мне, чем украшается везирь во мнении царя». — «Исполнением поручения, которое ему вверено, посредством искреннего совета, здравого суждения и осуществления повелений царя», — ответил мальчик. И Шимас молвил: «Что касается того, что ты упомянул об обязанности везиря избегать гнева царя и делать то, что вызывает его благоволение, и заботливо выполнять ему порученное, то это дело обязательное. Но расскажи мне, как ухитриться, если царь доволен лишь тогда, когда он притесняет и совершает несправедливости и насилия? Как ухитриться везирю, если он испытан общением с этим жестоким царем? Если он хочет отвратить его от его страстей, вожделений и замыслов, то не сможет этого, а если он последует его страстям и объявит его замыслы хорошими, он понесет тяжесть этого и станет врагом для подданных. Что ты об этом скажешь?»
И мальчик в ответ ему сказал: «То, что ты упомянул, о везирь, о тяжести и грехе, бывает только тогда, когда везирь следует за царем в совершаемых им ошибках. Но подлежит везирю, когда царь спросит его совета об этом, изъяснить ему путь справедливости и правосудия, и предостеречь его от притеснения и насилия, и осведомить его о том, каково хорошее поведение с подданными, и соблазнить его заключающейся в этом наградой, предостерегая его от наказания, за грехи обязательного. И если царь склонится и обратится к его словам, — желаемое достигнуто, а если нет, — то не останется ничего другого везирю, кроме как расстаться с царем мягким способом, ибо в разлуке — для каждого из них избавление».
«Расскажи мне, — попросил везирь, — каковы обязанности царя перед подданными и каковы обязанности подданных перед царем». И мальчик ответил: «То, что он приказывает, — пусть совершают с чистым намерением и пусть повинуются ему в том, что угодно ему и угодно Аллаху и его посланнику. А обязанности царя перед подданными состоят в охране их имущества и защите их гарема, так же как подданные обязаны оказывать царю внимание и повиновение и не жалеть для него своей души, и воздавать ему обязательно должное, и возглашать ему прекрасную хвалу за справедливость и благодеяния, им оказанные».
«Ты изъяснил мне то, что я тебя спросил об обязанностях царя и подданных, — сказал Шимас. — Расскажи мне, остались ли у царя какие-нибудь обязанности по отношению к подданным, кроме тех, о которых ты сказал». — «Да, — ответил мальчик, — права подданных над царем более обязательны, чем права царя над подданными, потому что пренебрежение их правами более вредоносно, чем пренебрежение его правами, ибо бывает гибель царя и прекращение его власти